Карантин
Мода
Красота
Любовь
Звёзды
Еда
Психология
Фото
Тесты

Аромат сутаны папы Римского. Курянин коллекционирует парфюм «с историей»

В Курске живёт страстный поклонник, ценитель и знаток ароматов Андрей Гридасов. Про таких говорят: парфманьяк. Некоторые ароматы у Андрея появляются раньше, чем их привозят в Россию, в Москву.
Аромат сутаны папы Римского. Курянин коллекционирует парфюм «с историей»
Фото: АиФАиФ
Массовый продукт не интересен
Он протягивает бумажный блоттер с ароматом, я вдыхаю непривычный запах.
«Вилла в тосканской глуши, горит камин, он курит сигару, пьёт коньяк. Всё спокойно. Но в темноте скрывается дикий зверь. Возможно, этот зверь в нём самом», - говорит Андрей Гридасов.
Следующий блоттер и другая история:
«Ночь на Бали. Здесь жарят сладкий рис, кладут специи, вокруг всё благоухает, дымятся палочки с благовониями, лежат цветы. Запах гламурный, постмодернистский, про путешествие».
Замечаю, что упаковка выглядит не просто скромно, а незаметно. Коробочка из недорогого картона, флакончик самой незатейливой формы. Никакого украшательства.
«Меня привлекает не люкс и масс-маркет, который разливают вагонами, а так называемая нишевая парфюмерия, — поясняет Андрей. — За этими ароматами стоит культурный бэкграунд, какая-то предыстория, личность создателя. Это парфюм ручной работы, его не производят цистернами, его не делают роботы. Ароматы не претендуют на то, чтобы нравиться всем, но истинным ценителям они доставляют удовольствие. Эти запахи не столько о духовности, сколько о душе, они обращаются к самому глубинному уровню человека — его уникальному внутреннему «я». Возможно, это где-то даже эгоистическая история. Это ангелы во флаконах, разговаривающие с людьми».
Коллекционированием парфюма «с историей» Андрей увлекается последние 25 лет. Но запахи в его жизни всегда играли важную роль.
«У меня это, скорее всего, от отца. Мы ездили с ним в лес, собирали травы, грибы. Я чувствовал, как пахнет осень, весна, тополиные почки. Потом я увидел духи у мамы. Я слышал парфюмерию друзей отца, взрослых двоюродных братьев. Французские духи тогда имели большую ценность. Я бы хотел, чтобы парфюмерия остановилась, замерла, прекратила свой великий чёс на производстве новинок. Мир захватили маркетологи, а не творцы».
Впрочем, тех, для кого парфюмерия сродни искусству, тоже немало. Один из таких мастеров, по мнению Гридасова, — амстердамец Спирос Дросопулос. Андрей с ним знаком лично, общается в соцсетях.
«Две недели назад появилась новая парфюмерная линейка Спироса, и первый российский город, куда она попала — это Курск, — делится Гридасов. — Парфюмеры — большие дети. Они хотят, чтобы созданные ими ароматы любили. Скоро выйдет в свет ещё один аромат, Спирос посвятил его своей дочери — создавал его целых семь лет!»
Чем душился
«Обоняние — это одна из древних сигнальных систем в организме, которая анализирует: свой — чужой. Чтобы понять другую страну, нужно вдохнуть и осмыслить её запах. Чем пахнет жильё? Чем пахнут люди? Чем больше мы нюхаем, тем больше в голове нарезаем нейронных дорог. Часто ароматы пересекаюся с воспоминаниями. Во Франции создана библиотека ароматов. Там собрано всё парфюмерное французское наследие, записаны формулы. Можно прийти и послушать духи, которые носили Маяковский и Есенин, Ги де Мопассан, Лев Толстой, царь . Сохранились бухгалтерские книги, в которых написано, что Лев Толстой купил в лавке три флакона Houbigant Fougere Royale. Реинкарнацию этих ароматов я знаю. Они есть и в моей коллекции. Духи имеют высокую стоимость. Но настоящий коллекционер продаст последнюю рубаху, но купит то, что ему интересно. Дело не только в стоимости сырья, но в том, как адекватно оценить труд парфюмера. Поэтому стоимость всегда символическая».
Прошу дать понюхать «запах сутаны папы Римского». А заодно и рассказать историю появления его в коллекции Андрея..
«Сутана папы римского» — звучит красиво и дерзко, но это так, — Андрей протягивает очередной пробник, и я улавливаю запах ладана с примесью чего-то непонятного. — Базовые ноты: палисандр, амбра, дубовый мох, бобы тонка, — поясняет коллекционер. — Создатель аромата — итальянец Филиппо Сорчинелли. Это экстравагантный парень, играет на органе в римском соборе, занимается дизайном одежды для священников. Это был первый аромат, которым в его ателье обрызгивали коробки и туда клали сутаны. Говорят, что даже папа Бенедикт носил этот аромат. Он называется Lavs (в переводе с латинского — хвала). Вообще, ладан — одна из самых сложных смол. Есть целые ладанные линейки парфюма. У нас в России шарахаются от таких готичных ароматов — люди ещё не привыкли. Кстати, этот же парфюмер создал аромат «Чёрная скука», — Андрей протягивает очередной пробник. — Но это не какое-то мрачное помешательство, а скорее состояние творческого прорыва. А последний из ароматов Сорчинелли называется «У меня нет рук, чтобы ласкать себя». Это история о целибате, одиночестве, жертвовании эросом во имя служения Богу. Его у меня пока нет в коллекции, но обязательно привезу».
Синтетика или натурпродукт?
, «АиФ-Черноземье»: Андрей, согласитесь, что далеко не каждый рискнет пользоваться такими эктравагантными ароматами.
Андрей Гридасов: Да. Но не будем забывать, что парфюмеры — люди западные, где чрезмерный индивидуализм. В чём проблема русских? Нам не хватает открытости. Всё оценивается с позиции: а как на меня посмотрят? Жуткий провинциальный комплекс. Идти в стаде — это нормально, а быть индивидуалистом — это плохо. «Будьте как дети», говорил Христос. В нас этого нет. Наши женщины несут себя с таким пафосом, словно идут в последний бой. В нас полно стереотипов. Например, запах фиалки у нас ассоциируется с бабкиными духами. Когда я говорю об этом западным парфюмерам, они сильно удивляются.
— Сколько ароматов должно быть у человека?
— Я считаю, что 5-7— оптимально. Разное настроение, разное время года. Разная одежда. Иногда хочется лёгкости, невесомости, а иногда чего-то яркого, красивого, словно ты на островах южных. Сам я ношу около 30 ароматов.
— Что лучше — синтетические духи или натуральные?
— Некоторые наивно полагают, что цена складывается из того, используется ли натуральное или синтетическое сырьё. Это не так. Покупая известный бренд, вы платите за рекламу глянца. Синтетику применяют в парфюмерии с конца XVIII века, когда начала активно развиваться химия. И это настоящее спасение для природы. Массовая вырубка сандаловых деревьев привела к тому, что они исчезают, и цена на сандаловое масло растёт с геометрической прогрессией из года в год. Поэтому в индийских палочках за 29 рублей не будет никакого сандала. Или взять тот же мускус. Раньше это ароматическое вещество добывали из желёз оленя-кабарги. Чтобы получить килограмм мускуса, требовалось уничтожить до 40 животных. С 70-х годов никто мешочек с железой у животных не вырезает.
— Почему духи стоят дорого?
— Парфюм — это не хлеб. Вам продают необязательную вещь, эмоцию. Потом, многие нишевые парфюмеры просто не могут продавать свои работы дешевле, так как выпускают маленькие линейки, небольшие партии. Когда мне говорят о цене, я возмущаюсь. Ребята, когда у вас в кармане лежат «айфоны» по 50 тысяч, вы мне рассказываете, что парфюм стоит дорого? 6-8 тысяч рублей — это средняя цена на флакон нишевого парфюма.
— Духи с феромонами - это миф, или они действительно существуют?
— Это миф. Нет универсального средства, которое подействует на всех. Слишком по-разному мы воспринимает ароматы. То, что для одного может быть сексом, для другого — ничем. И роман «Парфюмер» — это фантастика, книга об отсутствии любви. При современных технологиях никого убивать не надо. Чтобы создать запах определенного человека, его поместили бы в капсулу, где подается нейтральный газ. Вы будете спокойно дышать, с вас на фильтр осядут молекулы. И потом можно будет воссоздать ваш физиологический профиль. Понятно, что парфюм чаще всего рассматривают через призму соблазна. А я призываю смотреть на запахи через призму истории для тебя самого.
— Вы могли бы жить без ароматов?
— Я не переоцениваю парфюмерию. Это всего лишь одна капля в океане жизни. Но она делает её полней. Да, я могу отказаться от духов. Есть вещи выше этого, например любовь. У меня были моменты, когда я вообще не пользовался духами.