Глазной протез, прикрепленный к очкам. Фото: Jacques Boyer/Roger Viollet, gettyimages.com Лица войны Первая мировая война отличалась от других военных кампаний, в первую очередь, своей кровопролитностью. На вооружении артиллерий оказались полевые пушки, винтовки и гаубицы, которые выставлялись против солдат, не защищенных фактически ничем. Сначала придумали средства атаки, а только потом – оборону от них. Число раненых было запредельным. Медицинские учреждения не справлялись с потоком пациентов, а многие врачи впервые сталкивались с настолько тяжелыми ранениями. Новозеландский хирург Гарольд Гиллис отправился добровольцем во Францию в 1915 году в возрасте 33 лет. Уже тогда он был знаком с трудами своих современников, которые успешно пересадили кусочки кожи на пораженные участки, но хотел усовершенствовать методы пластической хирургии. Гиллис закупил этикетки, которые обычно прикрепляли к багажу во время путешествий, чтобы так помечать интересующих его пациентов в полевых госпиталях у линии фронта. Позже эти солдаты, после первичной обработки ран, отправлялись в Кембриджский военный госпиталь, где служил Гиллис. Гарольд Гиллис, standard.co.uk Большое впечатление на врача произвело наступление союзнических войск на Сомме – за несколько месяцев там британская армия потеряла десятки тысяч солдат. Среди раненых были и те, кто оказался на больничной койке с серьезными травмами лица. Гиллис ходатайствовал перед командованием о необходимости создать специальное медицинское подразделение для пластических операций. Его просьбу удовлетворили – в 1917 году на базе больницы Королевы Марии в Рохэмптоне начали работу врачи, которые специализировались на лицевой хирургии и реабилитации пациентов после таких вмешательств. Первым пациентом Гиллиса стал моряк Уолтер Йео, получивший тяжелые ожоги лица в ходе Ютландского сражения 1 июня 1916 года. Доктор летом 1917-го пересадил ему кожу с другого участка тела, однако операция проходила довольно тяжело – несколько раз врачи сталкивались с послеоперационной инфекцией. Тогда Гиллис задумался о методике, которая позволила бы избежать осложнений. Уолтер Йео. wikipedia.org Военный Джон Глаб (John Glubb) вспоминал обстоятельства событий, после которых был вынужден прибегнуть к помощи пластической хирургии: «На секунду я услышал далекий вой снаряда, затем почувствовал ужасный взрыв близко надо мной. На мгновение мне показалось, что я медленно поднимаюсь в воздух, а затем снова медленно падаю… сосуды на моей шее, казалось, лопнули, и кровь хлынула потоками…». Другой солдат оставил более «яркую» картину увечья: «Я чувствовал, как что-то свободно лежит у меня на левой щеке, как будто у меня во рту куриная кость. На самом деле это была половина моей челюсти, которая была сломана, вместе с зубами и всем остальным, и плыла у меня во рту». Новый метод Травмы Вилли Викария, тоже пострадавшего в Ютландском сражении, были серьезнее повреждений Уолтера Йео: бедняга практически лишился носа и получил ожоги. Осенью 1917 года Гиллис применил на нем инновационный метод «кожных трубок». Используя кожу с груди пациента, врач сформировал из нее трубки, включающие в себя также жировую прослойку, и пришил их к пораженным участкам. Таким образом получались своеобразные «ручки», похожие на чемоданные. В течение нескольких недель организм сам восстанавливал пораженные участки, чему способствовала бесперебойная подача крови к повреждениям. Итоги, которых достигали с помощью кожных трубок, выгодно отличались от результатов простой пересадки кожных лоскутов. Сейчас метод используется при замещении обширных дефектных участков кожи. Метод «кожных трубок» Применение кожных трубок не ограничивалось восстановлением лицевых тканей – метод можно было использовать на других участках тела, особенно после серьезных хирургических операций. Всего за несколько лет работы пластического подразделения Гиллис и его коллеги провели более 11 тыс. операций. Однако этот новозеландец не был единственным, кто додумался до использования кожных трубок в пластической хирургии. Параллельно это открытие сделали в другой стороне света. 9 сентября 1916 года офтальмолог Владимир Филатов в Одессе впервые использовал метод стебельчатого кожного лоскута для восстановления лица пациента после удаления раковой опухоли. Этот подход позволял минимизировать риски заражения крови, а результаты выглядели приятнее с эстетической точки зрения, ведь обычная пересадка кожного лоскута оставляла шрамы и ощущение «неродной» ткани. Фото: Jacques Boyer/Roger Viollet, gettyimages.com Солдатам, пострадавшим во время Первой мировой войны, делали лицевые протезы. Анна Лэдд (Anna Ladd), скульптор родом из США, создавала им новый фрагмент лица, который крепился на голову с помощью очков, как маска. Свое дела Анна назвала «Студией портретных масок» (Studio for Portrait-Masks). Филатов опубликовал результаты своей работы в журнале «Вестник офтальмологии» в 1917 году, однако его труды на время оказались забыты – в стране разгорелись политические страсти. Лишь после Революции и Гражданской войны врач смог дальше совершенствовать свой метод – о Филатове узнали на Западе в 30-е годы. Известие о стебельчатом кожном лоскуте, который был придуман в России, немного смутило медицинскую общественность, ведь ее автором долгое время считался Гарольд Гиллис. Однако последний, ознакомившись с трудами своего советского коллеги, согласился, что Филатов немного опередил его – с тех пор кожная трубка, которую применяют хирурги для восстановления пораженных участков тела, называется «трубкой Гиллиса-Филатова». Владимир Филатов, letopis.msu.ru После окончания Первой мировой Гиллис продолжал работать в Госпитале Королевы Марии, а затем занялся частной практикой, периодически путешествуя по миру с открытыми лекциями. Мирная жизнь с научными симпозиумами и публикациями в авторитетных журналах закончилась в 1939 году, с началом новой бойни. Гиллис вновь принял самое деятельное участие в работе медицинских учреждений королевства, заняв должность консультанта-советника министра здравоохранения. Вместе со своей старой командой, которая оперировала еще во времена Первой мировой войны, Гиллис подготовил новое поколение пластических хирургов. Он писал: «Разве пластическая хирургия не является искусством, а пластический хирург – художником? Пластический хирург работает с живой плотью, как с глиной, а его произведение искусства – это попытка достижения нормального внешнего вида и внутренних функций». Солдат до и после реконструкции лица. Фото: SSPL, gettyimages.com Пластические операции проводились задолго до нашей эры. Пионерами в этой области можно считать древних индийцев – в трактате «Сушрута-самхита» VI века есть описание операции по восстановлению носа с помощью пересадки кожных тканей со лба пациента. Этот метод, позже названный «индийским», европейцы увидели в конце XVIII века. Мир не знает войн масштабов Первой и Второй мировых вот уже почти 80 лет. За это время пластическая хирургия перешла из преимущественно военной отрасли в гражданскую: теперь при этом словосочетании на ум приходят прежде всего косметические изменения лица и тела. Однако без опыта мировых войн это было бы невозможно: проводя сложные операции на лицах солдат, европейские доктора проложили путь той пластической хирургии, которую мы знаем сегодня.