«Всё хорошее всегда возвращается»

«Хапнула войну со всей силой», – говорит лидер волонтёрского движения «Своих не бросаем» и мама троих детей Яна Чайкина. Родом она из Суджанского района. По образованию Яна учитель музыки, была культработником – дарила людям праздники, вела кружок по вокалу. Говорит, не могло и присниться, что спокойная купеческая Суджа превратится в военную арену. Полтора месяца в кукурузном поле Сейчас, оглядываясь назад, суджане пытаются найти какие-то знаки: было ли что-то, что подсказывало грядущий ход событий… Но нет. Напряжённости в приграничном районе не ощущалось. – Разве что проскальзывала какая-то надменность у соседей: когда ездили на рынок в Сумы, называли нас там «москалями», но меня это как-то не коробило. Кто бы мог подумать, что будем прятаться от обстрелов в ванной, – начинает свой рассказ Яна. Волонтёрскую группу она основала в 2022 году. В Донбассе оказывала помощь разным подразделениям. Ездили в Луганск, Донецк, белгородское приграничье, помогали госпиталям, детским домам-интернатам. В августе 2024-го Яна оказалась в эпицентре военных событий на суджанской земле. – Мы жили в Казачьей Локне. 7 августа в час её уже захватили, – рассказывает собеседница. – Мама с отчимом не хотели уезжать, до последнего не верили, что то, что происходит, – это по-настоящему, но всё же выехали с бабушкой окольными путями, – продолжает волонтёр. Отец Яны замешкался. – Батька, тикай! – торопили его соседи Он же отмахивался: – Сейчас Янка приедет, будем вещи вывозить. Заехать на оккупированную территорию дочь уже не смогла. Как позже узнала Яна, полтора месяца её отец пробыл в кукурузном поле, вэсэушники с оружием не давали выйти за его пределы. Оставалось питаться початками и пить гнилую воду, но всё же ему удалось убежать, спрятаться в деревне. «Нужны машины и смелые водители» День 7 августа запомнился Яне Чайкиной разбитыми машинами на дорогах с погибшими людьми внутри, дорога была усыпана непонятными предметами. Вэсэушники расстреливали автомобили, в которых были дети, пожилые люди. – Когда началась эвакуация, никто до конца не понимал ситуацию. От оставшихся на малой родине поступали просьбы о помощи, – рассказывает Яна. – В нашей волонтёрской группе много иногородних. Я написала, что нужны машины и смелые водители. К вечеру откликнулись человек шесть из разных городов, а всего набралось около 40 парней из Воронежа, Подмосковья, Питера, Чебоксар, Москвы, Орла, Рязани. Волонтёры приехали в курское приграничье на своих машинах. – Мы начали эвакуацию с крайних сел, потому что обстановка была неясной, – продолжает собеседница. – Кто-то из встречающихся по дороге говорил нам, что дальше нельзя, но как развернуться и уехать, как потом смотреть в глаза землякам? Надо было попытаться. И мы попытались, вывезли ещё и Уланок, Горки, Плёхово. А если бы испугались, сколько бы людей там осталось… Всего Яне и её единомышленникам удалось эвакуировать около полутора тысяч человек, и не только из Суджанского района. – Очень уставала, – рассказывает Яна. – Могла лечь спать в два ночи, а в три мне уже сообщали, что кого-то нужно забрать. Чтобы не накручивать себя лишний раз, Яна даже не смотрела ролики о малой родине. Только один не прошёл мимо неё, когда 9 марта ФАП-300 упал на её дом, захваченный оккупантами. На месте осталась только большая воронка… Волонтёры объединения «Своих не бросаем» стали помогать и Беловскому, Глушковскому, Кореневскому, Большесолдатскому и Рыльскому районам. – В Глушково было много лежачих стариков, одна лежачая бабушка вообще единственная, кто остался на улице, – делится воспоминаниями Яна. – Навигации нет, в Судже я хоть дорогу знаю, а здесь… Не узнала отца В марте родственники попавших в оккупацию обнимались после восьми месяцев разлуки. Кого-то доставляли не в ПВР, а сразу в медицинские учреждения. – В областной больнице, где лежал отец с тяжёлым ранением, я его сначала не узнала, прошла мимо – на вид это был 90-летний измождённый старик, – рассказывает Яна. – 4 марта его ранило, и до 12-го, до освобождения, он гнил заживо, нога была вся синяя. В это время в больнице как раз побывал губернатор Александр Хинштейн. Александр Евсеевич зашёл в палату, где находился отец, и дал разнарядку отправить его в Москву. Там папе смогли собрать ногу. Потом ещё в Курске была реабилитация. Лечили основательно. Теперь папа ходит. Сейчас Яна живёт в Курске, где семья получила квартиру, продолжает помогать землякам с оформлением документов. Говорит: «Люди ещё нуждаются в помощи. Сама через всё это прошла, всё-таки тяжело было начинать с нуля». Штаб «Своих не бросаем» продолжает свою работу. Куряне приносят гуманитарную помощь, которая по-прежнему востребована: вещи, продукты, средства личной гигиены. Яна замечает, что события последних лет поменяли её мировоззрение: – Я стала выдержаннее, спокойнее. Живу сейчас одним днём, не заглядываю далеко в будущее – поняла, что жизнь может круто повернуть буквально в один момент. Зато появилась уверенность, что надо помогать друг другу, даже в мелочах. В любом случае добро вернётся. В это я верю. Всё хорошее всегда возвращается. Вероника ТУТЕНКО Фото героини публикации