CHIPS journal 8 февраля 2018

Почему нет смысла наказывать трудного подростка

Фото: CHIPS journal
Если ваш ребенок врет, хулиганит, агрессивно относится к животным, плохо учится или прогуливает школу, а учителя сердятся на него и «ссылают» на заднюю парту — пора бить тревогу. В подростковом возрасте такие дети проявляют девиантное поведение, что грозит уже гораздо большими проблемами. Но нельзя отворачиваться от трудных подростков, убеждены психотерапевты, и изменить их можно только серьезной работой специалистов, а не наказаниями.
«Наш шестилетний ребенок очень ревнует нас к коту. Стоит мне его погладить, как он начинает бить животное», — жалуется мама мальчика. Родители пристраивают питомца: не уживаются кот и сын в одной семье. Однако, бьют тревогу специалисты, в подобных ситуациях стоит обратить внимание на психологическое состояние ребенка. Гораздо сложнее работать с нарушениями поведения детей в их подростковом возрасте. Но если не заниматься этим вопросом, то потом, предупреждают эксперты, мы пожинаем плоды: девиантные подростки совершают порой страшные поступки. Недавние трагические события в российских школах, когда юноши нападали на школьников, тому подтверждение. Психотерапевты отмечают: при этом крайне важно работать с таким поведением ребенка, а не записывать его в преступники с самого детства.
Как отмечает Нина Асанова, кандидат медицинских наук, психиатр, психоаналитик, декан факультета психоанализа Московского института психоанализа, член Международной ассоциации судебной психотерапии, член попечительского совета фонда «Шанс», родители, учителя, общество часто просто не слышат первые звоночки, которые сообщают нам об уже появляющихся проблемах. Антисоциальное поведение ребенка — это жестокость к животным, насилие над более младшими или слабыми сверстниками, воровство, вандализм, порча чужого имущества, мелкое хулиганство, наркотики. Более опасное — асоциальное поведение: побеги из дома, ложь, пропуски в школе, вымогательство, ненормативная лексика, ненормативные надписи на стенах. И, наконец, аутодеструктивное поведение: курение, токсикомания, наркомания, вскрытие вен, алкоголизм, суицид.
Но часто родителям некогда, а учителю проще пересадить хулигана на заднюю парту, чтобы не мешал остальным.
Такие дети становятся изгоями для общества. Общество не сочувствует ребенку и не хочет помогать. При этом за рубежом действуют государственные программы помощи таким детям. Там понимают, что выявлять зачатки девиантного поведения нужно уже с раннего возраста, с 7 лет. Причем психоаналитическое лечение ребенка отличается от такой же помощи взрослым.
А потом начинается подростковый возраст, во время которого все обостряется. «Это возраст между детством и взрослостью, и это является нормативной кризисной ситуацией. В подростковом возрасте многие психические процессы „не завершены“ в том смысле, что они проходят стадию реорганизации, перепроверки и переосмысления, — подчеркивает Нина Асанова. — Подростковый возраст является „вторым шансом“». И, считает эксперт, развитие может пойти по разным путям. Или эти процессы завершатся позитивно, или же ребенок придет к состоянию хронического расстройства психики, или же, в случаях асоциального поведения, — к формированию диссоциального расстройства личности».
Вот почему, отмечают специалисты, подростковый возраст — это своеобразный перекресток, который может вести к неврозу, пограничному состоянию или психозу. И это фактически последняя возможность для подростка встать на нормальный путь развития — в чем ему может помочь психотерапия или психоанализ.
Девиантные подростки — жертвы равнодушия взрослых, считает Гелена Иванова, психоаналитический психотерапевт, президент благотворительного фонда «Шанс», девиантолог. Специалист уже несколько лет работает с осужденными подростками. «А ведь 70 процентов из этих детей даже не состояли на учете в комиссии по делам несовершеннолетних. Это были обычные „трудные подростки“, как мы их называем. Прогуливали школу, курили, хулиганили… но вот дошло до того, что они пошли на преступления», — замечает специалист. Но у подростков гибкая психика, и с ними можно и нужно работать!
При этом за рубежом, рассказывает Гелена Иванова, с такими подростками работают психотерапевты и психоаналитики. Там ставится цель не наказать ребенка, а помочь ему. «В год наше государство тратит на содержание ребенка в колонии примерно 1 млн рублей, а сопровождение подростка с работой психотерапевта стоит 130 тысяч рублей в год», — замечает эксперт. К примеру, в США человеческий капитал оценивается в 1 млн долларов, то есть если там уберегли подростка от убийства — то не просто спасен этот юноша и спасена потенциальная жертва, но еще и сэкономлен 1 млн долларов бюджета страны. И работа с трудными подростками считается гораздо менее накладной.
Опытом Британии делится Дэвид Миллар, клинический психолог, психотерапевт, профессор Отделения психоаналитических исследований Университета Эссекса, член Международной ассоциации судебной психотерапии. Там стараются избавить ребенка от судебного разбирательства. В стране есть социальные службы, специалисты ведут с девиантным подростком психотерапевтическую работу. Если семья неблагополучная, подросток переходит под опеку приемной семьи. Может быть назначено принудительное психиатрическое лечение. Наконец, за правонарушения могут наложить штраф или назначить обязательные работы. Здесь считают, что лучше хулиган будет мести дворы и работать на благо общества (параллельно с ребенком все равно идет психотерапия), чем сидеть в заключении. Есть также методика медиаторства — правонарушитель встречается с жертвой, а посредники-специалисты стараются наладить диалог, помочь одной стороне простить обидчика, другой — получить такое прощение и отработать его (опять же, штрафы или работы). Ну а если преступление серьезное и предстоит суд, то работает ювенальная юстиция: дело разбирает не один судья, а еще и сотрудники социальных служб и представителя местного сообщества. Важно, что подобные разбирательства закрытые, тайные. До 18 лет вынести приговор подростку нельзя.
В Италии заключение в тюрьму считается совсем уж крайней мерой, когда уже нет альтернативы. С подростком работают специалисты, в ходе этой работы он обязан пройти терапевтическое лечение или детоксикацию, участвовать в воспитательной программе, работать со специалистами. Это рассказывает Бруна Марци, психоаналитик, доктор психологических наук, действующий член Международного микропсихоаналитического общества, судебный эксперт. Юный нарушитель закона может получить испытательный срок, и цель этого наказания — помочь несовершеннолетнему в разработке собственного проекта будущей жизни и способствовать его участию в жизни общества, поддержать ребенка в развитии его позитивного поведения. Судьи могут вынести решение о психологическом консультировании.
В США первый суд по делам несовершеннолетних был создан еще 2 июля 1899 года — тогда в стране был замечен сильный рост подростковой преступности. В 1974 году Конгресс принял Закон о правосудии и профилактике правонарушений среди несовершеннолетних, в 2002 году этот закон был обновлен. В законе предусмотрена работа по реабилитации несовершеннолетних. Для того чтобы поддерживать усилия по профилактике преступности среди несовершеннолетних на федеральном уровне, уровне штатов и местных органов власти, было учреждено управление «Офис по по делам несовершеннолетних и профилактике правонарушений»
Реабилитация является основной целью системы правосудия по делам несовершеннолетних. За некоторыми исключениями, в большинстве штатов США правонарушение определяется как совершение преступного деяния ребенком, не достигшим возраста 18 лет. Большинство штатов США также позволяют молодежи оставаться под контролем суда по делам несовершеннолетних до 21 года.
Несмотря на то, что количество несовершеннолетних заключенных в Штатах снижается, там еще остается 80 тюрем для несовершеннолетних. Но вот в Калифорнии, Техасе, Миссури и в Нью-Йорке тюрьмы для совершеннолетних ушли в прошлое. Там работа концентрируется в местных центрах содержания несовершеннолетних, и разрабатываются локальные программы социальной и психологической реабилитации.
В целом в США, поясняют эксперты, развивается электронный мониторинг и сопровождение несовершеннолетних и социальное консультирование. Учебные и психотерапевтические программы предоставляются по месту жительства.
Суды же по делам несовершеннолетних, как и в Европе, закрыты для представителей общественности, и записи часто являются конфиденциальными, что защищает детей от бремени их преступлений в дальнейшей жизни
Вот опыт штата Флорида. Здесь существует Управление превентивных мер и помощи жертвам, его цель — раннее вмешательство, чтобы снизить вероятность ареста и рецидива среди несовершеннолетних. Программы развиваются самые разные. Например, «Нуждающиеся дети» — для тех, кто еще не совершил правонарушение, «Практический академический обучающий центр для девочек». Все направлено на то, чтобы дети не вступали в контакт с системой правосудия по делам несовершеннолетних. Управление поддерживает партнерские отношения с общинами, религиозными организациями и добровольцами.
Сопровождающие психотерапевты оценивают риски — можно ли оставить подростка-правонарушителя дома или лучше ему пожить в специальном Центре. Сотрудник по делам несовершеннолетних встречается с подростком и его семьей для оценки риска общественной безопасности. После этого рекомендации передаются прокурору.
Если нужно задержать подростка, он направляется во Временный центр содержания и остается там в зависимости от степени серьезности правонарушения.
А прокурор решает, возбуждать ли дело. Если в итоге прошло расследование и дело передается в суд, то, если подросток признан невиновным, он находится под общественным наблюдением. Сотрудник по делам несовершеннолетних встречается с юным правонарушителем: они вместе разрабатывают «План успешного поведения в интересах подростка» (план YES). После этого несовершеннолетнего отпускают из Центра содержания.
В случае признания подростка виновным он направляется в специальное закрытое учреждение.
Остающиеся на свободе молодые люди могут заниматься общественными работами, или посещать, например, рехабы –реабилитационные центры для тех, кто принимал наркотики.
«Мы считаем, что работать с такими детьми, лечить их должна государственная специализированная служба, как МЧС. Нужны закрытые интернаты, но ими должны руководить не военные, а психотерапевты», — считает Гелена Иванова. А пока такая работа у нас не налажена, потенциально успешные, нормальные подростки, но с психологическими травмами, несоциализированные, будут и дальше без внимания взрослых попадать в беду. Вот, например, мальчик мечтал поступать в военное училище — и поступил бы, но его антисоциальное поведение и психологические проблемы довели юношу до условного срока. Другой подросток в 11 классе за 4 месяца до ЕГЭ сорвался, бросил школу, причина — конфликт с учителем. И снова сломанная психика и судьба, которую надо исправлять, если еще можно.
Пока, тревожатся специалисты, российские семьи не имеют возможности получать нужную помощь. Не каждый подросток готов согласится на лечение в бесплатной государственной психиатрической клинике — это грозит не только режимом муштры, но и постановкой на учет. В то же время без официального лечения не получить нужных лекарств. Другой вариант — частная психотерапевтическая помощь — комфортна и высокоэффективна, но это не всем по карману. А ведь при этом, напоминает Гелена Иванова, часто ее клиентами становятся девиантные подростки из бедных семей, у которых порой не хватает денег даже на продукты. И это Москва! Что же говорить о регионах, сетует специалист. Очень часто, подчеркивает психотерапевт, девиантное поведение наблюдается у детей из семей со сниженным уровнем дохода, из неполных семей, из семей, где кто-то из родителей страдает алкоголизмом и так далее. У таких семей просто нет денег на платную помощь. Замкнутый круг. Пока в России работают программы благотворительных фондов, которые бесплатны, но на всю страну этих возможностей не хватает. Поэтому, отмечают эксперты, и важно распространить практику психотерапевтической работы с девиантной молодежью на всю Россию на государственном уровне. Этих детей, а значит, и все общество, спасут не колонии для малолетних преступников, а профилактика преступлений среди них. Такому «трудному ребенку» нужна помощь, и оказывать ее нужно вовремя.
Российские эксперты представили Программу декриминализации подростковой среды в РФ, которая будет представлена профильным ведомствам. Предложения экспертов изучит, кстати, и правительственная комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав, возглавляет которую зампред правительства РФ Ольга Голодец. Здесь считают, что очень важно учесть мнение профессионалов в этой сфере.
Комментарии
1
Читайте также
«Полный рот зубов, а всё с грудью!»
Дети оказались в опасности из-за слежки родителей
Роды летом: чего больше — плюсов или минусов
Гулюшка: как погибла бесстрашная девочка-герой
158