Карантин
Мода
Красота
Любовь
Звёзды
Еда
Психология
Фото
Тесты

Маленькие, но сильные. Через что проходят рязанские дети, больные раком

Постоянной борьбе за жизнь и здоровье маленьких пациентов посвящены и будни, и выходные детских онкологов и гематологов.
Маленькие, но сильные. Через что проходят рязанские дети, больные раком
Фото: АиФ РязаньАиФ Рязань
«Коробка храбрости»
В отделении тепло и уютно, как дома. В ординаторской, в коридорах и палатах не встретишь мрачных лиц.
«Наша обязанность - всегда улыбаться, - говорит заведующий отделением химиотерапии онкологических и гематологических больных Областной детской клинической больницы им. Н.В. Дмитриевой Александр Безнощенко. - Позитивные эмоции важны для наших пациентов не меньше, чем лечебный процесс. Хотя, поверьте, слёзы наворачиваются на глаза, если сделал всё возможное, а спасти ребёнка не удалось... Это, пожалуй, самый трудный момент в работе детских онкологов. И наоборот: нет большей радости, чем видеть маленького пациента уверенно идущим на поправку!»
В кабинете на осмотре - молодые родители с сыном. Малышу около двух лет, и за свои первые месяцы жизни он уже столько вытерпел и вынес, сколько иному взрослому не под силу. Осмотр идёт своим чередом, а ребёнок тем временем заприметил коробку с цветными игрушками. Её как раз пополнили новым содержимым. Это - «Коробка храбрости».
«В процессе диагностики и лечения детям иногда приходится делать больно: уколы, пункции, катетеры... - рассказывает Александр Григорьевич, - чтобы малыши не испытывали страха перед процедурами, имели мотивацию пройти обследование, мы поощряем их игрушками. Выбрать можно любую, и храбрости сразу прибавится».
«Домашний стационар»
«Мы были одним из первых в России профильным отделением, образовавшемся благодаря объединению гематологических коек педиатрического отделения и онкологических коек детского хирургического отделения», - продолжает Александр Безнощенко.
Коллектив детских онкологов сегодня хоть и небольшой (их всего четверо), но опытный и энергичный. Трудиться приходится не только днём, но иногда и ночью, а также – в выходные с праздниками. Ход болезни нельзя подчинить рабочему расписанию. Впрочем, на этой неделе в отделении тишина, в отличие, скажем, от прошлой. И мы можем спокойно осмотреться.
Сегодня отделение химиотерапии онкологических и гематологических больных располагает арсеналом в 30 коек: шесть относятся к гематологии, 24 - к онкологии. Срок пребывания в стационаре не ограничен, но пациентов не принуждают находиться в больнице. Если состояние после курса химиотерапии позволяет, многие продолжают лечиться дома. Даже во время непрерывного двухлетнего лечения лейкемии после интенсивного курса детей отпускают «на побывку».
Как бы ни был хорош стационар, а дома, как известно, и стены помогают. Правда, иногда поток больных настолько большой, что в налаженном подходе есть чисто практическая необходимость. Многим маленьким пациентам дают направление в федеральные центры: на сложную операцию, на проведение высокодозной химиотерапии или сложной лучевой терапии. Затем они возвращаются в Рязань, в стационар. Совместными усилиями, как правило, достигается оптимальный результат.
Вылечиться и забыть
Всего в течение года лечение в отделении получают 50-60 больных. Кажется - не много? Дело в том, что детская заболеваемость онкологией пока стабильно невысока. Если у взрослых регистрируют от 100 до 400 случаев на 100 000 населения в год, то у детей — 14-15 впервые выявленных случаев на 100 000 детского населения в год. А в Рязанской области сегодня проживает чуть меньше 200 000 детей. При этом врачи отмечают тенденцию роста.
«За последний год количество онкобольных детей в регионе возросло: 18 случаев на 100 000 детей, - поясняет Александр Безнощенко. - Правда, разовый скачок ещё ни о чём не говорит, но настороженность вызывает. Качество заболеваний (опухолей и лейкозов) также изменилось: появилось больше тяжёлых случаев».
В целом врачи наблюдают несколько возрастных периодов с повышенным процентом заболеваемости. Среди них особо выделяется младший детский возраст, первый-третий годы жизни. Больше половины опухолей в этом случае - эмбриональные. То есть развились из остатков зародышевой ткани, зачаточной для сердца, печени, почек и других органов.
Треть всей детской онкологии - лейкозы. В недавнем прошлом это заболевание было одним из самых грозных и проблемных: 98% детей погибали. С внедрением зарубежных и развитием отечественных технологий ситуация изменилась. Теперь лимфобластный лейкоз лечится с хорошим результатом. Восемь детей из 10 выздоравливают и забывают об этой проблеме на всю жизнь.
В солидной онкологии ситуация не настолько хорошая. Опухоли разных органов и тканей у детей, к сожалению, длительное время развиваются без клинических проявлений. Поэтому диагноз приходится ставить на третьей-четвёртой стадии.
Опять химия...
Но вернёмся к пациентам. Жизнь продолжается и в больнице. Малыши - те, кто на данный момент в силах вести активный образ жизни - готовятся к встрече гостей: «на гастроли» в отделение прибывает научное шоу с увлекательными экспериментами. По этому поводу девочки наряжаются в красивые платья, мальчики вооружаются смартфонами. Дети есть дети: будет шумно и весело, насколько это возможно в онкологическом отделении. А кто-то не сможет пойти на представление, потому что сейчас прикован к постели. Рядом бессменно дежурят родители.
А медработники тем временем собираются на плановый обход. В каждой палате их ждут «солнышки» и «радости». У изголовий детских кроваток - иконы, на подоконниках - плюшевые мишки. Ребята держатся молодцом: кто-то молча терпит боль, а кто-то даже улыбается. Хорошо, когда ситуация стандартная: поставили диагноз, наметили лечение, получили ожидаемый результат. Но чаще всего без осложнений дело не обходится.
«Диму во время лечения острого лимфобластного лейкоза «угораздило» заболеть остеомиелитом, - рассказывает детский гематолог Марина Юдакова. - Случай нетипичный, с таким врачам пришлось столкнуться впервые за 20 лет работы.
У семилетнего Ильи - рабдомиосаркома, рецидив. Основная масса опухоли «прячется» в малом тазу. Это как раз тот случай, когда подобраться к ней и удалить на 100% достаточно сложно, - говорит детский онколог Светлана Дронова. - Появилось много метастатических очагов в лёгких, костях, позвонках. Сейчас идёт курс химиотерапии. Боли не дают покоя, спасает только морфин. Перспектива? На лучшее можно только надеяться...»
Оставаться оптимистами
Практика показывает, что на беседу с родителями детский онколог отводит 70% своего рабочего времени. Да и нерабочего - тоже. Это важно, поскольку от правильного настроя зависит половина успеха.
«Личный номер телефона лечащего врача есть у каждого родителя, - рассказывает детский онколог . - Как правило, я в курсе всего, что происходит с моим подопечным: ухудшилось самочувствие, тошнило, плохо спал... Если в выходной день родители маленьких пациентов не позвонят хотя бы один раз, я одновременно и радуюсь, и волнуюсь. Как-то спокойнее, когда ситуация под контролем».
По факту работа детских онкологов продолжается 24 часа в сутки ежедневно.
«Случается, что через несколько лет к нам приходят пациенты, излечились благодаря, в том числе нашим усилиям. А некоторые даже присылают фотографии своих детей, - рассказывает Александр Безнощенко. – Это мощный фактор, который поддерживает нас в работе, помогает оставаться оптимистами».