АиФ-Владивосток 12 июля 2018

Дело в любви. Почему дети-сироты с ОВЗ обязательно должны жить в семьях?

Фото: АиФ-Владивосток
 — Инвалидность не приговор, если рядом любящие мамины руки, — считает член совета РОО «Ассоциация приемных семей Приморского края» детский психолог Оксана Лосова.
Ты мне нужен
— Оксана Владимировна, не могли вы объяснить, с точки зрения практикующего психолога, почему дети-инвалиды не должны надолго задерживаться в казённых учреждениях?
— Известный факт, что искренняя родительская любовь способна преодолеть даже самые страшные диагнозы. В семье все дети социально адаптируются, раскрываются, малыши с проблемами со здоровьем скорее идут на поправку или резко прогрессируют из-за ощущения нахождения в безопасности. Дело в том, что в детском доме мозг ребёнка настраивается на самозащиту, выстраивает некий кокон, не дающий как негативу, так и положительным эмоциям, поступающих из вне, нарушить хрупкий мир. Если хотите, это можно назвать внутренней борьбой за выживание. Находясь в этом куполе, даже самый здоровый малыш начинает регрессировать. Если вовремя не оказать ему помощь, регрессия может дойти до точки невозврата.
— Что вы имеете в виду?
— Расскажу историю знакомства с одной из своих приёмных дочерей. Моей младшей девочке было два года, когда я случайно увидела её в больнице во Владивостоке. Её только изъяли из семьи, она прожила в больнице не больше недели, но огромный стресс вызвал такие страшные последствия для юного организма, что она разучилась ходить и даже просто стоять. Позже, уже дома, мы несколько лет работали с неврологами, чтобы поставить малышку на ноги и развить её до нормы по возрасту. Прошло пять лет со дня, когда я перенесла её через порог своего дома. Дочурка бегает, прыгает, диагноз умственная отсталость снят, готовимся поступать в первый класс. Небольшие отличия от сверстников ещё видны, но совсем скоро и от них не останется следа.
— Сейчас детские дома переквалифицированы в центры содействия семейному устройству детей-сирот, система воспитания из казённой перешла в семейную. Воспитатель — в роли родителя, разновозрастные дети живут, словно в маленьких квартирах, заботятся друг о друге. Разве этих условий не достаточно, чтобы «разбить» кокон?
— Каким бы домашним и уютным не казался детский дом, какие бы хорошие условия не создали там, это всё равно не сравнится с настоящей семьёй. Даже у самого любящего и чуткого воспитатели физически не хватит рук, чтобы в полной мере одарить теплом всех здоровых детей. А особенному ребёнку нужен индивидуальный подход. Ему необходим «собственный» взрослый, который всё своё внимание и заботу будет дарить ему одному. Без привязанности к взрослому, вселяющего безопасность, ни о каком развитии ребёнка-инвалида речи быть не может. Как бы грубо это не звучало, но малыши в казённых учреждениях бессознательно ставят себе установку «я не хочу жить, развиваться не буду».
Мысль «я кому-то нужен» — одна из трёх важнейших потребностей человека при любом состоянии здоровья. Первая потребность — еда, вторая — безопасность, и третья — социальное признание и «нужность». Мой опыт показывает, что именно исполнение последней потребности заставляет ребёнка верить в себя и совершать маленькие шаги к выздоровлению. Был один невероятный случай: в семью взяли 5-летних двойняшек с тяжёлой формой задержки психоэмоционального, физического и умственного развития на четыре года. Через три года они заиграли на сложных музыкальных инструментах — скрипке и флейте, пошли в первый класс обычной школы. В концу первого учебного года их задержку как рукой сняло — тесты показали, что они ничем не отличаются от одногодок.
У меня есть пример приёмных родителей, которые не испугались неожиданно всплывших проблем со здоровьем ребёнка. Супруги усыновили здоровую 6-тимесячного мальчика, ничего не предвещало беды, но позже врачи диагностировали у него серьёзную задержку умственного развития в связи с органическими поражениями организма. Разумеется, это был шок, паника, непонимание, как быть, но родители решили взять себя в руки и сделать всё возможное, чтобы их ребёнок не уходил ещё глубже в своё состояние. Сейчас у ребёнка развиты навыки самообслуживания, он помогает родителям в быту, ходит в третий класс обычной школы и маленькими ежедневными шагами выстраивает себе дорогу во взрослую жизнь. Да, ведущим инженером он, возможно, не станет, но хорошим строителем или поваром — вполне. Хотя изначально врачи говорили, что он даже ходить не сможет научиться.
Доброе слово лечит
— Как вы относитесь к практике так называемых профессиональных приёмных семей, которые берут в семьи здоровых детей и малышей с ОВЗ?
— Это замечательно! Обычные дети учатся проявлять заботу, доброту, любовь к слабому, а у особенных включаются зеркальные нейроны, работающие на повторение недостающего умения: ходить, говорить, рисовать и т. д. Здесь важно, чтобы сами родители искренне приняли ребёнка с ОВЗ, а дети подхватят. Если в семье нет здоровых детей, нужно помогать особенным ребятам налаживать общение со сверстниками: во дворе, в садике, в гостях, на мероприятиях. Не обязательно заставлять его находиться в кругу детей по пол дня. Достаточно нескольких часов, главное, чтобы ребёнок видел перед собой других, здоровых детей и тянулся за ними.
— Не страшно маме с ребёнком-инвалидом показываться во дворе? Ведь современные дети часто, увы, злые…
— Почему вы считаете, что дело в детях? А родители их что, совсем не принимают участие в их воспитании? Дети сами по себе не знают, что другие ребята — это плохо. Их агрессия — отзеркаленные страхи родителей. Так что это не дети злые, а родители не правильно подходят к воспитанию. А бояться выходить на улицу не надо. Прошли времена, когда особенные семьи прятались за семью замками — нужно выходить в свет и показывать, что детки с ОВЗ — обычные малыши, просто с небольшими особенностями. Хотя я бы ещё поспорила, кто особенный: они или общество, не принимающее их из надуманных страхов.
— В случае с особенными детьми важен каждый день, проведённый в стенах учреждения?
— Если в душе появилось желание помочь инвалиду, нельзя терять время на месячные слежки за ним в базе данных детей-сирот. Желающих принять его в семью немного, это факт, и в данном случае мысль: «а кто, если не я?» очень верна.
Ребёнка до трёх лет можно излечить от самых разных заболеваний без будущих последствий с гораздо большим успехом, чем семилетнего. У младенца мозг активно развивается, и мы может напрямую повлиять на этот процесс. Не забывайте, что в учреждении мозг ребёнка работает на «безопасность», выживание, он замирает в развитии. Исключение из правил бывают, но крайне редко.
Это не значит, что нужно поставить крест на всех детях старшего возраста — родительская поддержка творит чудеса даже в самых сложных и с виду кажущихся безнадёжных случаях. Несколько лет назад ко мне на занятия приводили девочку с запущенной формой ДЦП, она была прикована к инвалидной коляске и прогнозы были не утешительные, а через пару лет она с мамой зашла ко мне в кабинет на своих двоих. Но я бы всё равно очень попросила бы кандидатов в приёмные родители не затягивать с реабилитацией семьёй. Помните, что если ребёнок-инвалид прожил пять лет в учреждении, вам потребуется в два раза больше времени, чтобы наверстать упущенное.
Силы на маленький подвиг
— Гостевой режим подходит для детей-инвалидов?
— Всё индивидуально, но в большинстве случаев не просто подходит, а даёт толчок для прогресса. У меня есть знакомые, которые берут на выходные братьев-подростков из коррекционного интерната и всего через полгода «гостей» у ребята начали делать успехи в учёбе. Разумеется, ребята знают, что они идут в гости и воспринимают эту семейную пару как наставников, которые всегда придут на помощь, а не родителей.
— С каким чувством ни в коем случае нельзя подходить к усыновлению или опеке особенных детей?
— С чувством жалости. Ребёнку нужен взрослый, который верит в него. Существует множество методик для адаптации таких детей в социуме, это сложная, кропотливая работа ребёнка и родителей, но она непременно даст плоды, если верить и не опускать руки. Только мама с папой могут со своим большим открытым сердцем могут почувствовать в ребёнке зону ближайшего развития и идти к ней шаг за шагом. Строить иллюзии тоже не стоит, нужно видеть ресурс малыша сейчас и ни в коем случае не прыгать выше головы. Позвольте ему сначала дойти до одной ступени, например, сказать первое слово в пять лет, а там уже можно думать и о песнях.
Эта искренность придаёт веру в себя даже детям с несохранным интеллектом, даёт им силы на маленькие подвиги в виде улыбки, держания головы или складывания кубиков по порядку. А что почувствует малыш, если его держат рядом с собой из жалости? Чтобы вы почувствовали? Грусть, депрессию, желание немедленно уйти и… закрыться в кокон, верно?
Материал подготовлен в рамках проекта «АиФ-Приморья» «Ребёнку нужна семья!»
КСТАТИ
Родителям особенных детей не стоит забывать о своей личной жизни. Не надо всё бросать к ногам ребёнка, а брать его за руку и вести по жизни, показывая все её краски и красоты.
Комментарии
Читайте также
Ремнем по попе: чем опасны телесные наказания детей
Трудолюбивые малыши, заработавшие миллионы
Стюардесса накормила ребенка грудью и стала героем
34
Мишель Обама и еще 8 известных женщин об ЭКО
2
Последние новости
Технопарк «Кванториум» появится в Приморье в 2019 году
Питание в детских садах Владивостока поставлено на контроль мэрии
В Приморском крае официально вступил в действие закон о «Детях войны»