Карантин
Мода
Красота
Любовь
Звёзды
Еда
Психология
Фото
Тесты

Сямозеро смерти: жизнь после трагедии

Родственникам детей, погибших на Сямозере, еще долго предстоит обивать пороги судов. На этой неделе в Карелии вынесли приговор бывшему директору лагеря и ее помощнику – четверых фигурантов дела освободили. Родители уверены, что это их халатные действия привели к гибели детей и требуют пересмотра дела. О жизни после трагедии корреспондент «МИР 24» Ярославна Фролова.
Сямозеро смерти: жизнь после трагедии
Фото: Мир24Мир24
Его до сих пор узнают на улице, называют «тот самый Браун из Карелии». Саше это не нравится. Уже три года он пытается забыть июньскую смену 2016-го в лагере, стать обычным парнем.
«Когда я услышал от сестры в телефон: «Саша, дети погибли». У меня начал формироваться какой-то комок внутри, очень противный. Его хотелось вытащить. И когда я вспоминал, он проявлялся, давил и душил. Когда я давал интервью и хотел плакать, он не давал дышать», – признался Александр Браун.
Саша Браун – первый в лодке. Через пару часов дети окажутся в эпицентре шторма на карельском Сямозере. Тогда погибло 14 человек. Дети той смены сейчас между собой не общаются, а три года назад ехали в лагерь с радостью. Получить путевку в Карелию на озеро было большой удачей. Там им гарантировали активный отдых с элементами экстрима. Программа называлась «остаться в живых». На 17 июня был назначен поход, в тот день объявило штормовое предупреждение.
Одна из лодок перевернулась. Дети провели в воде почти шесть часов, прежде чем их стали находить спасатели, ведь директор лагеря Елена Решетова долго не разрешала вызывать МЧС. Как потом покажет судмедэкспертиза, большинство погибших не утонули, а умерли от переохлаждения и ударов о камни.
В июне 16-го Александра несколько часов считала, что ее дети мертвы. Имена Вани и Маши Трофим сначала были в списке тех, кто не выжил. Их лодку прибило к берегу, они разбили лагерь. Звонить взрослым или спасателям детям запретили. Брат с сестрой вспоминают, как отказывались от еды, ждали друзей, берегли продукты для них. До последнего высматривала лодку с остальными.
«Я пыталась уточнить: «Что, как, доедут ли они до нас?». Но ничего не ответили. Мы переночевали в палатках. На следующий день нас на катерах отвезли до берега. К нам сразу подошли СМИ и стали спрашивать о самочувствии, а потом была фраза, которая нас «убила»: «Вы знаете, что все ваши ребята погибли?» – рассказала Мария Трофим.
Следствие длилось три года. 18 марта в Петрозаводске директору лагеря «Сямозеро» и ее заместителю вынесли приговор сразу по двум статьям: «оказание услуг без соблюдения мер безопасности» и «оставление в опасности».
«Решетову Елену Васильевну признать виновной в совершении преступлений. Назначить наказание в виде лишения свободы на срок девять лет и шесть месяцев. признать виновным в совершении преступления. Назначить наказание в виде лишения свободы на срок девять лет и шесть месяцев», – огласил суд.
На скамье подсудимых в тот день были еще четверо: двое инструкторов – Ильин и Круподерщиков, – а также работники местного – Катович и Коваленко. Из зала все они вышли на свободу, но родители погибших детей прощать их не собираются.
После суда и вернулись в Москву – они будут оспаривать решение суда. Считают, что от наказания освободили убийц их детей. Маше Борисовой было 12 лет, Жене Романову – 13 лет.
«Знаете, прихожу на могилу, я к ней хочу. Мне ее не хватает. Ну, жить я без нее не могу. Взять одно сердце и вырвать кусок. Не будет биться сердце», – сказала мама Маши Борисовой Анна Борисова.
Директор лагеря так и не раскаилась, виноватой себя не считает. В отличие от Саши Брауна – он до сих пор уверен, что мог спасти детей.
«Меня эта ошибка просто изнутри давит. Я бы мог додуматься, не слушая взрослых. Нужно было просто позвонить в МЧС. Был телефон, была возможность. Именно в этот момент нужно было ослушаться взрослого, но я доверился», – признался Александр Браун.
ПОЗНАЙ ДЗЕН С НАМИЧИТАЙ НАС В ЯНДЕКС.НОВОСТЯХ