Карантин
Мода
Красота
Любовь
Звёзды
Еда
Психология
Фото
Тесты

Молодые отцы рассказали о своем опыте партнерских родов

Согласно закону "Об основах охраны здоровья", отец ребенка может присутствовать на родах при наличии согласия мамы малыша, а также при отсутствии противопоказаний к этому со стороны врачей. И в последнее время партнерские роды только набирают популярность. От года к году врачи фиксируют рост количества женщин, приезжающих в родильный зал вместе с мужьями. Остается одна загвоздка: не всегда молодые отцы горят желанием смотреть, как появляются на свет их чада. Читайте в нашем материале откровения мужчин о своем опыте партнерских родов, а также том, как женам удалось уговорить их провести вместе самый важный день в жизни родителей.
Молодые отцы рассказали о своем опыте партнерских родов
Фото: Москва24Москва24
"Папы идут на роды не ради хороших впечатлений и прикольного опыта" Кирилла не пришлось долго уговаривать поехать с женой в роддом. Более того, он и его супруга решили это глубоко заранее: "Наша дочь родилась три года назад. Но вопрос о том, буду ли я присутствовать на родах, у нас с моей супругой Машей обсуждался еще на этапе планирования ребенка. Жена меня попросила, и я сразу согласился. Это довольно распространенный факт, что рожать тяжело. И для меня сработал аргумент, что она в этот момент будет максимально беззащитна, ей будет нужна моя помощь.
Во время беременности мы ходили на курсы, где рассказывали, как проходят роды, что нужно собрать, как подготовиться – и как раз там еще раз проговорили, как было бы неплохо, если бы муж в самый важный день был с женой. И это еще раз укрепило уверенность, что я пойду. Да и в целом отговаривать никто не пытался. Ну да, когда друзья и знакомые узнавали, завязывался такой разговор: "Вот я бы не пошел". Аргументы стандартные: это же "мерзко", "неприятно" и "как нам потом сексом заниматься". Но такие беседы ни к чему не приводили, потому что мы уже все решили.
К самому дню родов я сам никак не готовился: страшных форумов и специальной литературы не читал – если честно, было просто лень. Да и вообще особо не нервничал. Может быть, я черствый сухарь? Сам день "х" наступил неожиданно. Машу по до сих пор непонятным нам причинам заранее положили в больницу и начали ускорять роды – хотя по сроку все еще было хорошо. Соответственно, она четыре дня жила в таком режиме: "Вот, вот, сейчас, сейчас я уже буду рожать". И я почти не спал, чтобы не пропустить этот момент.
И вот в один из этих дней я ложусь спать в пять утра, а она звонит мне в шесть и говорит: "Все, приезжай, я рожаю". Помню, что еще сонный ругался на нее, сказал: "И что ты мне звонишь!" Но потом, конечно, проснулся и поехал к жене.
В роддоме у меня был определенный набор функций. В нужный момент я был эспандером, а в свободное от этого время – мальчиком на побегушках: приносил воду, зарядку для телефона, разговаривал с врачами, отвечал на звонки взволнованных родственников. Конечно, было много страхов, в первую очередь потому, что Маше было тяжело. Был очень напряженный момент – перед тем, как ей вкололи эпидуральную анестезию. Но после этого стало легче – жена даже пару часов поспала. Но в целом шока не было, потому что я был к этому морально готов: и благодаря курсам, на которые ходил с Машей, и благодаря общим знаниям о том, как проходят роды. Блин, из человека ребенок лезет – чего удивляться, что она кричит.
Ну а потом наступил ключевой момент – именно роды-роды. У нас ситуация была специфическая, нас вел главврач, поэтому в момент "х" в палату прибежало человек десять. Они столпились вокруг Машки, и я под шумок отошел в сторонку. Я старался находиться на таком расстоянии, чтобы между мной и рожающей женой находился хотя бы один человек.
Я не хотел туда смотреть – это был самый неприятный момент процесса. До этого роды выглядят так: лежит твоя жена, она в больничном халате, ей плохо – и ты рядом с ней. Но момент самого появления ребенка на свет – это другое. Наконец-то родилась Лиза. Я, честно говоря, ждал, что мне предложат перерезать пуповину, поэтому старался казаться максимально незаметным и не попадаться под руку врачам. Этот процесс не имел для меня какого-то сакрального значения, да и вообще: перерезать пуповину, я уверен, тоже достаточно неприятно.
Мне очень быстро дали дочку на руки. И тут у меня появилось парочка вопросов. В фильмах дети сразу рождаются как дети, разве что немного красненькие. Но глядя на своего ребенка, я думал: "Почему Лиза такая зеленая. Как будто одна сплошная гематома". Но мне сказали, что это нормально. А еще мне показалось, что врачи немного не доделали свою работу. Я хоть и образованный человек, в детстве даже на олимпиаду по биологии ездил, но был уверен, что пуповину реально завязывают. А тут мне дали малышку – и у нее на пупке была просто прищепка. Хотелось даже крикнуть: "Ребята, может, вы что-то с этим сделаете?" Но оказалось, что это тоже нормально.
А потом все закончилось. Мы, по правилам, еще два часа провели в палате – качали Лизу, звонили родителям и родственникам.
Вспоминая это, я ни о чем не жалею. Хотя, наверное, если бы Маша не попросила быть там с ней, я бы остался дома. Папы идут на роды не ради хороших впечатлений и прикольного опыта, они идут туда ради жены. Теперь я знаю, как Маше это было нужно. И в следующий раз снова пойду с ней, кстати, уже очень скоро – через месяц у нас родится вторая дочь.
В целом после появления Лизы я стал по-другому относиться к Машке. Мужчина имеет право остаться дома, не быть на родах, его за это никто не осудит. Тогда он, конечно, будет понимать, что это сложно, но не более того. А тут ты видишь, что роды – это просто офигеть как сложно, и начинаешь относиться к жене более лояльно. То, что я был в такой важный момент с женой, помогло нам потом: я был более заботлив в период, когда она приходила в себя после родов.
"Писали, что после такого никакой сексуальной жизни не будет"
А Ваня на первый вопрос жены о партнерских родах ответил категорическим отказом: "Первый раз Аня предложила мне пойти с ней, когда срок беременности был где-то три месяца. Я конечно сказал, что не хочу! Объяснял так: для мужчины роды должны остаться тайной. Я всегда это видел так, как было в советские времена: мужик стоит под окном, и жена в какой-то момент выглядывает и кричит: "Девочка!"
Естественно и форумы разные читал. Там мужчины категорически отговаривали, писали, что после такого никакой сексуальной жизни не будет, что, увидев роды, мужчины потом просто не могут. В общем они описывали свои проблемы, и я боялся, что партнерские роды правда помешают нашей интимной жизни.
Но теперь могу сказать, что здесь женщина должна правильно подобрать подход. Я сам по себе жуткий собственник. И на восьмом месяце Аня привела весомый аргумент. Жена сказала, что если с ней не пойду я, она вызовет доулу, женщину, которая весь процесс будет вместе с ней. Я испугался и решил, что лучше пойду я. Подготовка к родам – я не скажу, что мы делали что-то особенное. Жена много разной литературы читала, время от времени что-то мне цитировала или показывала. Так потихоньку и готовились.
И вот в один прекрасный день Аня разбудила меня в пол шестого утра со словами: "Началось!" Мы собрали вещи, сели в машину и поехали в родильный дом. Там минут сорок заполняли всякие документы, и только потом нас положили в предродовую палату.
Я очень нервничал – понятное дело. Ей тем более было и страшно, и плохо: первые роды, Аня просто не знала, что делать и чего ждать. Я ее поддерживал, как только мог. Говорил: "Все будет хорошо. Все рожали, и тебя эта участь тоже ждет. Ничего страшного". Затем пришла комиссия. Они осмотрели жену и сказали, что у нее не полное раскрытие и спросили про эпидуральную анестезию. Мы согласились.
Следом зашел анестезиолог – хороший мужик, веселый. Мы даже посмеялись. Он просил следить за ним, вдруг сделает укол не туда, и у Ани отнимутся ноги. Короче, шутил. После этого жене стало легче, и мы смогли даже пару часов поспать: Аня – на специальной кушетке, и я – на каком-то мягком кресле на полу.
Врачи нас практически разбудили: снова осмотрели жену и сказали, что у нас полное раскрытие. Ане повесили на живот датчики, с помощью которых можно было отслеживать схватки. Помню, в этот момент мне было почему-то очень смешно. Смотрю на прибор и кричу: "Схватка!" И сразу начинает кричать Аня. И я такой думаю: прикольно, – и начинаю смеяться. Почему-то я веселился, хотя, естественно, ничего смешного там не было.
Но, кроме этого, я, конечно, и помогал. В первую очередь делал массаж спины. Сам момент выхода ребенка достаточно быстрый. А схватки, пока он там двигается по родовому каналу, это долго. И в этот период я делал ей массаж спины, чтобы облегчить боль. Аня потом говорила, что ей это действительно помогало. Ну и еще поддерживал: успокаивал, держал за руку. В какой-то момент, помню, ей захотелось есть. И я принес ей печенье. Я долго смеялся: роды, а она все про еду!
Сначала Ниночку положили Ане на грудь. Помню, меня еще спросили, буду ли перерезать пуповину. Я отказался. А вот жена с этим справилась – молодец. Потом малышку убрали на какой-то специальный пеленальный столик. Она кричала, и мы вдвоем начали "шикать", ну как бы успокаивать дочь. На это врачи нам ответили: "Родители, вы что? Ей же нужно прокричаться, чтобы освободить дыхательные пути". И мы больше не вмешивались.
Где-то через полчаса мне все-таки дали на руки дочь. Аня лежала, отдыхала, а я ходил и качал малышку – непередаваемые ощущения. Когда потом ехал домой, чувствовал какую-то пустоту из-за того, что оставил их там. Эмоции одновременно и были, и их не было вообще. Сейчас помню только, что был сильный стресс. Поэтому первым делом дома я выпил рюмку – все-таки стал отцом, да еще и на родах помог.
Сейчас Нине уже два месяца. Оглядываясь назад на тот день, не могу вздохнуть с облегчением, мол, все закончилось. Для меня все закончится, только когда выдам дочь замуж. Одно знаю точно, быть с Аней там было правильным решением. Я не смотрел на самую "яркую" часть процесса появления дочки, тем самым и уберег себя от всяких интимных проблем в будущем. Но взамен я первым увидел Ниночку, успокаивал жену и держал за руку, когда ей это было нужно. В то же время остальным хочу сказать так: это личное дело каждого, ходить или не ходить на роды".
"Когда ребенок выходил, я это видел"
Игоря жена не просила пойти с ней на роды. Он сам удивил ее таким предложением: "Изначально мы даже не обсуждали мое присутствие на родах. Но где-то после 30-й недели беременности, когда все наши мысли уже только об одном – скорее бы родить – я сказал: "А давай я пойду с тобой". Олеся сама даже не предлагала мне до этого поехать в роддом с ней, но очень обрадовалась. Я, в свою очередь, просто понял, что там ей будет сложнее, чем сейчас, – в конце беременности, и я хотел проявить заботу.
После этого мы начали ходить на курсы. Там сначала неинтересно было. Однако в итоге рассказали много полезных вещей, в том числе и о процессе родов: как ей правильно себя вести, как дышать и тому подобное. Правда это не помогло – в процессе она все равно забывала все рекомендации, но, кстати, здесь я и пригодился – подсказывал. Роды начались, когда я был на работе. Супруга звонит, кричит: "Начались схватки, рожаю!" Я сразу полетел к ней. В роддоме к жене меня пустили не сразу. Но вообще я был с ней весь процесс схваток: стоял рядом, массажировал спину, помогал, отвлекал болтовней. А когда пришло время именно рожать, я бегал и искал врача. И сейчас понимаю, как был ей нужен: именно в такие моменты ей ничего не приходилось делать, все важные вопросы решал муж, а жене оставалось только следить за своим самочувствием.
И тут – роды. Когда все началось, я спросил у врача: "Мне выходить или остаться?" Не помню, что она ответила, но я остался. Сначала я на передовой не стоял – был у головы, а потом переместился вбок. Мне пришлось помогать врачам – держать Олесину ногу, потому что подставка под нее сломалась.
Вообще в этот момент мне было неловко, я не смотрел в промежность. Да и я больше был сосредоточен на супруге и на том, что она делала, – успокаивал, помогал контролировать дыхание. Но когда ребенок выходил, я это видел. Не видеть этого было просто невозможно. Все-таки мой ребенок рождается – трудно не обращать на это внимание. Было очень захватывающе и, честно говоря, любопытно. Когда Катюшу вытащили – ее сразу дали жене. И тут снова понадобилась моя помощь. Я попросил, чтобы сразу пуповину не обрезали – это было необходимо для того, чтобы кровь вернулась к ребенку из плаценты, которая ушла во время родов. Мы с женой заранее обговаривали этот момент, и я хотел его проконтролировать. Жена могла и забыть об этом – она тут такое пережила, чтобы все держать в голове.
Но вот сам я пуповину не обрезал. Хотелось очень, но как-то неловко было об этом попросить. Ничего, у меня Олеся сейчас на восьмом месяце беременности, и скоро мы снова поедем в роддом. В этот раз я точно попрошу врачей и обрежу пуповину сам.
Вообще для меня роды с женой – это положительный опыт. Страшно не было, я такой человек, никогда не паникую. Зато я первый увидел свою малышку, взял ее на руки. Никаких негативных моментов вспомнить об этом дне не могу. Но и сказать, что все должны сопровождать в роддом свои вторые половинки, не могу. Для каждого это решение должно быть индивидуальным – он должен сам решить. У меня, например, есть знакомый, который категорически отказался идти, хотя жена его и уговаривала. Я другу потом объяснил, в чем прелесть-то процесса, но он ответил, что не готов.
А прелесть в том, что ты участвуешь в рождении ребенка. Ты переживаешь все вместе с женой. Это какое-то единение. Понятно, что роды у всех разные, и все может сложиться не так просто, как у нас. У кого-то это это будет самый худший день в жизни, и дело даже не в каких-то форс-мажорах, а именно в эмоциях. У кого-то – нет. Но я ни о чем не жалею".