В старом Китае выбиться в люди и получить должность чиновника можно было, только сдав особый тест, и потому многие пересдавали его годами, пока не проходили порог или не слепли от ежедневного корпения над свитками при свечах. В XXI веке есть лампы, очки, библиотеки мультимедиа и новые образовательные технологии, однако жизнь китайцев легче не стала, а экзамены остаются кошмаром любого школьника. И пока весь мир дивится китайской усидчивости, способности зазубривать сотни иероглифов и умению сдавать экзамены, сами китайцы не уверены, что игра стоит свеч. На какие жертвы ради образования идут самые усердные ученики в мире — в материале «Ленты.ру». Лю Цзянь — простая деревенская школьница из провинции Цзилинь, что на границе с Россией. 2020 год она запомнит на всю жизнь, и не только из-за пандемии коронавируса. Строжайший карантин пришелся на самое важное время в ее жизни — подготовку к выпускным экзаменам гаокао (高考). Лю, как и другие китайские школьники, и так перед итоговыми тестами не выходила лишний раз из дома. Но в этом году из-за распространения коронавируса дети оказались полностью отрезаны от сверстников, учителей, а заодно и от возможности нормально подготовиться к решающему событию на пути во взрослую жизнь. «Многие из нас были на волоске от нервного срыва, — говорит она. — Ситуация казалась лучше, чем она была на самом деле. Давление было колоссальное, экзамены же на носу».

Привилегия прописки

«Высокий экзамен» — так дословно переводится гаокао — завершающий этап обучения в китайских школах, наподобие российского ЕГЭ. Он же считается вступительным испытанием для поступления в университет. Экзамен проходил ежегодно в начале июня с тех самых пор, как после окончания культурной революции школьники снова сели за парты. Однако в 2020 году его впервые за несколько десятилетий перенесли на месяц. Коронавирус стал не единственным препятствием для учеников. В этом году на юг Китая обрушились сразу несколько стихийных бедствий — землетрясения магнитудой 4,9, проливные дожди, наводнения и оползни. Но, несмотря на чрезвычайные обстоятельства, в которых школьники писали гаокао, ставки были высоки, как и всегда. В 2020 году выпускной экзамен сдавали 10,71 миллиона китайцев. Для большинства из них высокий балл — единственная в жизни возможность выбраться из родной глубинки, в то время как топовые учебные заведения одобряют, как правило, менее одного процента всех поданных заявок. На выходе из школы проверяют знания иностранного языка, математики, литературы, а также умение писать сочинение на заданную тему. Одновременно с экзаменом выпускники заполняют форму, в которой указывают, в какие бы университеты хотели подать документы. В каждом вузе есть порог по баллам, который зависит от престижа учебного заведения и прописки абитуриента.

Систему поступления в вузы в Китае сложно назвать справедливой. Например, жителям столицы и крупных городов — Пекина, Шанхая, Тяньцзиня — поступить в местные вузы легче. Там, где им потребуется 550 баллов, приезжему нужно все 600-700

При этом и сами тесты различаются по сложности. Обычно жители Пекина, Шанхая, Тяньцзиня, провинций Цзянсу и Чжэцзян пишут отдельные варианты. Остальные регионы делятся на три уровня. В первый входят провинции, где и население больше, и уровень образования выше: в основном это юго-восточный и центральный Китай. Второй — «середнячки»: северо-восток и запад страны. Третий уровень — провинции, в которых много удаленных горных деревень, и школьники там не самые продвинутые. Понять, насколько различаются варианты по уровню сложности, можно, взглянув на темы сочинений. В этом году, к примеру, в Шанхае размышляли на тему «Может ли человек влиять на ход вещей», а в Цзянсу — «Дураки/гении мыслят одинаково». Выпускники первого уровня при этом думали над тем, какой из древних китайских политических деятелей — Ци Хуаньгун, Гуань Чжун или Бао Шуя — произвел на них самое глубокое впечатление. Второй уровень получил тему «Возьмемся всем миром за руки, а молодежь вместе построит свое будущее». Последние же писали о том, «как произвести хорошее впечатление». Сдавать экзамен можно в любом возрасте, так что выпускник может попытать счастье еще раз, если не набрал нужное количество баллов. Однако повторять год усердной подготовки — не самая желанная опция, ведь от учебы можно буквально отупеть.

«Ад на пути в рай»

Подготовка к экзаменам для всей семьи дело исключительной важности, на результат возлагаются слишком большие надежды. Что говорить — в дни гаокао за ходом событий следит вся страна, словно за выступлением сборной страны на Олимпиаде. О трудолюбии азиатских школьников ходят легенды, и не без причины: Китай — лидер Международной программы по оценке образовательных достижений учащихся (PISA). Однако всемирное восхищение результатами дается нелегко. В китайском языке в этой связи даже прижился оксюморон «отупеть от учебы» (学傻了): кругозор ребенка сужается до экзаменационных заданий, в его жизни нет никаких кружков, секций, прогулок с друзьями и развлечений. Старшеклассники проводят в школе практически все время. Выходят они из дома спозаранку, чтобы до начала уроков успеть пару часов позаниматься. Затем — полдня занятий, а после — до 9-10 часов вечера — самостоятельное обучение или дополнительные уроки. По закону, на отдых у детей есть два дня, однако в последний школьный год они сидят за партами и всю субботу, и часто — половину воскресенья. Иногда за дополнительные занятия взимается плата, и хотя ходить на них вообще-то не обязательно, их посещает большинство. Часто учителя объясняют на «допах» то, что не успели в отведенное учебное время. Некоторые родители в погоне за хорошими результатами своих чад отправляются вместе с ними в школы-интернаты. Там дети также учатся круглые сутки с перерывами лишь на сон и еду. Один из родителей же оставляет работу и супруга, чтобы стирать и готовить. Такая гиперопека часто играет с юными китайцами злую шутку: переехав в университетское общежитие, многие обнаруживают, что не могут ни постирать собственные носки, ни убраться, ни сделать бутерброд. Одна из школ-интернатов, а точнее — тренировочных баз для высокобалльников, расположена в горах провинции Аньхой. Школу Маочантан называют «фабрикой подготовки к тестам». Ежегодно туда приезжают более 10 тысяч учеников из разных мест, и из них свыше 80 процентов получают на гаокао баллы выше проходных в вузы.

Учебная неделя в такой школе здесь длится 10 дней. Девять из них — занятия с 6:30 утра до 10:30 вечера, плюс самоподготовка, последний день — экзамен

На уроки запрещено приносить еду и напитки, электронные приборы, нельзя пререкаться с учителями. Те в свою очередь признают, что не все методы согласуются с их представлениями о том, как нужно учить. Однако успеваемость прямо сказывается на зарплатах преподавателей, поэтому эксперименты проводить решаются немногие — привычная зубрежка куда надежнее. Как описал жизнь в Маочантане один из учеников: «Это ад на пути в рай». Обучение стоит около 6 тысяч долларов в год, что примерно равно среднему уровню дохода шанхайца. Родителям также нужно арендовать комнату — от 900 до 3300 долларов в год. Чтобы получить полную картину трат, нужно еще прибавить питание, канцтовары, проезд и вычесть доход одного из родителей, который покинул дом вместе с ребенком. В городке, где расположена «база», живет около 35 тысяч человек — по китайским меркам совсем мало. Местная экономика раньше держалась на экспорте бамбука, но теперь она крутится вокруг обслуживания нужд учеников и их родителей. Жилые дома, рестораны, магазины, отели и ни намека на развлекательные заведения — ничто не должно отвлекать детей от занятий. К 11 вечера город затихает.

Повторение — мать учения

В 2020 году Чжан Кэ в третий раз сдавал выпускной экзамен. Вместо трех лет он проучился в старшей школе пять. «Только самые отважные решают пересдать гаокао. Такое решения заслуживает восхищения», — говорит он. Предыдущие два гаокао он отнюдь не завалил: напротив, вошел в два процента лучших в провинции Сычуань. Однако Чжан решил улучшить показатели, чтобы попасть в элитный вуз, входящий в «Проект 985» и «Проект 221» — китайский аналог университетов «Лиги плюща». «Лучшие университеты дадут мне хороший фундамент и гарантии лучшего трудоустройства», — поясняет он. При этом молодой человек добавляет, что хочет стать дизайнером в японской анимационной студии Kyoto Animation. Ради достижения своей цели он переехал в школу-базу в нескольких часах езды от родного города Чэнду. «Ученики, которые выбирают эту школу, очень любят конкуренцию. Их отличные результаты могут и меня заставить поднажать», — говорит Чжан.

Каждый день мы сидим и делаем тесты, а потом их анализируем. Времени на переработку информации не дают. Только тесты — один за другим

Таких, как Чжан, в школе немало, но не все одобряют их стремление к совершенству. Выпускники, сдающие экзамен впервые, переживают, что пересдачи приводят к увеличению конкурса на места в университетах. Из-за недовольства учеников и родителей сычуаньские власти даже запретили некоторым «образцовым школам» принимать детей в выпускной класс повторно, однако мера коснулась лишь 10 процентов учреждений.

lenta.ru

Цена высоких баллов

В такой обстановке некоторые ученики не выдерживают напряжения, и дело нередко заканчивается нервным срывом или просто отказом от пересдачи в случае провала: идут работать, остаются в родных деревнях. И это не худший вариант, ведь часть выпускников стресс толкает к наркотикам. Сяо Хэ мечтала поступить в престижный вуз и решила «помочь» своему мозгу усвоить больше информации. Она начала принимать риталин — стимулянт, который прописывают страдающим от синдрома гиперактивности и дефицита внимания. Купить лекарство ей помог отец, правда, где он его взял, она не знает. Позднее Сяо перешла на нелегальные наркотики: амфетамины и «синтетику», заказывала их сама в интернете. О том, что именно она принимала, девушка узнала, лишь попав в реабилитационный центр: у нее начались галлюцинации, клочьями выпадали волосы. До этого она думала, что пьет безобидные «таблетки для учебы», которые помогают сосредоточиться в классе. Официальной статистики о том, сколько детей принимают подобные медикаменты, нет. Однако китайские эксперты предупреждают: цифры растут. «За последние два года к нам поступил 61 пациент в возрасте от 16 до 25 лет с зависимостью от так называемых учебных таблеток», — говорит врач Пекинского реабилитационного центра Сюй Цзе. По его словам, с 2017-го по 2018 год число таких пациентов удвоилось, и треть из них оказались учениками выпускных классов. Корень проблемы в том, что в Китае особо никто и не знает о последствиях приема риталина, указывает врач. Отец Сяо, когда та попала в больницу, узнав о нелегальных веществах у нее в крови, страшно разозлился и месяц не навещал дочь. Оказалось, он тоже понятия не имел о возможной зависимости, да и о том, что таблетки — наркотик. Стигма в отношении наркотической зависимости настолько глубоко сидит в китайском сознании, что в реальности лишь немногие из числа «подсевшей» молодежи оказываются в больнице. Такое событие может покрыть позором всю семью, поэтому больные либо вообще не проходят лечения, либо сидят дома, лишь бы не быть замеченными в наркодиспансере. «Учитесь так, словно вы постоянно ощущаете нехватку своих знаний, и так, словно вы постоянно боитесь растерять свои знания», — эту фразу приписывают главному ученому мужу Китая — Конфуцию. На протяжении тысячелетий главной ценностью и целью жизни для китайцев было образование. И они готовы пойти на все, лишь бы дать своим детям шанс попасть в хороший вуз и устроить карьеру. О трагедиях и жертвах, на которые ради этого идут и дети, и родители написано немало книг и снято фильмов. Однако жизнь школьников легче от этого не становится, ведь лучшие вузы можно пересчитать по пальцам, а желающих попасть в них все еще миллионы.