Проверено на себе
Звёзды
Психология
Еда
Счет
Любовь
Здоровье
Тесты
Красота

Писатель Юрий Поляков: «В Переделкине стихоносные места»

Много лет в Переделкине живёт – известный русский писатель, долгие годы возглавлявший «Литературную газету», поэт, драматург, киносценарист. Популярность литератору принесли повести «Сто дней до приказа» и «ЧП районного масштаба», а также книги «Демгородок», «Апофегей», «Козлёнок в молоке» и «Грибной царь», написанные в писательском посёлке на западе Москвы.

Писатель Юрий Поляков: «В Переделкине стихоносные места»
Фото: На Западе МосквыНа Западе Москвы

Видео дня

ДОМ НА ПЕПЕЛИЩЕ

– Юрий Михайлович, расскажите, пожалуйста, об истории ваших взаимоотношений с Переделкино.

– Впервые я приехал в Дом творчества писателей «Переделкино» зимой 1979 года – она была, помню, почти такая же снежная и холодная, как нынешняя. Я бегал на лыжах и дописывал как сумасшедший повесть «Сто дней до приказа», которая до этого шла у меня через пень-колоду. С тех пор я бывал в Доме творчества каждый год, обычно зимой. А когда в 1997 году Литфонд предложил мне под застройку пепелище от сгоревшей дачи, в которой некогда жили писатели-фронтовики М. Луконин и В. Озеров, я с радостью согласился и вложил в строительство все свои деньги. С 2001 года моя семья постоянно живёт в Переделкине, на улице Довженко. Рядом была скромная платформа, полустанок Мичуринец. Теперь это роскошная станция, как раньше говорили, «из стекла и бетона». Мечта Ле Корбюзье!

– Дом на улице Довженко у вас очень уютный, гостеприимный. Помню, в личном разговоре вы как-то сказали мне: «У нас патриархальная семья». В чём это проявляется?

– Ну, во-первых, мы с женой Натальей отметили 31 января 46-ю годовщину нашей свадьбы. В нашем писательском мире такое бывает нечасто. Во-вторых, наша дочь Алина с детьми – Егором и Любой – тоже значительную часть времени живёт с нами в Переделкине. А уж что это – патриархат или матриархат, – пусть останется нашей внутрисемейной тайной. (Смеётся.)

АУРА МЕСТ

– Многие, побывав в Переделкине, говорят: здесь особенная атмосфера – тихо, будто не Москва. А вы чувствуете особую ауру этих мест?

– Действительно, свернув с трассы на улицу Лермонтова, словно попадаешь в другой мир. Тишина и девственный лес. В Переделкине, я убеждён, есть какая-то особая энергетика, помогающая творчеству. Не зря же здесь написано столько прекрасных книг. Ныне это историко-культурный заповедник с музеями Пастернака, Евтушенко, Церетели, Чуковского, Окуджавы. Я давно ношусь с идеей: в Доме творчества, построенном в конце 1940-х специально для писателей в стиле советского классицизма, открыть литературный музей. Гостиничного типа комнатки помнят стук пишущих машинок , , , , . Кроме того, этот музей мог бы стать местом хранения рукописного наследия, хранящегося в семьях, а следовательно, и международным центром изучения творчества замечательных писателей советской эпохи.

КОЛОРИТ НАЧАЛА 80-х

– Становилось ли само Переделкино местом событий в ваших произведениях?

– Действие моего «крайнего» романа «Весёлая жизнь, или Секс в СССР» преимущественно происходит в Доме творчества «Переделкино». Кто хочет ощутить колорит начала 1980-х и узнать о литературных нравах того времени, найдёт это в романе.

– Пишется ли вам лучше с тех пор, как вы поселились здесь?

– Иной жизни, как в Переделкине, я себе давно уже не представляю. Пишется мне здесь очень хорошо. Как говаривал мой один герой: «Стихоносные места!» Недавно закончена и вышла в свет моя публицистическая книга «Желание быть русским». Завершаю давно обещанную читателям книгу о советском детстве. Планирую представить её публике в июне на Красной площади.

ЛЮБИМЫЕ МАРШРУТЫ

С западом Москвы Полякова связывает не только Переделкино.

«Около Филёвского парка, на улице Алябьева, я недолго жил в 1970-е годы, любил гулять вдоль Москвы-реки, – вспоминает Юрий Михайлович.– На ракетно-космическом заводе – – на улице Новозаводской работал мой тесть, лётчик-испытатель, фронтовик Иван Макарович Посталюк. Его портрет мы всей семьёй несём, шагая в рядах «Бессмертного полка».

В я мечтал поступить, а когда пришёл туда на день открытых дверей, то заблудился и плутал по этому циклопическому лабиринту, пока добрый сенегалец не вывел меня на волю. Не поступил.

А по Кутузовскому проспекту не одно десятилетие езжу домой, в Переделкино, очень люблю советскую архитектуру эпохи «украшательства». Я, кстати, был одним из первых, кто призвал вернуть мемориальную доску на стену дома, где жил Брежнев. Её в начале 1990-х зачем-то подарили немцам и вывесили возле Бранденбургских ворот. В итоге так и поступили – повесили на доме копию».