Проверено на себе
Звёзды
Психология
Еда
Счет
Любовь
Здоровье
Тесты
Красота

Как выглядит семейный киднеппинг в России

Случаи семейного киднеппинга в России — не редкость. Опрошенные RT эксперты отмечают, что родители всё чаще воруют своих детей у бывших супругов. Становится больше и случаев уклонения от исполнения требований суда, который встаёт на сторону отца или матери ребёнка. При этом никакой существенной ответственности за неисполнение решения по «семейному» делу не предусмотрено. RT выяснял, почему родители похищают собственных детей и какие меры можно принять для предотвращения таких ситуаций.

В 2020 году Руслан Т., совладелец нескольких предприятий, забрал четырёхмесячную дочь у своей бывшей жены Ольги Х. Всё происходило возле многоэтажки в Солнцеве, где жила Х. Руслан силой забрал ребёнка и увёз на своём внедорожнике. Об этом свидетельствует видео, снятое на смартфон сестрой Ольги. Дочку удалось вернуть через 38 дней. Но в марте 2021 года её снова похитили.

Видео дня

Как рассказала RT Ольга, неизвестные в масках ворвались в квартиру и забрали девочку, которой на тот момент было год и три месяца. «В одном из похитителей я узнала отца моего ребёнка», — говорит женщина. По её словам, место её жительства выяснили с помощью сайта объявлений — она продавала мотоциклетную амуницию.

Москвичка Оксана К. с сентября 2020 года пытается развестись со своим мужем Вадимом К. В апреле 2020-го она ушла из дома и забрала четырёх из их пяти детей. Как утверждает Оксана, муж поднимал на неё руку. В дальнейшем под предлогом забрать ребёнка к себе на каникулы мужчина отнял у неё ещё одного сына. В ближайшее время должен состояться суд об определении места жительства детей.

Ещё одна жительница Москвы, Ксения Щ., не видит своего ребёнка уже пять месяцев. По её словам, под предлогом совместного отпуска бывший муж Ксении увёз их сына в Одессу и не даёт общаться с ним даже по телефону.

У Оксаны С. бывший сожитель на глазах у полиции и комиссии по делам несовершеннолетних забрал десятимесячную дочь и скрывал больше недели. К счастью, паре удалось прийти к мировому соглашению и отец вернул девочку матери. Об этом рассказывал портал «Такие дела».

Станислав Сажин, забравший дочь у бывшей жены, писал в Instagram о «похищении детей для чайников». Курсы по «похищению детей» закрыли после того, ктет возбудил уголовное дело.

Один из самых показательных случаев семейного киднеппинга — история Жанетты Тухаевой. Женщина уже около семи лет борется за старшего сына, которого отнял у неё отец ребёнка.

Жанетта Тухаева и Руслан Ибаев познакомились в Москве в 2009 году. По словам женщины, её родителям Руслан показался «очень набожным, религиозным и порядочным человеком». Уже через месяц они поженились. Брак был не светским, а религиозным. Тем не менее, когда родился сын Абубакр, отца в свидетельство о рождении вписали официально.

Как говорит Жанетта, проблемы начались, ещё когда она была беременна — «Руслан стал устраивать скандалы, отдаляться». «А на четвёртом месяце начался ад, — вспоминает Тухаева. — Он говорил: «Это не мой ребёнок, не подходи ко мне, не разговаривай со мной». Скандалы продолжались каждый день, он или ссорился, или не говорил со мной неделями. Я постоянно ложилась в больницу на сохранение, была угроза выкидыша».

Когда родился Абубакр, по словам Тухаевой, отец «даже не смотрел в его сторону». А вскоре после рождения мальчика выгнал жену с новорождённым сыном из дома. Но вскоре пытался реабилитироваться: «Говорил, как мы ему дороги, пытался вернуться, доказать, что исправился». В результате летом 2011-го супруги снова стали жить вместе. Чуть более чем через год родился младший сын — Саид.

А ещё через несколько месяцев, по словам Жанетты, она узнала, что у Руслана, помимо неё, было ещё две семьи. «Мне он сказал только об одной бывшей жене и двух детях от первого брака. Но оказалось, ещё когда мы познакомились, он проживал с другой женщиной. И как только познакомились, он в буквальном смысле выставил её с вещами из квартиры, в которой мы с ним стали потом жить, — говорит Тухаева. — Ни я, ни остальные его женщины не знали друг о друге. Он всем нам врал».

Судя по судебным документам, которые есть в распоряжении RT, Ибаев был официально женат, но в настоящее время разведён, семья живёт в Нижнем Тагиле, есть двое сыновей. Есть дочь от гражданского брака. В нынешнем (религиозном) браке у Ибаева также есть дочь.

Первое похищение

Как только Жанетта узнала о других женщинах, она уехала к родителям в Дагестан. Какое-то время с детьми жила спокойно. Но в 2014 году Руслан сообщил ей, что получил гражданство США и уезжает туда навсегда. Попросил приехать с детьми в Москву «попрощаться». «Я не стала отказывать, всегда считала, что дети должны общаться с отцом», — объясняет она. По словам Жанетты, в последние годы Руслан действительно регулярно ездил в США — «говорил, якобы по работе».

Но приглашение «попрощаться» оказалось спланированной операцией.

«В квартиру, где мы остановились, пришли он и ещё двое мужчин. Силой забрали сыновей, я кричала… Ибаев заявил, что я завтра же улетаю домой без детей, иначе меня вывезут и объявят террористкой. Показал на какую-то тонированную машину под окнами, сказал, что это спецназ», — рассказывает Жанетта.

Когда мужчины уехали, Тухаева вызвала полицию и подала заявление. К вечеру Ибаев приехал снова.

«Я кинулась ему в ноги, стала умолять вернуть мне хотя бы младшего, ведь он грудной ещё тогда был», — вспоминает женщина. По её словам, бывший муж «стал кому-то звонить, чтобы взять разрешение на то, чтобы мне вернуть младшего сына». Через некоторое время младшего мальчика привезли обратно. «Ибаев потребовал, чтобы в обмен на это я забрала из полиции заявление и поклялась вернуть ему сына, как только закончу кормить», — утверждает Жанетта. На следующий день её с младшим сыном отправили в Махачкалу, при этом «следили чуть не до трапа, чтобы точно села и вылетела».

Возвращение сына

Поначалу Жанетта, по её словам, не сомневалась, что вернётся за старшим сыном при первой возможности. «Я не знала тогда, как у нас всё работает, думала, это просто невозможно — ребёнка у мамы украсть. Была уверена, что мне помогут», — говорит Тухаева. По её словам, она обращалась в полицию, но там пояснили, что подобные семейные дела рассматривает мировой суд. В суд Жанетта не подавала, так как «боялась, что из-за своих связей бывший муж отсудит ещё и младшего ребёнка».

Спустя два года от новой жены Ибаева Жанетта узнала, в каких условиях растёт Абубакр. «Она сама связалась со мной, узнав, что Ибаев обманывал и её тоже. Она рассказала мне, что из сына растят женоненавистника, запрещают даже произносить слово «мама», говорят: «Мамы у тебя нет, она тебя бросила», — рассказывает Жанетта. После этого Тухаева решила судиться. В марте 2016-го она подала иск об определении места жительства обоих детей с матерью и о взыскании алиментов в Перовский районный суд Москвы. В ответ со встречным иском в суд обратился и отец. В ноябре состоялась психолого-педагогическая экспертиза старшего ребёнка. На ней впервые за два года Жанетта смогла поговорить с Абубакром.

«Экспертиза длилась восемь часов, и ни разу за это время он не попросил ни еды, ни воды. Он был запуган, нервозен», — вспоминает тот день Жанетта.

Заключение эксперта (есть в распоряжении RT) подтверждает её слова.

Тухаевой удалось вывести мальчика из здания, где проходила экспертиза, и уехать с ним. Обнаружив это, Ибаев устроил скандал. Вот как описывает это эксперт, проводивший исследование: «Криков, сопротивления со стороны ребёнка отмечено не было. Со слов охраны центра, мальчик уходил с мамой счастливый и радостный… [От Ибаева] в адрес эксперта и методиста центра, а также сопровождающей стороны Тухаевой посыпались угрозы, касающиеся жизни, с намёками на национальную принадлежность и вероисповедание».

«Он угрожал мне, говорил, что порежет моих детей на ремни… Мне стало настолько плохо, что пришлось вызывать скорую, случился гипертонический криз», — вспоминает психолог Оксана Жмурова, сопровождавшая Жанетту на экспертизе.

«Был привлечён наряд полиции, который констатировал отсутствие кражи ребёнка, но даже данный факт не остановил Ибаева в своих угрозах», — говорится в заключении эксперта.

Тухаева с обоими детьми уехала в Дагестан. В начале декабря 2016 года Перовский суд постановил оставить мальчиков с матерью, а Ибаева обязал платить алименты. Но с обоими детьми Жанетте удалось прожить только два месяца. Старшего сына снова похитили.

Второе похищение

«Мы знали, что Ибаев нас ищет. Мы прятались, жили по друзьям», — вспоминает Тухаева. Но однажды старший сын, соскучившись, захотел в гости к бабушке.

«На нас напали прямо у дома. Подъехали две машины с вооружёнными людьми, когда мы возвращались из магазина с продуктами: я, мама и оба сына, — вспоминает Тухаева. — Схватили старшего. Я боялась, что похитят обоих. Дети кричали, плакали. На крики подбежали люди. Но нападавшие забрали старшего ребёнка и уехали».

Жанетта говорит, что обращалась в полицию. Но, по её словам, Ибаев заявил, что его бывшая супруга вводит всех в заблуждение. Вскоре он вывез сына за границу. Запрет на выезд, инициированный Жанеттой еще в 2016 году, не помог — по её словам, Ибаев выехал с ребёнком в Белоруссию, а оттуда — сначала в США, затем в Катар, а после этого — в Грузию.

«У нас есть союзное соглашение с Белоруссией, по которому, по сути, отсутствует граница, и запрет на выезд из России легко обходится её пересечением, — пояснила в разговоре с RT адвокат Сталина Гуревич. — Исполнять наши судебные решения там не обязаны, и наши запреты на выезд там не действуют».

«Согласно ст. 20 Федерального закона «О порядке выезда и въезда в Российскую Федерацию», нотариального согласия второго родителя не требуется, если ребёнок выезжает хотя бы с одним из родителей, — рассказал RT адвокат . — В других странах тоже не должно было возникнуть вопросов при въезде, если только человек не нарушал местное законодательство. А российские запреты в тех же США соблюдать не обязаны».

По словам Князева, получить загранпаспорт нового образца для ребёнка можно по заявлению одного из родителей, присутствие второго или нотариальное согласие не требуется. Если же у родителя загранпаспорт старого образца, ребёнка младше 14 лет можно вписать в паспорт — также без ведома второго родителя. Понадобится свидетельство о рождении. Но его, по словам Тухаевой, бывший муж забрал вместе со старшим сыном, когда увозил его в первый раз.

«Не хочет говорить по этому поводу»

Узнав, что Абубакр в Грузии, Жанетта с адвокатом отправились в Тбилиси.

«С помощью и Грузии в октябре 2018 года был инициирован иск в верховный суд страны о признании и исполнении решения российского суда о запрете на выезд ребёнка из Грузии», — вспоминает Тухаева. Грузинский суд удовлетворил её требования в мае 2019-го, но и это не помогло. Несмотря на запрет, Ибаев с сыном выехал в Чечню. «Он зарегистрировался в Грозном и стал забрасывать меня исками об определении места жительства детей с ним, ограничении меня в родительских правах, о назначении ему алиментов, несмотря на решения предыдущих судов», — говорит Жанетта.

Тухаева убеждена, что бывший муж её во всём обманывал. «Когда выходила за него, сказал, что у него два высших образования, строительный бизнес, торговлей ювелирными изделиями якобы занимался. А оказалось — с трудом окончил девять классов, отучился на слесаря-сантехника. Когда нашла его трудовую книжку, выяснилось, что последнее официальное место работы у него было ещё в 1998 году, автомехаником», — утверждает Жанетта.

Чем на самом деле занимался все эти годы Ибаев и где брал средства к существованию, женщина не знает. Неизвестно ей и то, что делал бывший муж в Америке, а также на каких основаниях он вообще там находился: «Показывал фото стройки какой-то, якобы он там работал».

RT не удалось связаться с Русланом Ибаевым. «Он не хочет говорить по этому поводу», — заявил RT адвокат Ибаева Хас-Магомед Газбеков. По его словам, бывший муж Жанетты «не против того, чтобы младший сын Саид оставался проживать с матерью».

«Но мы против того, чтобы старший сын Абубакр менял место жительства на мать, поскольку он более четырёх лет находится с отцом и у него сложился уже определённый круг общения, друзья, школа, — говорит Газбеков. — Если представители Тухаевой выйдут с нами на связь и согласятся заключить соответствующее мировое соглашение по детям, Ибаев абсолютно не против».

По словам юриста, в данный момент ребёнок с отцом находятся в Грозном, там же Абубакр якобы ходит в школу. Однако Жанетта говорит, что после второй попытки передачи ребёнка бывший муж с сыном пропали из Грозного: «Ибаев перестал ходить на заседания, сына по их адресу тоже никто не видел». По словам Жанетты, которая ссылается на своих знакомых, сейчас ребёнок с отцом предположительно находятся в Москве. Но где конкретно и как связаться с ними, Тухаева не знает.

«Если он настроен на мировое, как это соотносится с его бесконечными исками, попытками ограничить меня в родительских правах?» — недоумевает Тухаева.

Адвокат Газбеков заявил RT, что судебного запрета на вывоз детей из страны, инициированного Жанеттой ещё в 2016 году, «не существует». Адвокат также, ссылаясь на своего доверителя, отрицает и нападение на Жанетту и её семью при втором похищении в 2017 году. Документы о зафиксированных врачами травмах Тухаевой есть в распоряжении RT.

По словам Газбекова, поводом для обращения Ибаева в суд стали «ужасные вещи», которые якобы совершала в отношении ребёнка Жанетта.

«Она заставляла его вставать на четвереньки, клала на него ноги и говорила, что это его место, под ногами матери, и что он должен до конца жизни просить у неё прощения», — утверждает Газбеков. В подкрепление своих слов он предоставил два заключения психологов — от 2017 и 2020 годов. В них мальчик действительно указывает, что его била мать.

«Оба эти заключения были сделаны в частном порядке, без назначения суда, без моего ведома и присутствия. Когда с первым заключением бывший муж явился на заседание, суд документ не принял. Кроме того, к моменту проведения этого «исследования» мой сын уже несколько недель находился с отцом после второго похищения», — парирует Тухаева. В подтверждение она приводит выводы официальной судебно-психологической экспертизы, проведённой по назначению суда в конце 2016 года: «У ребёнка развиваются существенные нарушения психического здоровья. Депривации, переживаемые в детском возрасте, в частности до трёх-четырёх лет, оказывают наиболее мощное патогенное воздействие… Отец часто бывает эгоистичен и холоден к сыну… [Ребёнок] позитивное будущее видит связанное с мамой… Абубакр включён в семейный конфликт, что ведёт к развитию невротических реакций в виде чрезмерной фиксированности на чистоте и педантичности, которые прививает ему отец… Испытывает потребность быть с мамой и желание находиться рядом с ней».

А вот как эксперт характеризует отца ребенка: «в общении с окружающими он использует агрессивные тенденции, которые реализует через приёмы вызывания у них тревоги и вины… О младшем сыне Саиде ничего сказать не может и особого интереса не проявляет, что, несомненно, вызывает многочисленные вопросы о его «битве» за старшего сына».

По словам адвоката Ибаева, цель его доверителя — чтобы «младший сын полноценно общался с ним и своим братом Абубакром; Тухаева же скрывает ребёнка и не даёт его видеть».

«Саид панически боится отца. Он боится, что тот его похитит, так как на его глазах происходило похищение Абубакра, избиение матери и бабушки, сам он испытал стресс и ещё полгода после этого прятался под стол и боялся любого стука в дверь», — говорит Жанетта.

Тухаева, по её словам, выиграла уже восемь судебных процессов. В рамках очередного иска, поданного Русланом Ибаевым в отношении бывшей жены, Ленинский районный суд Грозного постановил, что старший сын остаётся жить с отцом до окончания разбирательства.

«63% судебных решений не исполняется»

«Проблема споров об определении места жительства детей в ситуации развода родителей приобретает всё более существенный масштаб», — рассказала RT учредитель фонда «Защитники детства» Александра Марова. Её фонд проанализировал официальную статистику служб судебных приставов, согласно которой в 2018 году в исполнительном производстве находилось почти 13 тыс. производств об определении места жительства детей. «63% судебных решений не исполняется, — утверждает Марова. — Наша организация каждый день получает по три — пять обращений о таких случаях».

По словам Александры, никакой серьёзной ответственности за неисполнение решения суда в подобных ситуациях нет: «Единственная существующая мера — это статья 17.15 и статья 17.15.2 КоАП РФ (за повторное неисполнение). Максимальная санкция по ним — 2,5 тыс. рублей. Больше ничего не будет, платите и продолжайте не исполнять».

Ещё один фактор — внутренние регламенты работы судебных приставов, по которым они должны получить от суда чёткую инструкцию. «В решении должны содержаться конкретные действия — отобрать и передать, обязать передать, обязать не чинить препятствий при передаче и т. д.; в противном случае приставы просто отказывают в возбуждении исполнительного производства», — говорит Марова.

Впрочем, даже если суд даёт чёткие указания приставам, сразу же их исполнить им не позволяет законодательство. «Даётся пять дней для добровольного исполнения решения суда. И только после этого выносится постановление о принудительном исполнении. Для того чтобы отобрать ребёнка, нужен тот, кому его передают, органы опеки, часто вызывают психолога. И приставу, в соответствии с Федеральным законом «Об исполнительном производстве», нужно уведомить человека, что в отношении него будут совершаться исполнительные действия. Пока всё это делается, родителю ничего не мешает сбежать», — заключает эксперт.

«Детей раздоров» становится всё больше, — сд Оксана Пушкина, с которой поговорил RT. С февраля 2019 года на рассмотрении в парламенте находится законопроект, разработанный Пушкиной. Автор предлагает сразу же после решения суда забирать ребёнка у того, кто его незаконно удерживает, и помещать в центр временного содержания и при первой возможности передавать тому родителю, которого определил суд.

«Мы провели около десяти совещаний с представителями разных государственных структур, получили положительные заключения на этот законопроект, но он «застрял» на стадии рассмотрения по непонятным причинам», — говорит Пушкина.

Адвокат Сталина Гуревич считает, что можно вообще обойтись без изменения закона. «Здесь достаточно воли Верховного суда. Потому что ст. 126 УК РФ о похищении человека не предусматривает никаких исключений. Лишь ВС в своих разъяснениях говорит о том, что похищение ребёнка родителем не образует состава преступления. И если ВС внесёт поправки в свой собственный пленум и укажет, что при наличии судебного решения о проживании ребёнка с тем или иным родителем похищение ребёнка также должно образовывать состав преступления по 126-й статье, то изменений законодательства не нужно».

Есть и ещё одна идея — от Минюста. Ведомство предлагает ввести уголовную ответственность за повторное неисполнение судебного решения о передаче ребёнка.

«Уголовная ответственность — не панацея, это крайняя мера. Возможны огромные злоупотребления, — предостет Максим Пашков. — Нужна комплексная, продуманная политика. Длинная долгая работа как с самими родителями (объяснять им, что ребёнок не игрушка, нельзя им шантажировать, нарушать его права), — так и по профилактике таких ситуаций. А простое «давайте всех посадим» едва ли принесёт результат».