«Жители Донбасса мечтают лишь об одном – о мире»: беженка из Горловки о жизни в ДНР

Он родился под обстрелами, ходил в сад и отправился в первый класс под рев канонады. В марте 2022 года его мама Ирина вместе с сыном и родителями эвакуировалась в пункт временного размещения в Пушкине. Через что семье беженцев пришлось пройти на пути к мирной жизни, читайте в материале РИАМО. Как и чем можно помочь беженцам из ДНР и ЛНР>> Война началась в 4 утра Ирине из Горловки – 38 лет. В Пушкинский пункт временного размещения (ПВР) она вывезла всех, кого смогла: сына, маму, бабушку и двух племянников – детей брата. Сам брат – военнообязанный, служит под Волновахой, а его жена осталась в Донбассе, чтобы поддержать супруга. На момент начала военных действий в Донбассе в 2014 году менеджер-товаровед в крупном торговом центре Ирина носила под сердцем долгожданного ребенка. «Хорошо помню резкое начало бомбежек. Украинские самолеты стали скидывать бомбы в 4 часа утра. Несмотря на то, что происходящее казалось дикостью и нереальной фантасмагорией, я отправилась на работу. Это была пятница. На работе всем сотрудникам раздали зарплату и распустили на выходные. А на следующий день войска ВСУ обстреляли центр города возле моего дома», – рассказала женщина. Отношения пары не прошли испытания боевым стрессом – Ирина и отец будущего ребенка расстались. 3 января 2015 года, когда у женщины начались схватки, Горловка принимала на себя очередную атаку украинской артиллерии. Ирина вызвала скорую и приготовилась рожать в одиночку: по городу ездили танки, снаряды падали вокруг ее дома, она сомневалась, что водитель в здравом уме и рассудке сядет за руль. К счастью, она ошибалась: медики приехали вовремя и отвезли ее в роддом. «Мама, я боюсь этого грома»: семья беженцев из Донецка — о новой жизни в Подольске>> Из роддома не выпускали неделю Егорка появился на свет под дребезжание стекол и звуки непрекращающихся прилетов. Несмотря на то, что роды прошли благополучно, еще неделю Ирину не отпускали домой: территорию вокруг роддома непрерывно обстреливали, все мамы с новорожденными оставались в здании. «Одна из женщин с малышом на свой страх и риск все-таки договорилась с таксистом. Все, что она успела – сесть в машину. Снаряд приземлился неподалеку, осколками посекло ее и водителя. К счастью, не критично: все остались живы», – поделилась Ирина. Неделю спустя, в период затишья, рожениц отпустили домой. Ирина едва успела доехать, как центр снова стали бомбить. Еще неделю она жила в коридоре, не имея возможности даже искупать ребенка – пересекать квартиру было опасно. В те дни, лежа с малышом в коридоре, Ирина думала, что никогда не сможет привыкнуть к случившемуся. Однако следующие семь лет доказали: человек адаптируется ко всему. Периоды обстрелов чередовались с мирными отрезками. Она научилась отвлекать сына от канонады, маскировать страшную реальность за окном веселыми занавесками и мультиками. В сентябре прошлого года Егор пошел в первый класс, однако успел отходить только месяц: из-за очередного обострения военной ситуации детей перевели на дистанционное обучение. В феврале этого года ситуация вновь стала невыносимой, в Горловке каждый день гибли мирные жители. Узнав о начале эвакуации, Ирина приняла решение выезжать и вывозить близких людей. «Восемь лет в постоянном напряжении»: беженка – о жизни в ДНР>> «Пока ехать некуда» Из Горловки Ирина с сыном, мамой и бабушкой выехала в Донецк, забрала детей брата и эвакуировалась – сначала в Ростов, а потом в ПВР в Пушкине. «Нас очень хорошо приняли – кормят, одевают, развлекают, возят на концерты, помогают в оформлении документов. А еще в Подмосковье сын, наконец, вернулся к очному обучению в школе. Ему очень нравится учительница, школа, предметы. У него появились друзья!» – рассказала беженка. Как призналась женщина, самым сложным было вывезти бабушку: она наотрез отказывалась куда-либо ехать. И сейчас, несмотря на то, что благодарна за приют, каждый день пытается собирать вещи, тоскуя по дому. «Мы ей объясняем, что пока ехать некуда: в городе нет воды, перебои с продуктами, обстрелы не затихают. А еще и в Донецке, и в Горловке почти невозможно вызвать такси, транспорт ходит плохо. Все потому, что там почти не осталось мужчин. Все либо на фронте, либо вернулись домой «двухсотыми» (прим. ред. – погибшими)», – поделилась Ирина. При этом, она отметила, в городах остается очень много детей. Так, например, из класса сына численностью 25 человек эвакуировались только трое. Остальные, измученные неопределенностью, ждут дома скорейшего окончания войны. «Женщины ходят по городу с черными лицами. Пока кто-то в России переживает, что подорожали айфоны и нельзя купить сумочку Шанель, жители Донбасса мечтают лишь обо одном – мире», – вздыхает Ирина. «Похоронили 16 соседей»: беженка из Мариуполя о жизни под обстрелами>> «Игрушки ждут!» Чтобы самой справиться с жестокой реальностью, Ирина получила второе высшее образование психолога. Теперь она помогает другим отстраивать новую жизнь взамен разрушенной. «Мечтаю, что закончится война, люди вернутся в свои дома и вновь будут строить планы. Ведь даже самые простые планы в рамках следующего дня для жителей Донбасса давно стали роскошью. Все приучили себя жить в моменте», – объяснила женщина. Свои первые мирные планы строит и семилетний Егорка. В родной Горловке осталась охапка любимых игрушек. Чтобы машинкам, роботам и плюшевым игрушкам не было страшно во время обстрелов, он уложил их в диван и заботливо укрыл одеялом. «Каждый день говорит мне: «Обязательно надо вернуться. Игрушки ждут!» – рассказала Ирина. «Мы жили в подвалах, выходили только по необходимости»: беженцы из Мариуполя>>