Чехов в Набережных Челнах: "Дядя Ваня"

Театральные постановки Татарстана: смотрим дома. Часть 38-я

Чехов в Набережных Челнах: "Дядя Ваня"
© Реальное время

Основатель челнинского театра в 65 лет решил сделать что-то по-новому — и поставил "самую татарскую пьесу" Чехова о трагедиях сельской жизни, словно бы между строк проговорив и историю провинциального художника под названием "Яшәргә, яшәргә, ничек тә яшәргә!" (15+).

Театру — 25, режиссуре — 40

Ибрагимов родился в Актанышском районе, учился в Мензелинском педагогическом училище, потом на театральном факультете Казанского института культуры у Рабита Батуллы и Шираяздана Сарымсакова.

Спектакли он ставил с 1975 года. В родном Актаныше был режиссером народного театра, два раза переходил в Мензелинский драматический. В Челнах он тоже сначала работал в народном театре, а потом, после Высших режиссерских курсах при Государственном институте театрального искусства и еще нескольких лет в Мензелинске, стал художественным руководителем и главным режиссером нового Набережночелнинского театра юного зрителя. Позже он стал татарским драматическим. По пьесе своего учителя Батуллы "Күбәләк булып җаның кайтыр" ("И вернется бабочкой душа твоя") был поставлен первый спектакль.

В 1996—2002 годах его заменил (главреж Кариевского). После Ибрагимов до 2019 года вновь возглавлял созданный театр до тех пор, пока не ушел с этой должности в возрасте 68 лет, а на его место был назначен .

При этом амбиции не оставили режиссера. Перезагрузку "Абага алмасы ачы була" ("Горькие плоды папоротника") Равиля Сабыра в этом году вновь выдвинули на премию Тукая. Но, похоже, для театров черед еще не дошел.

Ибрагимов поставил "Дядю Ваню" к 25-летию театра — в это время про него вышла книга, на постановку правительство выделило грант: так здесь называли премию в 500 тысяч, которую театр получил в числе лучших организаций культуры.

В Челнах и раньше делали переводную классику — "Женитьбу" Гоголя, "Скупого" Мольера. Свой выбор Ибрагимов объяснял на пресс-конференции так: "Чехова ставит весь мир, и все театры мерят свои силы, ставя его пьесы. Естественно, это больше касается русских театров, но и татарские, хотя бы изредка, но обращаются к творчеству великого русского драматурга. Но как-то так получилось, что в репертуаре татарских театров не находилось места "Дяде Ване". Это довольно странно, поскольку, на мой личный взгляд, это самая "татарская" пьеса Чехова, которая более других ложится на наш менталитет. Чехов сам пишет, что это сцены из деревенской жизни, а она более близка и понятна татарскому зрителю".

Спектакль впервые показали 2 октября 2015 года. Художником спектакля стал Булат Ибрагимов. Да, в основном он успешно работает в театре Камала. А еще он сын главного режиссера. Роль профессора Серебрякова исполнил Равиль Гилязов. Впервые в постановке участвовали приглашенные актеры из Альметьевска — Зубаржат Халикова играла его жену Елену Андреевну, а Фоат Зарипов — сына Войницкой Ивана, дядю Ваню. Саму Марию Войницкую, мать первой, покойной жены профессора, изображала Энже Шигапова. Чулпан Казанлы стала дочерью Серебрякова Соней. Важную для режиссера роль Астрова отдал Ильфату Аскарову. Бедным помещиком Телегиным был Разиль Фахертдинов, а няней Мариной — Гульфия Файзерахманова.

Чехов абый и его авыл

И вот открывается занавес, играет лирическая музыка на пианино и электронных струнных Юрия Чаплина — и начинается душевный разговор Марины и Астрова, словно два старожила татарской деревни беседуют. И все это дойдет до монолога дяди Вани: "Ты погубил мою жизнь! Я не жил, не жил! По твоей милости я истребил, уничтожил лучшие годы своей жизни! Ты мой злейший враг!".

Этой постановке в театре предшествовали перезагрузка "Трех аршинов земли" пву и работы более молодых приглашенных режиссеров — та же Чулпан Казанлы ставила "Студентовваов — "Ветер шумит в тополях" Жеральда Сиблейрасаев — "Слугу двух господ" Карло Гольдони. Тем самым Челнинский драматический показывал, что готов меняться, хотя и от понятной любви к комедиям не отказывался.

Чеховскую пьесу, конечно, ставили многократно. Она компактная по составу, в ней есть и мелодрама, и философия. Профессор Серебряков женился второй раз, но живет в доме покойной супруги. А за домом следит ее брат Войницкий и дочка Серебрякова Софья, при них — люди бедные и разбитые: Телегин, няня, Мария Васильевна. У каждого героя есть что-то скрывать по отношению к другому, и все ружья начнут стрелять по плану. Но все закончится не хорошо, а тревожно.

Интересно, конечно, что не меньше у "Дяди Вани" экранизаций. И еслий старался максимально точно относиться к тексту, то в "Деревенской жизни" действие перенесено в Австралию, "Ваня на 42-й улице" играется в Нью-Йорке, а в "Августеса страсти вспыхивают в Уэльсе. Кто знает, может, найдется кинорежиссер, что снимет "Дядю Ваню" про Татарстан.