Уникальные картины фронтового хирурга времен Великой Отечественной войны обнаружили в Лукоянове
Уникальная находка краеведа — двадцать три цветных свидетельства о Великой Отечественной Память о военном лихолетье порой сохраняется не только в сухих строках документов и приказов, не только в случайно уцелевших дневниках. Не меньше нам могут сказать художники, прошедшие войну и «остановившие мгновенье» своими зарисовками, сделанными в редкие минуты затишья. Опасный спектакль Лукояновцы хорошо помнят главного врача местной больницы и первого заведующего медицинской школой в Лукоянове Дмитрия Шведова. Известно, что он воевал, организовывал госпитали на фронте, оперировал в полевых условиях и награждён орденом Красной Звезды. Краеведы вспомнят и историю, как орден спас его от гибели — во время операции в хирурга попала пуля, но орден защитил от смертельного ранения. А вот о том, что военный медик на протяжении своего фронтового пути тайком рисовал мини-картины и привёз их с фронта, стало известно сравнительно недавно.Дмитрий Иванович оказался на армейской службе ещё до войны — его призвали на военные сборы в мае. Не удивительно: военный хирург уже имел опыт службы. После окончания медфака Саратовского университета и года врачебной амбулатории он был призван в Красную армию. Потом стал главврачом Лукояновской больницы, открыл и возглавил школу медсестёр. С военных сборов он попадает в Горький на курсы усовершенствования, где его и застаёт война. Музейный хранитель культурно-досугового центра «Железнодорожник» Фаина Кедяркина увлечённо рассказывает, как в спешно сформированном медсанбате Шведов становится начальником отряда и отправляется на передовую. Во время отступления западнее Вязьмы медсанбат попал в окружение. Удалось связаться с партизанами.В отряде имени Чкалова сражался в лесах Смоленщины. Конечно, опытный хирург был народным мстителям ценнее в роли врача, чем простого стрелка. Поэтому сумели выдать его за простого крестьянина и организовать больницу в одном из сёл. Играя в опасном спектакле, Шведов отпустил бороду, надел крестьянскую одежду и в обычной избе делал сложнейшие операции, спасая людям жизнь. Кровь для раненых Но маскировка была раскрыта. Как-то раз немцы обратили внимание на бородатого мужика, почему-то осматривавшего больных. Это было подозрительно, и они доложили командованию. Пришлось спешно уходить. Вскоре медик попал в одиннадцатый кавалерийский корпус, который вёл тяжёлые бои в окружении. Условий для медицинской работы и здесь не было. Но раненые поступали, и хирург целыми сутками находился в передвижном медпункте, где сделал даже сложную операцию на сердце. А после этой операции другому бойцу срочно потребовалось переливание крови. Группа совпала, и Шведов без раздумий отдал кровь и спас жизнь тяжелораненого. Врач и сам бывал ранен, перенес тяжёлую контузию, терял речь. Но, поправившись, снова становился к столу и боролся за жизнь солдат. Именно в операционной в 1944 году одна из его многочисленных наград — орден Красной Звезды — спасла самому хирургу жизнь. Разорвавшийся рядом с медицинской палаткой снаряд убил медсестру, а Шведову осколок попал в орден, не причинив большого вреда. После войны и демобилизации Дмитрий Иванович снова становится главврачом и начальником медшколы в Лукоянове. После тяжёлой травмы, полученной во время оказания экстренной хирургической помощи больному, медицину пришлось оставить. Но Шведов продолжает работать, хотя с трудом передвигается при помощи костылей — пишет картины, делает мебель. Тумбочки и стулья его изготовления сохраняются в семьях многих лукояновцев по сей день. Дмитрию Ивановичу судьба отмерила всего 64 года жизни. Но в памяти земляков он остался тружеником, мужественным защитником, самоотверженным доктором. Сокровище из сундука «Выяснилось, что он ещё и очень талантливый человек, — рассказывает Фаина Кедяркина. — Во время подготовки выставки истории здравоохранения в Лукоянове открылась удивительная история. В семье врача более 70 лет хранились его рисунки, сделанные во время войны. Случайно увидела у его родни в сундуке малюсенький блокнотик из обёрточной бумаги размером меньше ладошки. Там обнаружились рисунки-миниатюры». Двадцать три свидетельства о войне… Часть из них не закончена. Интересно, что рисунки цветными карандашами сохранили за эти годы удивительную яркость и сочность цветов, а ведь прошло без малого 80 лет. Выполненные на бумаге невысокого качества, зарисовки оказались покрыты необычным тончайшим лаком, его состав выяснить не удалось. Но стало известно, что умение смешивать защитные вещества хирургу передалось по наследству. Фаина Кедяркина, как истинный краевед, выяснила историю рода Шведовых. Дмитрий родился в семье иконописца Ивана Шведова. Отсюда и тяга к рисованию, и знание секретов сохранения яркости цвета. Фамилия пошла от сосланных при Петре I в село Кудеярово под Лукоянов шведов, умевших хорошо рисовать. Им доверили писать иконы и поселили на одной улице. Из тех иноземцев и получился в селе «Шведов порядок». Судьба сложилась так, что и квартиру доктору дали на территории бывшего женского монастыря, как раз там, где когда-то была иконописная мастерская.Художественный дневничок размером с ладонь показывает реальные зарисовки войны. Вот на «иконке» школа и церковь, разрушенные немцами в 1943 году. А тут захоронение павших воинов в Вязьме. На маленьких листках соседствуют немецкие дзоты и девушка-украинка. Дымится сожжённая деревня в Вяземском районе, ужасает разрушенная переправа. Нарисована и особенно больная для Шведова тема — фронтовые госпитали. Побывав в страшной «сычевской мясорубке» под Ржевом, Дмитрий Иванович оставил рисунки и о тех кровавых месяцах. Порой видно, что врач старался рисовать не о войне, он писал о доме. Вот два лебедя расправляют крылья, а тут леса, деревья, привольные луга, урожайные поля… Но рядом на картинах всё равно военные разрушения или из подписей ясно, что рядом развёрнут госпиталь, село покинуто, а у домов — могилы павших воинов. И так ли уж случайно, что именно родовое ремесло помогло сохранить фронтовые рисунки Дмитрию Ивановичу, выросшему в роду кудеяровских иконописцев? Александр Куриков