«Девочку из туалета аэропорта Антальи» не передали родной бабушке
Кассационный суд оставил в силе лишение родительских прав Екатерины Бурнашкиной, а органы опеки отказались передавать внучку родной бабушке, несмотря на оправдательный приговор и ее приоритет как родственницы.
История 19-летней Екатерины Бурнашкиной — той самой девушки, которая осенью 2024 года родила ребенка в туалете аэропорта Анталии и оставила его в унитазе, — теперь вернулась в российские суды.
Первый кассационный суд общей юрисдикции оставил в силе решения судов о лишении молодой женщины родительских прав. Об этом сообщает РИА Новости со ссылкой на пресс-службу суда.
Напомним: родив в туалете турецкого аэропорта, шокированная произошедшим 19-летняя Екатерина оставила новорожденную девочку в унитазе, а сама вместе со своей родительницей проследовала к выходу вылета в Россию. Девушку задержали. Она заявила, что не знала о беременности и поступила так, как поступила, находясь в шоковом состоянии.
Турецкий суд сначала назначил ей 15 лет лишения свободы по обвинению в покушении на убийство близкого родственника. Но позже апелляционная инстанция переквалифицировала дело на «оставление в опасности» и, приняв во внимание выводы о том, что Екатерина не знала о беременности, определив ей наказание сроком почти девять месяцев, которые она уже провела в турецком СИЗО, засчитав как уже отбытое наказание. Летом 2025 года девушка вернулась в Москву.
Мать Екатерины, которая заявила, что также не знала ни о беременности дочери, ни о родах в аэропорту, была оправдана раньше — в феврале 2025 года.
По возвращении из Турции дочь Николь (так Катя сама назвала малышку) ей не вернули — ребенка, лишившегося попечения родителей, передали в приемную семью в Московской области, где девочка живет уже год.
В России история получила свое развитие. Следственный отдел по Электростали возбудил уголовное дело по статье о покушении на убийство новорожденной. Сейчас оно передано в Главное управление СК по Московской области.
Дело находится на контроле у главы СК РФ.
Дважды в одну реку
Существует международный принцип non bis in idem («не дважды за одно и то же»): человека нельзя дважды судить и наказать за одно и то же деяние. Этот принцип закреплён и в российском праве, и в международных нормах, включая Европейскую конвенцию. Мы от него пока что не отказывались.
Некоторые юристы считают, что в истории с Екатериной Бурнашкиной есть важный нюанс: речь пока идёт не о двух приговорах, а о расследовании в разных юрисдикциях.
Турция расследовала эпизод как преступление, совершённое на её территории — в аэропорту Антальи. Там был суд, апелляция, переквалификация и наказание путем зачета времени нахождения под арестом.
Россия возбудила своё уголовное дело, потому что ребёнок и мать — граждане России. Российский УК позволяет расследовать некоторые преступления россиян за рубежом.
Но тут возникает юридическая коллизия: можно ли после уже завершившегося турецкого уголовного процесса, уже признавшего россиянку виновной в том, что ей инкриминируют, повторно привлекать человека у себя на родине за то же самое деяние?
Тем более что повторная оценка тех же действий может противоречить принципу недопустимости двойного уголовного преследования. И, даже если российские правоохранительные органы обязаны дать собственную правовую оценку преступному деянию, доведя до суда, это дело неминуемо споткнется об вопрос о «двойном преследовании», что почти наверняка станет одним из ключевых для защиты.
Возвращаясь к вопросу о рожденном в таких непривычных условиях ребенке, нельзя не сказать, что в Госдуме продолжаются споры вокруг законопроекта, который касается правил устройства детей, оставшихся без попечения родителей. Главное нововведение — приоритет передачи ребенка кровным родственникам.
И тут история Бурнашкиной неожиданно обостряет этот аспект. Ведь на одной чаше весов - приоритет кровного родства, а на другой - приоритет интересов ребенка. Что важнее?
Даже если допустить, что совершеннолетняя Екатерина не может воспитывать дочь и виновата перед ней, возникает другой вопрос: почему ребенка не передать родной бабушке, которая была оправдана судом? Или дедушке, который в Турцию не летал и вообще ни при чем?
По Семейному кодексу и действующим нормам об опеке, при устройстве ребенка, оставшегося без попечения родителей, приоритет должен отдаваться именно близким родственникам — бабушкам, дедушкам, совершеннолетним братьям и сестрам, если это отвечает интересам ребенка. Логика закона проста: для маленького человека родственные связи — это не формальность, а шанс сохранить хоть какую-то часть привычного мира и родовые связи.
Ответ очевиден: если это отвечает интересам ребенка.
Приговор отменен, следствие продолжается
На фоне этих дискуссий многие вспоминают и недавно завершившуюся громкую историю трехлетней вологжанки Ники Останиной, где за право воспитывать девочку боролась прабабушка. Женщине не отдали родную правнучку из-за приставки «пра», якобы, будь она просто бабушкой, имела бы преимущественное право. И это при том что прабабушка уже являлась опекуном двум своим внукам, в том числе и маме Ники.
Общество задается вопросом: почему система, которая говорит о приоритете семьи, нередко считает, что передать ребенка лучше в чужую семью, а не родным.
Юрист Екатерины Бурнашкиной Виктория Елисеева считает: именно это сейчас становится одной из главных линий судебного спора.
По мнению представителя, кассационное заседание в Саратове проходило жестко.
— Меня не слушали, перебивали, — рассказывает Елисеева. — Первый вопрос председательствующей был: «Считаете ли вы правомерным поступок вашей доверительницы?» Я ответила: в каком смысле — правомерно родила? Тогда прозвучало: «Правомерно поступила, когда бросила ребенка в унитазе?»
Юрист подчеркивает: установленным фактом уже признано другое — Екатерина действительно не знала о беременности. Это отражено и в материалах турецкого дела, и в российских решениях судов первой и второй инстанции.
— Мы говорим о гражданских основаниях. Турецкий приговор изменен. Российское следствие продолжается, — говорит юрист.
Законных оснований для лишения родительских прав всего шесть, и этот перечень является исчерпывающим.
— Там нет ни одного основания, которое можно применить к Кате Бурнашкиной. Факт того, что она осознанно оставила ребенка, не установлен, — заявляет юрист.
Странной, по мнению защиты, выглядит ситуация с бабушкой Николь.
— Опека отказала в передаче внучки бабушке, и мы сейчас оспариваем этот отказ, — говорит Елисеева. — В документе указано, что бабушка подвергалась уголовному преследованию на территории Турции. Хотя у органов опеки есть все документы о том, что дело прекращено, оправдательный приговор вступил в силу, мать Кати полностью оправдана. Почему она не может воспитывать внучку?
История «девочки из туалета аэропорта Антальи» тем временем продолжается.
Окончательную точку в этом деле, наверное, поставит Верховный суд.