«Когда упал «Боинг», мы поняли: теперь начнется что-то страшное». Большая семья из Луганской области построила свою новую жизнь в селе Елшанка

Поподсчетам ООН, внынешнем году вкачестве беженцев встраны Европы въехали 7,8 миллиона жителей Украины. ВРоссии сейчас находятся 2,8 миллиона беженцев. Навтором месте— Польша, где остались 1,5 миллиона вынужденных переселенцев. Еще чуть больше миллиона осели вГермании.

В2014–2015 годах вРоссию бежали 1,1 миллиона жителей юго-востока Украины.

Семья Луценко приехала вСаратовскую область восемь лет назад— Татьяна смужем, дочкой иполугодовалым внуком. Большая семья построила новую жизнь снуля. Сегодня уних есть российские паспорта, собственный дом вХвалынском районе, коровы, гуси, куры, индюки ипоросенок. Насвоей маленькой домашней ферме Луценко сами делают ипродают экологически чистые продукты.

«Мыпоняли: теперь начнется страшное»

«Мыжили впоселке Софиевка. Это примерно в60 километрах отЛуганска. НаДонбассе города меньше, чем вРоссии, новокруг каждого— целая гроздь поселков,— рассказывает Татьяна. —Климат там очень теплый. Зима неполгода, как здесь, амесяцатри. Вмарте уже картошку сажают.

Япопрофессии повар. Вместе смужем мыдесять лет ездили назаработки вКиев. Ябыла шеф-поваром вресторане. В2012 году вернулись домой.

Софиевка— шахтерский поселок. Шахтеры— большие труженики, всегда, кроме 1990-х, зарабатывали неплохо, жили вдостатке. Мыкаждое лето бывали наморе— вОдессе, Ялте, Мелекино.

ВСофиевке унас была квартира иземельный участок согородом идомашней птицей. Мымечтали, что купим большой дом, разведем хозяйство, уйдем нараннюю шахтерскую пенсию. Итак это всё быстро оборвалось.

Особытиях 2014 года мыузнали изновостей потелевизору, апотом всё это пришло кнам. Когда упал «Боинг», мыпоняли: теперь начнется что-то страшное (Авиакатастрофа произошла 17июля 2014 года врайоне села Грабово награнице Донецкой иЛуганской республик, погибли 298 человек, втом числе, 80 детей, обломки оказались разбросаны натерритории больше 15 квадратных километров, 17ноября 2022 года суд вГааге признал троих обвиняемых россиян виновными вкрушении самолет игибели людей). Имбыло назначено пожизненное заключение, они должны заплатить 16млн евро компенсации родственникам погибших. —Прим. Автора).

Это было после обеда. Вдомах задребезжали окна. Люди выбежали наулицу, полезли натерриконы— мывсегда забирались туда, когда нужно было увидеть, что делается встепи.

Втотже вечер нам позвонили знакомые, попросили приютить беженцев. Мыпустили ихпереночевать, зарезали наужин курицу. Улюдей ничего ссобой небыло— успели запрыгнуть вмашину ипогнали. Беженцы рассказали, что ихсело бомбили. Утром они поехали дальше.

Дочку сзятем ивнуком мыотправили вРоссию. Сами нехотели уезжать. Немогли поверить, что славяне пойдут соружием наславян. Но, навсякий случай, отнесли впогреб матрацы изапас воды. Взрывы становились всё ближе. Вавгусте мывсё-таки решили ехать. Думали, что намесяц.

Собрали сумки. Муж ушел вночную смену. Врайоне шахты началась очень сильная бомбежка. Явышла наулицу, села надорогу иждалаего. Плакала. Думала, что онневернется.

Еще несколько лет после этого ябоялась самолетов. Даже сейчас иногда бывает непосебе. Вдеревне унас тишина. Услышу гул внебе, стою иговорю себе: это просто самолет, онлетит мимо, изнего ничего неупадет, ничего плохого неслучится.

Выехали ясмужем, его сестра иплемянник. Свекровь— ейуже 87 лет,— сказала, что останется дома. Награнице встали вочередь. Тогда многие ждали подвое-трое суток. Люди, которые приехал часа через два после нас, сказали, что дороги, покоторой мыдобирались, уже нет.

Враспределительном лагере вРоссии нам предлагали ехать наСевер. Номывыбрали Саратовскую область— казалось, что отсюда будет легче вернуться домой. Что мызнали оСаратове? Знали, что песня какая-то есть обэтом городе, вот ивсё.

«Надежда теплится: вдруг дома невсё так плохо?»

Напоезде нас привезли вСаратов. Потом еще 250 километров— доХвалынска. Мыбыли вшоке: едем полдня, иСаратов незаканчивается. 8августа нас поселили всанаторий «Родник». 15августа яуже вышла наработу горничной нагорнолыжный курорт. Месяца через полтора мысняли квартиру. Арендовали усоседей сарай, завели бройлеров.

Конечно, бывало тяжело. ВСофиевке мыоставили всё, аздесь поначалу даже наволочки своей небыло. Зато люди нас поддерживали. Несли нам одежду. Хозяйка квартиры оформила временную регистрацию— это обязательно для получения гражданства.

Российские паспорта начетырех человек обошлись нам больше, чем в150 тысяч рублей,— перевод документов, услуги нотариуса, медицинское обследование, фотографии, пошлина. Подавать документы нужно вмиграционном центре вЭнгельсе. Прием начинается очень рано, наавтобусе неуспеть. Нужно нанимать такси. Заплатили, приехали, нам говорят: запятая нетак стоит. Приходилось ездить еще иеще.

Переоформить водительские права оказалось невозможно. Мужу пришлось заново оплачивать автошколу иэкзамены.

Мывзяли випотеку домик вселе Елшанка в16 километрах отрайцентра. Дом маленький иаккуратненький. Как только яего увидела, сказала: яхочу жить здесь. Ниводы, нисливанет. Зато естьгаз. НаДонбассе это былобы редкостью, там, восновном, топят углем.

В2014 году вХвалынск привезли больше 80 беженцев. Многие потом пытались вернуться домой. Надежда всегда теплится: вдруг там невсё так плохо? Изтех, кто вернулся, большинство пожили наДонбассе какое-то время иопять уехали вРоссию.

Неменьше пяти лет мытоже надеялись. Ноблагодаря хозяйству поняли, что теперь здесь навсегда.

«Мой кайф— делать сыр»

Сейчас унас шесть коров, семь телят. 35 гусей, куры, индюшки, поросенок. Летом были перепела ибройлеры. Мыпостоянно что-то строим: впрошлом году— сарай для коров, вэтом— для телят. Купили подержанный доильный аппарат, ножницы для обрезки копыт.

Встаем в5.00, ложимся в23.00. Наскотном дворе нужно убраться, всех покормить, попоить— это значит, принести изколонки 50 ведер воды. Запарить еду поросенку. Дать теплое питье курам. Приготовить продукцию нарынок, сделать развозку подомам. Сложнее всего скоровами. Сначала доил зять, потом идочка научилась. Она теперь ироды укоров принимает.

Выходных унас небывает. Мужу надень рождения подарила шуруповерт, уже второй. Сказала: теперь будешь работать сразу двумя руками.

Содержание скота требует немалых затрат. Стройматериалы дорожают, корма тоже. Назимовку нужно пять тонн зерна. Впрошлом году фураж стоил 9-10 тысяч рублей затонну. Вэтом году все говорят обольшом урожае, вначале осени цена падала до8 тысяч, сейчас— опять 10 000.

Намне, восновном, кухонные дела. Делаю творог, сметану, йогурт, ряженку исыры. Мне давно нравилось наблюдать засыроварами всоцсетях. Японяла, что из-за ограничений наимпорт сыр будет ходовым товаром. Нодело нетолько вденьгах. Для кого-то удовольствие— шить, для кого-то— вязать букеты. Амой кайф— делать сыр.

Яварю российский сыр, качотту, рикотту, белпер кнолле. Основную часть рецептов беру втематической группе вВК, адетали добавляю сама. Особенно часто вдохновение приходит нарыбалке. Это мой любимый отдых. Сижу наберегу Терешки ипридумываю, как сделать сыр, вымоченный вкофе, или ввине, или славандой.

Мыпродаем нашу продукцию нахвалынском рынке. Купили холодильную витрину, хотим оборудовать стеллаж, приготовили красивые коробочки для упаковки. Мыведем страницу вВК, каждую неделю проводим розыгрыши продукции.

Сейчас яделаю сыр накухне в40-литровой кастрюле. Хотелосьбы оборудовать настоящую сыроварню. Мечтаем построить гостевые домики иприглашать любителей экотуризма— общаться сживотными наферме, наблюдать заприготовлением натуральных продуктов.

Вэтом году мыхотели подать заявку награнт министерства сельского хозяйства. Для этого нужен бизнес-план. Нашли фирму вСаратове, которая этим занимается. Они велели перечислить 5 тысяч рублей насчет предприятия иеще 30 тысяч— лично бухгалтеру. Фирма исчезла. Вполиции сказали: нувыже добровольно перевели деньги. Очень обидно. Нучтоже, мынебезрукие, заработаем.

Подписали социальный контракт сцентром занятости. Получим 100 тысяч рублей нахолодильник для сыров. Для меня это праздник!

Ещебы решить проблему смашиной. НаДонбассе унас была «одиннадцатая». Растаможить ееоказалось невозможно. Мыеепродали икупили такуюже. Машина— наша жизнь, без нее схозяйством неуправиться. Сейчас она сломалась. Нужно недели две ждать очереди наСТО. Накапремонт двигателя потребуется примерно 40 тысяч.

Сейчас вСаратовскую область приезжает много новых беженцев. Ябы хотела сказать им: ребята, ненадо падать духом. Да, привыкать кновой жизни, перестраиваться тяжело. Да, возраст дает осебе знать. Нопаника иводка— невыход. Россия— большая страна, каждый, кто хочет, найдет здесь своё место».