«Для пчеловодов Еврейская автономная область — жемчужина!»
— Николай, как перезимовали ваши пчелки, как начали сезон?
— К счастью, хорошо. В отличие от Приморья, где по некоторым данным до 70 000 пчелосемей погибли из-за вируса, который завезли с породами пчёл, несвойственными Дальнему Востоку. А у нас в ЕАО, наоборот, взяток (взя́ток — количество нектара и пыльцы, собираемое пчелиной семьёй за определённый период времени — прим. автора) в прошлом сезоне был хороший. Пчёлы нашей дальневосточной породы сильные, и зимовка прошла благополучно. Они приспособлены к местному климату и нашим специфичным взяткам – активным, обильным и краткосрочным. У нас не как на западе, где взяток растянут во времени и пчела потихоньку собирает урожай, у нас ловить момент нужно. К счастью, наш Облученский район, да и вся ЕАО, богаты на медофлору. По сопкам есть липа, бархат, клен, аралиевые, сирень амурская, а в поле благодатное обилие цветов. Для пчеловодов Еврейская автономная область вообще жемчужина, потому что расстояния маленькие, всё сконцентрировано, и кочёвка если даже и есть, то кочуешь, ну на 30-60 километров максимум.
— Николай, сейчас нахвалишь, и твои конкуренты ринутся в ЕАО!
— И это было бы даже хорошо. Я испытываю горечь за профессию, она стала считаться устаревающей. Нет притока энтузиастов, молодёжи. С каждым годом пчеловодов всё меньше. Знакомые распродают пасеки, уезжают. А надо, я считаю, вести рекламную кампанию — пожалуйста, приезжайте из Москвы, и других Русских градов, берите Дальневосточный гектар, а мы, кстати, его взяли, стройте свои дома здесь и занимайтесь пчеловодством, при грамотном подходе это выгодно!
Николай Хроменко: «Пчёлы нашей дальневосточной породы сильные. Они приспособлены к местному климату и нашим специфичным взяткам – активным, обильным и краткосрочным». фото из личного архива семьи Хроменко
— Когда-то не так уж и давно, вы с женой Алиной именно так и поступили. Каковы результаты сегодня?
— Да, начинали с пяти ульев. Сейчас, по принятым меркам у нас среднее, профессиональное хозяйство. Есть все необходимые постройки, цех по откачке мёда, оборудование, техника. В прошлом сезоне было 150 пчелосемей, сейчас 80. Сократилось лишь потому, что я продал в Приморье около 200 пакетов пчелосемей для восполнения их популяции, пострадавшей от клеща и вируса. Так что этой весной я осознал, что можно делать бизнес еще и на этом — на продаже пчелосемей.
— С зимовкой пчёл всё понятно. А чем занимались зимой вы с Алиной?
— Осенью завершили сезон, поставили пчёл в омшаник и уехали в Москву. Там занимались развитием нашего бренда «BeeDzen», продвижением продукции, продажами. Добавили к нашей медовой линейке чай. Сейчас этот чай и мёд пакуем в красивые деревяные шкатулки и набором продаём. Под ещё одним брендом стали работать, есть у нас торговая марка — «Сугрев». В данный момент собираемся на разведку в Гуаньчжоу. Хотим найти заводы, которые производят жестяные банки для чая, чтобы снизить себестоимость своего продукта. Участвовали в выставке «Россия» на ВДНХ. Это было очень полезно, расторговались хорошо и с покупателями напрямую пообщались. Если Москва зовёт, то надо на этот зов откликаться. И даже сейчас, в Облучье, параллельно с работой на пасеке эти московские вопросы не отпускаем, дел очень много.
иколай Хроменко: «Участвовали в выставке «Россия» на ВДНХ. Это было очень полезно, расторговались хорошо и с покупателями напрямую пообщались». фото из личного архива семьи Хроменко
— Многие подумают, неужели хочется из Москвы приезжать в Облучье?
— Да, хочется. Дальний Восток зовёт нас всё время. В это трудно поверить, но это так. Жена моя из Москвы, у неё была престижная работа переводчицы в иностранном посольстве. Но Алина избрала жизнь со мной здесь. Ей сейчас в Москву надо поехать, а она не хочет, говорит, что сидела бы и сидела в этих сопках. Хотя без дела она, конечно, не сидит, составляет чаи из сборов, льёт восковые свечи и сувениры, это тоже продаётся, даёт мастер-классы местной детворе по декоративному творчеству, развивает линейку одежды для дальневосточников. Ну и весь наш стиль, брендинг, маркетинг, PR, это всё на ней.
eeDzen это не только мёд, но и чаи из дикоросов, свечи, сувениры. фото из личного архива семьи Хроменко
— За время ваших зимних мероприятий удалось ли найти новые рынки и покупателей?
— Конечно. С фасованным мёдом можно зайти хоть куда. К нам есть даже интерес из Саудовской Аравии и Омана. Но мы вот прямо сейчас не готовы работать на экспорт. Нужны большие объёмы качественного мёда. И на этом пути большие риски, мёд ведь продукт сложный, и к его качеству на международных площадках очень строгие требования. Могут оштрафовать за малейшее отклонение от норм и заставить утилизировать партию.
— Вы можете обеспечить хорошее качество?
— Да, вот что-что, а это можем, Облученский мёд очень хорош. Можем и уликов настрогать и количество пчелосемей нарастить. Но как уследить за всем, от столярки и до маркетинга? Для этого уже нужна команда, надо приглашать специалистов, нанимать людей и это момент, который сложно перешагнуть. Есть местные трудности с кадрами. Сейчас я готов платить столяру 60 тысяч в месяц, но не могу найти такого человека. Так что мы «аккуратничаем» в масштабировании, и не рискуем расширяться до промышленных объёмов. Хотя хотим. Который год убеждаемся, что Облучье хорошее место, чтобы производить мёд и продавать туда, где его хорошо кушают.
ото из личного архива семьи Хроменко
— Чувствуете ли вы внимание власти?
— В этом плане всё очень здорово. Мы очень благодарны и за гектар, и за соц.контракт и другие меры поддержки. Прямо говоря, система поддержки малого бизнеса — центр «Мой Бизнес» и Инвестиционное агентство ЕАО — нас и вырастила, создала. Без них бы не было ничего. Мы бы не пошли в эту тему, если бы не было оттуда реальной помощи. Я скорее всего уже лет десять назад переехал в Москву и строил жизнь там. Мы нашлись на радарах таких людей, как Михаил Юркин, руководитель Инвест агентства ЕАО, которые занимались поиском предпринимателей вроде нас. Они возили нас на крупные производства, в бизнес-миссии. И эти поездки нам давали понять, что всё возможно. Нас вдохновило это всё. В такой поездке мы и продали свои первые две тонны мёда! Они свозили нас на выставку WorldFood Moscow, там мы нашли нашего основного партнёра, который и сегодня покупает у нас почти весь мёд. В ЕАО с поддержкой всё классно, точечно и доступно.
— То есть механизм этот действующий?
— Это супермеханизм! И он создаёт небывалую мотивацию для предпринимательства в России. Государство для этого делает всё возможное. Вопрос только в том, как люди этим воспользуются. Можно ведь дать топор и храм построить, а можно дать топор и головы рубить. Мы строим. Время заниматься бизнесом!