Секреты хюгге: почему скандинавы самые счастливые
Хюгге — слово модное, а понятие сложное (хотя обозначает что-то вроде «простые радости» или «уют»). Скандинавский образ жизни в тренде не первый год, но не всякий вполне понимает, что это означает.
Когда слово «хюгге» вышло за пределы своей родины, Дании, и стало распространяться по миру, то воспринималось скорее как новый стиль в дизайне интерьеров: простая мебель из натуральных материалов, текстиль, живой огонь (камин или хотя бы свечи), кресло-качалка…
Потом стало ясно, что скандинавский стиль в одежде — это тоже хюгге: толстые уютные свитера, мягкие шапки, пледы, шерстяные носки… И лучше варежки, чем перчатки! Главное, чтобы было тепло и мягко.
Следом обозначилась хюгге-кухня — сезонная и локальная: летом раки, грибы и ягоды, зимой мясо, выпечка и глег. Обязательно какао с зефирками. И лучше дома, чем в ресторане. А готовить — всей семьей или вместе с друзьями.
Постепенно оказалось, что хюгге — это не стиль, а целая философская концепция: человек рождается не для того, чтобы быть богатым, не для того, чтобы работать и вспахивать землю, не для того, чтобы свершать открытия и переделывать мир, а исключительно для того, чтобы быть счастливым. Так вот, хюгге — это путь к счастью. Не такой уж тернистый, как принято думать.
Буквально пошагово его описал Майк Викинг, основатель Института исследования счастья в Копенгагене, автор книги «Hygge. Секрет датского счастья». Викинг не просто популярный психолог. Он социолог, работает со статистикой. В основе его простенькой книжки — исследования «международного индекса счастья» и анализ результатов. При составлении рейтинга используются разные параметры, главные из которых — субъективная удовлетворенность жизнью, продолжительность жизни и экологичность региона. С 2006 до 2011 года лидерами мирового списка счастливчиков были страны Карибского бассейна. А потом — раз! — и всех подвинули скандинавы.
Свет как фактор счастья
С Карибским бассейном все объяснялось довольно просто: серотонин. Гормон счастья, который вырабатывается исключительно на свету. Больше солнца — больше серотонина, больше серотонина — выше субъективное ощущение счастья. В других экваториальных странах оно сильно нивелируется проблемой выживания: когда вам нечего есть и кругом змеи, тигры и инфекции, никакой серотонин не спасет. А когда еды полно, хищников нет, а солнца столько, что можно прожить даже без крыши над головой, то страна сразу поднимается на высокие строчки в мировом рейтинге.
Скандинавы с их полярной ночью никак не могли оказаться серотониновой нацией. И тем не менее, уже который год первые строчки в рейтинге счастья занимают они: Норвегия, Дания, Финляндия. Потом идут тоже отнюдь не солнечные Исландия, Нидерланды, Канада… Россия, по последним данным, занимает 49-е место — сразу после Италии, но на два пункта выше Японии. Отчасти благостный настрой норманов Майк Викинг все равно объясняет игрой света. Но не белого, как под солнцем Доминиканской республики.
Желтый или красноватый закатный свет успокаивает, расслабляет, умиротворяет. Поэтому жители скандинавских стран такое большое значение придают светильникам в интерьере: свечи, затемняющие абажуры, специальные рассеивающие лампы — так создается ощущение хюгге. Викинг объясняет этот эффект так же, как и в «карибском варианте», — выработкой определенного гормона. Только не серотонина, как при белом свете, а окситоцина, гормона любви и привязанности. Скандинавское счастье отличается от карибского: оно не заливистое, веселое, пританцовывающее, а более зрелое — уютное, ласковое, теплое, надежное. Philips Lighting, начав выпуск «хюгге-ламп», надеялся сделать всех счастливыми… Но нет. Свет создает лишь настроение. Для счастья нужно больше.
Пока вы всю свою жизнь не перестроите в режим хюгге, корректировки интерьера и гардероба вам не сильно помогут. Хотя начать действительно можно именно с них — как с самого простого.
«Фактор, оказывающий самое большое влияние на наше счастье, — это социальная поддержка», — заявляет Викинг в своей книге.
Бесплатное для всех здравоохранение высокого уровня, бесплатное университеское образование, высокие пособия по безработице избавляют скандинавов от стресса и страха перед будущим. Они знают, что никогда, ни при каких обстоятельствах не будут поставлены на грань выживания. Поэтому они, в отличие, например, от русских и японцев, не боятся больше времени проводить с семьей.
Фактор, оказывающий самое большое влияние на наше счастье — это социальная поддержка.
Нормальный датчанин уходит с работы в 17-00 и погружается в хюгге: играет с детьми, варит варенье, вяжет носки или катается на лыжах с горки — простые радости... Уровень финансового благополучия при этом не имеет вообще никакого значения: обитатели дворцов не счастливее тех, кто живет в деревенских домиках. Зато одинокие определенно несчастнее тех, у кого есть семья или друзья. Пара хороших друзей, а не тусовка, люди, на которых можно будет положиться в трудные времена.
«Одной из причин высокого уровня счастья в Дании является благоприятное соотношение работы и личной жизни, которое оставляет людям достаточно времени для семьи и друзей,» — пишет Викинг. Уйти на фриланс? На полставки? Даже хотя бы просто не задерживаться на работе — для большинства из нас это сложнее, чем купить плетеную мебель, какао и плед. И все-таки, чтобы быть счастливым, нужно быть вместе.
Викинг рассказывает в своей книге об одном из психологических экспериментов в Институте исследования счастья: сначала людей просят вспомнить самый приятный момент в жизни, а потом — поднять руки тех, у кого в этих воспоминаниях присутствуют другие люди. И руки поднимают почти все. Счастье — это соучастие, причастность, возможность немедленно поделиться эмоциями (хотя бы даже от глупого сериала).
Самодостаточность — это круто. Она дает повод для гордости. Она делает нас сильными и даже богатыми. А счастливыми — нет, не делает. То есть делает, но только если — как в известной пирамиде Маслоу — удовлетворены базовые потребности:
- сначала пища, вода, сон и безопасность;
- потом — любовь и сопричастность;
- потом — признание внутри группы и самооценка;
- и наконец — самореализация.
Если же вы сыты и самореализованы, а в промежутке между этими пунктами пустота, то вам не будет уютно. Разве что изредка — в кресле-качалке у камина.