«Мама льет ему в уши, а он все слушает»

Довольно часто молодые пары не могут купить собственное жилье, поскольку не имеют денег на первый взнос по ипотеке. Можно спорить, должны ли родители помогать молодым. Но факт — иногда именно это стремление помочь разрушает семью — как это произошло с Оксаной и Максимом (имена изменены по просьбе героини. — Прим. «Ленты.ру»). Оксана рассказала «Ленте.ру» о том, как из-за разного отношения к квартирному вопросу распался их брак:

«Мама льет ему в уши, а он все слушает»
© телешоу «Однажды в России»

— Мы поженились несколько лет назад — обоим тогда было слегка за 25. Встречались два года, и все это время я снимала жилье, а Макс жил с родителями, в большой трехкомнатной квартире на Октябрьском поле. Естественно, он часто оставался у меня, а я иногда ночевала в их квартире — но только в том случае, если родители Макса были на даче или в отпуске. У них действительно очень хорошая квартира, старая, с хорошим ремонтом, очень удобная и уютная. Мне всегда нравилось там находиться, но я четко понимала — квартира не моя и никогда моей не будет. Слишком многое там было вложено мамой Максима, да и вообще, люди заработали на квартиру (или получили в наследство, дела не меняет) — при чем тут я? Никогда не зарилась на чужое и не буду.

© Максим Блинов / РИА Новости

Поженились мы в начале 2015-го — кто помнит, время не самое денежное. Свадьбу начали планировать чуть ли не за год, хотелось настоящего праздника. И где будем жить, конечно, обсуждали. Понятно, что это должна была быть своя квартира. Но накоплений у нас никаких не было, и родительские квартиры разменивать мы не собирались, тем более что у моих была скромная «двушка» на окраине города — мягко говоря, не актив.

Так вот, на чем мы сошлись в итоге: откладываем год на свадьбу — Макс побольше, я поменьше (ведь я тогда снимала квартиру), женимся, празднуем, и потом я переезжаю к его родителям, буду жить с мужем в одной комнате. Конечно, не вариант мечты, но так мы планировали пожить год, продолжая откладывать деньги — по пол-зарплаты каждый. Так за год накопили бы на приличный первый взнос и дальше уже покупали бы квартиру в ипотеку. Хотели взять новостройку с быстрым сроком сдачи — так, чтобы максимум через полгода после покупки уже переехать.

Наверное, из вступления нетрудно догадаться, что ничего не получилось. По очень простой причине — из-за кризиса. Макса уволили перед самой свадьбой, а меня обошли с повышением, на которое я работала больше года. Просто сократили должность и слили два отдела — маркетинга и пиара. Мне еще повезло — могли тоже уволить. Но так или иначе — с планами надо было что-то делать. Мы к тому моменту накопили на двоих всего тысяч триста, даже меньше: привычки копить на самом деле не было ни у него, ни у меня. Так что все время отклонялись от плана — то ноутбук новый надо, то на выходные куда-то смотаться захотелось. Короче, встал вопрос — или не праздновать, а деньги отложить на первый взнос, или спустить все на свадьбу.

Вроде разумнее было выбрать первый вариант. Но Макс продолжал сидеть без работы, значит, брать ипотеку должна была бы я — а у меня зарплата небольшая. В итоге решили отметить свадьбу и съездить в путешествие, а с ипотекой затеваться, когда муж найдет работу. Вроде как тогда и начнем потихоньку откладывать деньги и присматривать варианты.

А жить переехали к его родителям. Что я могу сказать — никогда так не делайте. В принципе я так и думала, что это будет серьезный дискомфорт. Я не люблю жить на чужой территории, не люблю всяких одолжений. Но ради квартиры я готова была потерпеть. А тут получилось, что терпеть придется непонятно сколько, и квартиры никакой в перспективе не появлялось.

© Константин Чалабов / РИА Новости

С родителями Макса, чтобы вы понимали, мы не поссорились ни разу — даже слова резкого не сказали. Но бесило меня все. Например, мы с Максимом оба жаворонки: рано ложимся, встаем в полседьмого утра. А Наталья Сергеевна, мама мужа, не спит ночами в принципе. То есть для нее ночь — самое продуктивное время. Поэтому в десять-одиннадцать вечера, когда нам бы уже потихоньку ко сну готовиться, начиналось самое месиво — стиральная машина крутится, посудомойка трясется, кино какое-то орет (потому что когда тихо — ей не слышно). Да, конечно, наша комната от кухни и гостиной вроде как далеко, но вот честное слово, когда ты хочешь спать, — все слышно, и очень сильно.

Потом утро. Мы встаем рано, очень тихо себя ведем, ни разу никого не разбудили. Но вот какое дело — в ванной и на кухне у них теплые полы сделаны. И когда они выключены — пол (он кафельный) очень холодный, просто ледяной. И вот почему-то эти теплые полы в квартиры включены всегда, весь день. Но утром, к нашему подьему, — всегда выключены. И с утра ты должен вылезать из душа на ледяной пол (греется он довольно долго — вот к родительскому подьему уже да). Реально, сколько раз я просила Максима с родителями поговорить. Сама пробовала включать, когда ночью вставала, простите, в туалет. Нет, ничего не работает — хоть расшибись, а с утра всегда рычажок повернут, и полы ледяные.

И так, в принципе, во всем. Вроде какие-то мелочи, но жить невозможно, — бесят. А Максу хоть бы хны — он вообще, по ходу, не заморачивается, ну принято так, и ладно. Да, неудобно, но даже мысли не возникает, что можно сделать так, чтобы стало удобно. Вот что особенно из себя выводило.

В общем, так прожили месяца три, Максим нашел работу, что-то начали мы с ним откладывать. Но все время меньше, чем собирались. Потому что все время надо что-то в дом купить или отремонтировать (при том что на хозяйство мы деньги и так давали, и продукты покупали, и даже коммуналку оплачивали). В итоге деньги копились какими-то исчезающе малыми темпами, а мы сливали свои деньги на чужую квартиру.

Короче, мы с мужем начали потихоньку ругаться. В основном, конечно, провоцировала я — его-то все устраивало. Я сейчас думаю, может, он и не хотел никакую ипотеку, а думал, что я привыкну, — и мы так и останемся в этой квартире.

© Петр Ковалев / ТАСС

В любом случае у меня таких планов не было. Я уже готова была сама идти за ипотекой, сама ее платить — был бы первый взнос. И вот как-то говорила с отцом по телефону и обмолвилась о чем-то в этом роде. И он мне сразу сказал: «Оксана, чего ж ты молчала? Мы дачу продадим, и покупайте квартиру!»

Не говорила я потому, что хотела, чтобы мы с мужем как взрослые люди купили жилье на свои деньги, а не клянчили бы у мамы с папой. Да и про дачу, если честно, я забыла, тем более, там и не дача, название одно. Мы туда давно не ездили, дом весь прогнил сто лет. Но место неплохое, под Звенигородом, и земля там недешевая. И наш участок, как выяснилось, на несколько сотен тянул вполне себе.

Других вариантов я не видела (поскольку продолжать жить в той квартире — для меня вообще не вариант), и потому согласилась. И я даже, заметьте, не думала про то, что это должна быть моя квартира — как-то для меня само собой разумелось, что Макс будет помогать с ипотекой, и это будет наше с ним семейное гнездышко.

Так что я к нему с этой новостью буквально летела. А он как-то подозрительно спокойно отнесся. Ну, точнее, как — обрадовался, но как-то тускло что ли. И все, один раз поговорили и больше не возвращаемся к этому. Я все пыталась из него тянуть что-то — давай посмотрим ту новостройку, давай — эту. Какие условия по ипотеке, то се. А он не то, что не загорался, а просто сливал эти разговоры и все. Знаете, как мужики могут, — вроде и не говорит прямо, что ему это не нужно, но все время ускользает.

В итоге, конечно, я устроила сцену. Точнее, не успела как следует устроить, только собралась сказать, что мы в этой квартире больше жить не будем ни дня, как он разродился-таки обьяснить, почему не хочет «ничего так быстро менять» (это цитата). Оказывается, он считает, что его дом — это тот дом, где мы сейчас живем. А те деньги, что могут дать родители, это мои деньги, и он ввязываться в покупку квартиры, которая тоже будет моей, не готов.

Нормально, нет? Я прямо вот услышала голос его мамы. Льет ему в уши черт-те что, а он все слушает, вообще не включая критичность. Ну, собственно, тут во мне что-то щелкнуло, и я поняла, что все — конец нашему браку. Я даже орать не стала. Просто встала, оделась, взяла сумку и вышла.

Поехала, естественно, к родителям, месяц пожила у них. Макс пытался как-то выяснить отношения, типа, нельзя же так. Но по-моему больше для виду — мы развелись той же осенью. Слава богу, думаю я, что не успели купить тогда жилье, а то еще делить пришлось бы.

Сейчас снимаю квартиру — очень скромненькую, но совсем дешево. И над душой никто не стоит. Участок родители так и не продали — но мы договорились, что как только я буду готова к ипотеке (для этого мне все-таки надо зарплату на треть побольше или вторую работу найти), сразу продадут, и у меня будут средства на первый взнос.