Карантин
Мода
Красота
Любовь
Звёзды
Еда
Психология
Фото
Тесты

Петербург Бродского. Где будущий поэт анатомировал трупы и где сейчас живет его муза М. Б.

уехал из России в 1972, но «Петербург, мой колокол пожарный» остался в его памяти навсегда. «B Петербурге есть эта загадка – он действительно влияет на твою душу, формирует ее», – говорил о Питере Бродский.
Петербург Бродского. Где будущий поэт анатомировал трупы и где сейчас живет его муза М. Б.
Фото: Мир квартирМир квартир
Фотокор Александр Бродский снял сына на балконе квартиры в доме Мурузи. Фото: oldspb.ru
После семи классов будущий Нобелевский лауреат бросил школу и стал учеником фрезеровщика. Параллельно он пять лет подряд работал истопником в котельной, матросом на маяке. Месяц анатомировал трупы в морге областной больницы. Пытался, но не поступил в школу подводников, а среднее образование получил в школе рабочей молодежи. Был рабочим в экспедициях на Белом море, в Восточной Сибири и Северной Якутии.
Суд обвинил 24-летнего Бродского в тунеядстве и приговорил к 5-летней ссылке. Фото: oldspb.ru
А потом у него случился нервный срыв, и Бродскому позволили вернуться в Ленинград.
Внук часовщика и сын фотокора
Лучшие и в то же время дешевые обои в Петербурге середины позапрошлого столетия изготавливали на обойной фабрике Иоганна Шеффера. Фабрика располагалась на том же участке, что и доходный дом купца Фердинанда Циммермана на Старо-Петергофском проспекте ( 16). Дом с эркером и башней строили для вдовы петербургского фотохудожника Анаклета Пазетти – Софии. Позже здание перестраивали два раза – в 1900 году и после немецкой бомбежки.
В доме Пазетти жил маленький . Фото: citywalls.ru
В этом доме находилась квартира бабушки и дедушки будущего поэта Иосифа Бродского. Бабушка Рахиль Иосифовна владела часовой мастерской, мастером в которой работал дед Иосифа Израиль Янкелевич Бродский. После уплотнения дома в 1930-е их сыну, военному фотокорреспонденту Александру Бродскому осталось от родительской квартиры только две комнаты. Сюда он и привез жену – Марию Вольперт и здесь же родился будущий поэт.
В 1941 отец Иосифа ушел на фронт, а в дом на Старо-Петергофском (тогда проспект Газа) попала бомба. « Поскольку комнатки были под самой крышей, то все и пошло прахом. Погиб огромный фотографический архив отца, чему он после отчасти даже и рад был, поскольку не осталось фотографий нежелательных лиц – репрессированных», – писал потом взрослый Бродский.А пока мама будущего поэта переехала с мальчиком к родственникам в дом 2 на улицу Рылеева – в 16 коммунальных квартирах того дома жили 170 человек.
Дом Мурузи и «Идиота»
О вестибюле подъезда дома князя Мурузи на Литейном проспекте ( 24) поэты в шутку писали, что тот расписан «под роскошную турецкую баню». Дом и в самом деле был необычным для того времени – с колоннами, арками и арабесками, а парадную лестницу украшал восточный орнамент.
 На месте дома Мурузи стоял деревянный особняк мореплавателя Резанова (прототипа героя «Юноны и Авось»). Фото: Мир Квартир
Бродскому дом напоминал ярусный торт: «Здание было громадным тортом в так называемом мавританском стиле, столь характерном для северной Европы начала века. Законченное в 1903 году, в год рождения моего отца, оно стало архитектурной сенсацией Санкт-Петербурга того времени, и Ахматова однажды рассказала мне, как она с родителями ездила в пролетке смотреть на это чудо».
Внутри этого «торта», в коммунальной квартире 28 Бродский прожил 17 лет, вплоть до изгнания его из Советского Союза. Там умещались комната родителей, фотомастерская отца и уголок с книжками самого Иосифа. В эссе «Полторы комнаты» Бродский напишет: «Нас было трое в этих наших полутора комнатах: отец, мать и я. Семья, обычная советская семья того времени. Время было послевоенное, и очень немногие могли позволить себе иметь больше чем одного ребенка. У некоторых не было возможности даже иметь отца – невредимого и присутствующего: большой террор и война поработали повсеместно, в моем городе – особенно. Поэтому следовало полагать, что нам повезло, если учесть к тому же, что мы – евреи». В 2010 году коммуналку Бродского расселили для создания музея поэта.
Музей Бродского «Полторы комнаты». Фото: peterburg-centr.ru
В красивом «восточном» подъезде была квартира известного банкира Гандельблата, в ней размещался концертный зал с металлической мебелью. В 1919 году в этой квартире поэты собирались в литературной студии , а начинающие переводчики – в студии . поместил в этом доме героев своего «Гранатового браслета», а Достоевский – семью генерала Епанчина из романа «Идиот».
В другом, менее нарядном подъезде жили с , и маленький со своей мамой. А Александр Блок снимал там квартиру. Словом, атмосфера дома была пропитана духом литературы. Немудрено, что Бродский стал гениальным поэтом
В 1990-е, после сноса соседнего дома и возведения на его месте торгово-офисного здания, в апартаментах, в которых жил еще Мурузи, потрескались потолки с позолоченной лепниной. Говорят, что это жилье выкупил какой-то финский гражданин. В 2018-2019 годах в доме сделали капитальный ремонт: отремонтировали фасады и заменили лифты.
Доля размером 80 кв. м в доме Мурузи продается за 8 млн. Фото: Мир Квартир
Сейчас здесь продается доля в шестикомнатной квартире размером 131 кв. м на пятом этаже. Площадь доли составляет 80 «квадратов». Она со свежим ремонтом и обойдется в 8 млн рублей.
Муза поэта живет в доме
М. Б. – художница Марина Басманова, которой Бродский посвящал свои стихи, до сих пор живет в особняке Бенуа на улице Римского-Корсакова ( 37).
История дома такова. Участок земли здесь в XVIII столетии безвозмездно получил действительный статский советник . Но построить на нем выдающийся зодчий ничего не успел, его разбил паралич, архитектор скончался, и два дома ( 37 и 41) на большом поделенном участке возвели сыновья Баженова – Всеволод и Константин. Свой недостроенный дом без отделки Всеволод Васильевич продал метрдотелю Леонтию Бенуа.
Муза Бродского живет в особняке Бенуа. Фото: citywalls.ru
Его внук писал: «Купил дом (наполовину построенный) мой дед еще в дни царствования Павла I, кажется, в 1799 г. В на­чале «дом Бенуа» был всего в три этажа (по русскому счету), но в архитектурном смысле он был тогда гораздо красивее, нежели каким он стал потом: он даже был настолько красив со своими группами тройных окон под полукруглыми арками, что его можно было приписать самому Гваренги. К сожалению, папа, которому дом до­стался в наследство, пожелав увеличить его доходность, надстроил еще один этаж, и это обезличило фасад, ибо, хотя тройные окна и остались, но как раз типичными полукружиями над ними пришлось пожертвовать. Зато сохранились в целости прелестные маски над окнами нижнего этажа и нетронутой осталась и характерная парадная лестница. Эта парадная лестница начиналась внизу с прямого, ведшего вглубь, коридора, под убранным сочными розет­ками сводом, а затем сворачивала влево и опять поды­малась широкими всходами между массивными столба­ми; на каждом повороте открывалась своеобразная пер­спектива. Все это носило тяжелый и несколько мрачный характер, но и усиливало одновременное впечатление чего-то крепкого и надежного, почти крепостного».
Да, достроил это здание и отделал его на свой вкус. Оно стало своего рода свадебным подарком, потому что в год окончания строительства, 1848, зодчий женился. Там, в просторной квартире на втором этаже, он жил до своей смерти.
Возлюбленная Бродского Марина Басманова поселилась этажом выше в 1950-е. Писательница писала о музе поэта так: «Она казалась очень застенчивой. Не блистала остроумием и не участвовала в словесных пикировках, когда мы друг о друга точили языки. Бывало, за целый вечер и слова не молвит, и рта не раскроет». Эта немногословность и нравилась Бродскому. Он боготворил Марину.
Марина и Иосиф. Фото: liveinternet.ru
Когда она изменила ему с красавцем-поэтом (он входил в круг Ахматовой), Бродский страдал и говорил, что «измена любимой отняла у него гораздо больше физических и душевных сил, чем предательство близкого друга, арест и судилище в марте 1964 и ссылка в Архангельскую область».
Марина навещала Иосифа Бродского в ссылке, а уехала оттуда с Бобышевым. Вернулась и вновь уехала.
В 1968 году у Бродского с его музой родился сын Андрей. Однако свободолюбивая художница не захотела стать женой поэта. Бродский уехал в США, а она осталась в Петербурге. С сыном, которому Басманова дала свою фамилию, у нее были очень сложные отношения, она оберегала от ребенка свое личное пространство, одно время мальчик даже жил не в квартире, а в мастерской матери на чердаке. С Бобышевым Марина тоже не осталась. По иронии судьбы, Бобышев также эмигрировал в Америку. Сейчас музе Бродского 82 года.
Сегодня в четырехэтажном особняке Бенуа продается трехкомнатная квартира на последнем этаже. Ее размер – 99,3 кв. м. По сути, в ней четыре комнаты, так как одна разделена на две. В квартире также есть три кладовки. Этой недвижимости нужен ремонт, а ее стоимость составляет 11 млн рублей.
Фонтанный дом как приют Бродского
На Литейном проспекте в Фонтанном доме ( 53) Бродский никогда не бывал. Но после его смерти на чужбине в этом доме, где находится музей , появился зал «Американский кабинет Иосифа Бродского». Еще до открытия в доме Мурузи музея вдова Бродского, красавица и потомок Пушкина Мария Соццани, передала на Литейный, 53 личные вещи поэта из их дома в городе Саут-Хедли.
Американский кабинет Бродского под крылом музея Ахматовой. Фото: ahmatova.niv.ru
Между «мамой» Ахматовой и «сыном» Бродским всегда существовала духовная связь, и Ахматовский дом словно «приютил» изгнанного поэта.
«Великая душа, поклон через моряза то, что их нашла, – тебе и части тленной,что спит в родной земле, тебе благодаряобретшей речи дар в глухонемой вселенной», -писал Бродский «На столетие Анны Ахматовой».
Дочь Бродского и Соццани – Анна Александра на открытии музея отца в доме Мурузи. Фото: obtaz.ru
«Ни страны, ни погостане хочу выбирать.На Васильевский островя приду умирать».
Но похоронили поэта, по его последней воле, на «острове мертвых» Сан-Микеле в Венеции, рядом с Дягилевым и Стравинским.