Проверено на себе
Звёзды
Психология
Еда
Счет
Любовь
Здоровье
Тесты
Красота

Руины в лесу: как на Урале ищут обломки горнозаводской цивилизации

Выезжаем рано, завтрак с кухни мы решили перенести в машину — старт уже в восемь утра.

Руины в лесу: как на Урале ищут обломки горнозаводской цивилизации
Фото: ТАССТАСС

Видео дня

— Может быть, вы на месте обнаружите какие-нибудь артефакты — металлургический шлак, монеты — заманивает Андрей Ермоленко.

Андрей — историк Уральского федерального университета, подготовивший историческую основу для "Открытых экспедиций", которые выявляют исчезнувшие объекты демидовского наследия — огромной горнозаводской цивилизации.

— Горнозаводская цивилизация — понятие, которое мы начинаем только сейчас осознавать, это то, что во многом определило характер каждого из нас, — говорит Ермоленко.

Главный организатор проекта "Открытых экспедиций" — управляющая компания туркластера "Гора Белая". Вместе с Андреем и другими партнерами проекта, в том числе сообществом путешественников "Ural Travellers.Уральские покатушки", они подобрали 30 объектов демидовского наследия и 10 маршрутов по ним. По результатам экспедиций станет понятно: что включать в туристический маршрут, а что — нет. Мы отправляемся в одну из таких экспедиций.

Завод — это за водой

Первая точка нашего маршрута находится в селе Лая. Едем до него через лес под палящим солнцем.

— Более 300 лет назад на Урале появились первые частные заводы, — рассказывает Ермоленко. — Государство доверило развивать металлургию, месторождения, строить заводы, изготавливать железные изделия, причем стратегически важные, частному капиталу. Это была династия Демидовых. Один из первых заводов, который был построен у нас на Урале, — это Невьянский завод, — в самом начале XVIII века Петр Первый передал , своему сподвижнику.

Демидовы — талантливые металлурги, деятели науки, литературы и искусства, меценаты — на протяжении столетий были известны по всей Европе. Они вели переписку с Вольтером, Карлом Линнеем, обсуждали концепцию с его основателем Анри Дюнаном, а Наполеон Бонапарт приходился Демидовым родственником. Но сегодня о них уже мало кто помнит, а их некогда могучая промышленная империя лежит в руинах среди уральских лесов.

Здесь мы должны посмотреть на останки Нижнелайского завода. Да, заводов раньше было два: один стоял выше по реке — Верхнелайский, второй ниже — соответственно Нижнелайский. Но со временем в языке остался только один.

— Лайский был одним из первых демидовских заводов, он действовал с 1720-х годов до начала XX века, — рассказывает сооснователь сообщества путешественников "Ural Travellers.Уральские покатушки" .

Особенностью этого производства было то, что оно строилось без позволительного указа Берг-коллегии, а на основании именного указа Петра, по которому Никите Демидову разрешалось на отведенной ему земле "леса рубить и уголье жечь и всякие заводы строить". Завод был передельный — переделывал чугун с Нижнетагильского завода в железо. Первыми работниками и жителями поселка стали старообрядцы, а затем и купленные Демидовым в центральных губерниях крепостные крестьяне.

Тут стояла плотина, две фабрики и кузница. Плотина сохранилась — ржавая, лишь перила обновлены белой краской, но и ее поела ржавчина. Понять, где стоял завод, сложно, подходящей для этого площадки не видно, руин — не осталось. Вячеслав Пестриков вспоминает шуточное определение: завод — потому что стоит за водой, а значит, нужно перейти на ту сторону, куда падает вода. Чтобы найти "останки" завода, мы спускаемся по очень крутому, заросшему спуску.

Внизу в самом деле хорошо видно плотину, с нее падает грязно-желтая вода, и именно здесь сохранились руины завода — каменная кладка, которая направляла воду в сторону предприятия. Высокие и ровные ряды камней немного обрушились и напоминают стену старого замка.

Остался только запах

Найти нужные нам объекты трудно: на картах нет отметок, населенные пункты, в которых они расположены, уже давно сменили названия, на дорогах нет указателей, да и местные жители не знают дороги. Постороннему человеку отметка на карте не поможет — части объектов просто не существует. Они разрушены, демонтированы, на их месте сейчас пустыри, реки, в лучшем случае сохранились хотя бы руины.

Добраться до второго завода — Антоновского передельного — оказывается сложнее. Дорога к нему совсем плохая, машину сильно болтает.

"Завод" во времена Демидовых — это не только производственный участок, а весь поселок, целый комплекс, появившийся вокруг предприятия.

— Это был единый организм, включая дома, в которых жили мастеровые. Они обслуживали завод, кормились им, — поясняет заместитель директора Демидовского института, историк Николай Павловский. При этом все заводские поселки были связаны в один большой горнозаводской округ. Сырье с одного доставлялось на телегах на другой. Где позволяла река, могли сплавить и по воде. Таким образом, два-три передельных завода могли обслуживать один основной.

За три века от первоначальных строений XVIII столетия практически ничего не осталось.

— Остались в основном церкви, потому что они поддерживались, постоянно сохранялись, ремонтировались, им не требовалась перестройка, модернизация, как в производственном цехе. Поставили, например, Невьянскую башню — она есть, поставили храм — он есть. Но это уже среда не собственно производственная, это уже инфраструктура, без тех же храмов заводы и поселки существовать не могли — люди были верующие, — объясняет историк.

Антоновский завод был совсем маленьким, вспомогательным. Рассказывают, что он назван Антоновским в честь управляющего тагильскими заводами Антона Кожуховского. Здесь располагалась плотина, деревянные здания фабрик, а движущей силой служили водяные колеса. Колес больше нет, как и движущей силы. Река — совсем маленькая, полноводный ручеек. На месте, где был завод, сейчас лишь большие булыжники и ржавый кусок металла, торчащий из них.

Вода мутная, зелено-желтая. Даже дна не видно. А запаха тины нет. Набираю в ладошку немного воды и удивляюсь: пахнет железом.

Забытая красавица Аврора

Едем дальше — к Авроринскому заводу. Он, как и Антоновский, был небольшим. Завод назван в честь первой красавицы Европы Авроры Карамзиной, вдовы .

— Павел Демидов привез Аврору в Тагил, но позже умер, и она, надолго оставшись в Тагиле, много сделала того, что сейчас называется социальной ответственностью бизнеса, — учредила пособия для малоимущих, строила больницы, акушерские пункты на селе, чтобы местные могли рожать в нормальных условиях. Она очень много сделала, и ее имя у нас, к сожалению, не сохранилось ни в одном из топонимов, — рассказывает Ермоленко.

— А где был завод?

— Завод был левее от нас с вами, от него даже плотины не осталось, — объясняет гид. В реке купаются местные из близлежащих домов.

Группа двигается дальше, к последней на сегодня точке — Черноисточинскому заводу. Он единственный в сегодняшнем маршруте хоть как-то уцелел. Заброшенное производство находится напротив "черноисточинского моря", на берегу которого, прямо в метре от проезжей части, загорают девушки. Первоначально в состав завода в Черноисточинске входили молотовая фабрика, кузница, но со временем он разрастался. После смерти завод перешел к его сыну Никите, который включил его в промышленный комплекс Нижнетагильского завода. Сейчас это креативное пространство: тут расположены мастерские по изготовлению мыла, органической косметики, работе с камнем, музей наличника. В ближайшее время здесь заработает концертное пространство и уличное кафе.

Заходим в небольшой сувенирный магазинчик. Очень хочется увезти что-то с собой, но даже сувениров, напоминающих о существовании горнозаводской цивилизации, почти нет. Только две открытки с видом на старый завод. За весь день мне так и не удается подобрать на руинах ни старой монетки, ни кусочка руды

История горных заводов на Урале, безусловно, шире, чем история Демидовых, поясняет Николай Павловский.

— Другое дело, что Демидовы внесли весомый вклад в становление такой цивилизации. Они были одними из тех, кто стоял у ее истоков, — отмечает он.

— Наша цель — по кусочкам собрать современную карту горнозаводской цивилизации — абсолютного эксклюзива Урала. Такого промышленного наследия нет больше нигде в мире! "Открытые экспедиции" — это первый шаг. Сейчас мы изучаем территорию, проводим аудит, чтобы затем разработать уникальные туристические маршруты, создать шоу-парк горнозаводской цивилизации и восстановить незаслуженно забытую историю, на которой основано наше уральское самосознание и самоидентичность, — говорит организатор экспедиций туркластера "Гора Белая" Александра Юренкова.

— После того как мы оценим объекты с точки зрения туристов и экспертов, изучим другие параметры, которые относятся к маркетингу территории, — рассказывает старший преподаватель кафедры международной экономики и менеджмента Уральского федерального университета Дарья Зубакина. Она считает, что из всего массива изученного останется порядка десяти точек, которые войдут в состав трех-четырех постоянных маршрутов. А остальные территории исторических объектов останутся в лучшем случае в школьных учебниках.

Виктория Ивонина