Ещё

45 историй студентов колледжа о сексе и согласии 

Фото: ИноСМИ
Любой, у кого есть сексуальная жизнь, знает, что в реальной жизни секс может оказаться гораздо более сложным предприятием по сравнению с плакатом, на котором написано, что «согласие — это сексуально». Многие с трудом могут объяснить, как именно должно выражаться согласие на секс, и зачастую разговоры об этом в определенные моменты вызывают смущение и неловкость. В кампусах колледжей сочетание алкоголя, неопытности и противоречивых ожиданий касательно того, как молодому человеку «нужно» себя вести, только увеличивает степень неловкости и замешательства.
Сегодня, в эпоху движения #MeToo, споры о том, как должно выражаться согласие на секс, стали громче, чем когда-либо прежде. Многие сексуальные контакты происходят в так называемой серой зоне недопонимания, отрицания, рационализации и порой сожаления.
Мы хотели разобраться в этой сложной теме, когда попросили студентов колледжа рассказать истории об их попытках сориентироваться в этой серой зоне: каковы были их ожидания, как они договаривались и спрашивали согласия, как потом оценивали последствия и какой совет они дали бы самим себе. Ниже приведены их истории.
I. Предвкушение
В первом разделе, состоящем из 14 коротких рассказов, студенты описывают те чувства, которые они испытывали непосредственно перед сексуальным контактом. Многие из них боялись ставить себя в ситуацию, которая с высокой долей вероятности могла привести к сексу, тем не менее, они продолжали.
Фрейя, Новая Зеландия:
Мы болтали о наших степенях, смеялись друг над другом, произнося фразы на наших родных языках. Примерно в 5 утра я сказала, что мне пора возвращаться, мотивировав это тем, что мне не стоит возвращаться «слишком поздно». Трезвое сознание подсказало бы, что время рассуждений о «слишком поздно» прошло примерно 5 часов назад. Я улыбнулась, мы обнялись, и я уже отвернулась, чтобы войти, когда он сказал мне вслед: «Почему ты все время меня дразнишь?» Я попросила его объяснить, как именно я его дразню.
«Ты смеешься, флиртуешь, и ты очевидно хочешь заняться со мной сексом, — сказал он. — Ты просто не хочешь этого признать».
Мое любопытство и флирт — это не повод для того, чтобы ожидать секса со мной. Мне бы очень хотелось пойти куда-нибудь и просто получить удовольствие от общения, не задумываясь о том, что я, возможно, «кого-то соблазняю».
Джейкоб, Калифорния:
Я помню то время, когда я был еще очень юный, горячий и когда мой сексуальный опыт ограничивался просмотром порно. Я никогда никого не принуждал делать что-либо, но я знаю, что порой я говорил такие вещи, которые могли заставить девушек чувствовать себя загнанными в угол. Это было время, когда я не заходил дальше поцелуев, объятий и порой откровенных текстовых сообщений, но я все равно делал ошибки.
Однажды я оказался в ситуации, когда я сказал девушке, что я не хочу заниматься с ней сексом, а потом почувствовал сильное давление с ее стороны. Я был гораздо менее трезвым по сравнению с ней, но сказал ей «нет».
«Но почему?— ответила она. — Ну пожалуйста!»
Та девушка не заставляла меня что-либо делать, но я почувствовал себя очень некомфортно, и я сделал то, чего не хотел делать.
Не думаю, что было бы справедливо назвать ее хищницей, потому что я знаю ее достаточно хорошо, чтобы понимать, что она не хотела каким-то образом сделать мне больно. Но разве в тот момент ее намерения имели какое-то значение? Она поставила меня в такое положение, в котором я не хотел оказываться — прежде я ставил в точно такое же положение других.
Дженни, Огайо:
Я долго не могла объяснить себе, что тогда случилось. Я отвечала на ее поцелуи. Я не просила ее остановиться. Я не могла найти слова, чтобы объяснить друзьям, почему я вздрагивала, когда она касалась меня. Мы с ней никогда не разговаривали во время этого. В какой-то момент я переставала двигаться, отворачивалась и сосредотачивала взгляд на трещине на потолке моей комнаты. А она продолжала. Порой, когда я возвращалась, она уже заканчивала, порой — нет. Я не думаю, что она замечала, что я в эти моменты отсутствую.
Иногда я спрашиваю себя, почему я не говорила «нет» и куда девались все мои «нет», когда они были мне так нужны.
Ливия, Нью-Йорк:
Будучи еще юной, я научилась механике секса, но я ничего не знала о том, как должно выглядеть согласие. Другими словами, я знала, как доставить удовольствие во время орального секса, но не знала, как отказаться от него. Поскольку я начала свою сексуальную жизнь, имея очень низкую самооценку и крайне мало знаний, это привело к множеству случайных половых связей, которые оказались чрезвычайно неприятными. Я не знала, как прекратить все, когда это уже началось, и часто ощущала, что я просто обязана позволить парню довести дело до конца, не ожидая ничего взамен.
Поэтому я так и делала, хотя мне этого совершенно не хотелось.
Мэриел, Массачусетс:
После нескольких коктейлей на вечеринке я подошла к парню в прикольном свитере. Мы немного поболтали, потанцевали, и я его поцеловала. Он сразу же предложил мне подняться наверх, но я отказалась. Он предлагал мне снова и снова. Он сказал, что я дразню его и что, если я не собиралась с ним спать, зачем нужно было все это начинать. Я очень смутилась, и в какой-то момент мы уже шли в подвал, хотя я продолжала говорить о том, что не хочу секса. Но я чувствовала себя так, будто я обязана это сделать.
Когда мы спустились в подвал, я села на стиральную машину, и он меня раздел. Я вдруг поняла, что я совершенно одна. Мои друзья были наверху и не могли меня услышать. Я испугалась. После нескольких «нет» я больше ничего не говорила, но потом я молча оделась и поднялась наверх.
Мне повезло. У многих нет возможности просто взять и уйти. Этот эпизод напоминает мне, что для некоторых мужчин согласие — это не «сексуально» и что для них это тяжелая работа.
Сэмюэль, Техас:
В старших классах я ни разу ни с кем не целовался. Я твердо решил, что в колледже все будет иначе.
Поэтому благодаря моим озабоченным и более опытным друзьям я получил целый арсенал советов: не будь тряпкой, девушки хотят, чтобы ты проявил силу, ты должен сделать первый шаг.
Сэм, Айова:
Когда мы начали встречаться, и я поднял тему секса, она сказала мне, что еще никогда этим не занималась. У меня тоже не было такого опыта, но я соврал и сказал, что у меня был секс без проникновения с подружкой в старших классах. Я соврал, чтобы она сочла меня более опытным. Я соврал, чтобы она со мной переспала. Она согласилась, и с тех пор она всегда считала наши сексуальные отношения отношениями между опытным партнером и неопытным партнером.
А. А., Миссури:
Он был старше меня. Он уже закончил университет и работал где-то за городом, но гостил у своего приятеля в городе. Я была очень взволнована: прежде я ни разу не была на свидании. Я надела лучшее платье, побрила ноги и накрасила губы. Он вместе с приятелем забрал меня из общежития, и мы отправились на заправку, чтобы купить выпивку. Он купил большую бутылку джина.
Мы пили, курили, разговаривали и снова пили. К концу вечера я просто хотела оказаться в постели — неважно, его или моей. Он спросил, поеду ли я к нему. Я согласилась. Шатаясь, я зашла в гостевую спальню, сняла одежду. Он выключил свет и лег на меня.
«Что ты хочешь?»
Я не знала.
Сначала было приятно и даже весело. Но потом алкоголь взял свое, и все, что я смогла делать. Это просто лежать и сдерживать рвоту. Кажется, он этого не заметил.
Потом он несколько раз присылал мне сообщения с просьбой встретиться. Я удаляла их, не отвечая. Я до сих пор не могу понять, что тогда случилось. Я не сказала «нет», но я не говорила «да».
Анна, Мексика
«Хорошие девочки» не должны заниматься сексом, если только речь не идет о серьезных отношениях или о замужестве. «Хорошие девочки» все же занимаются сексом, но об этом не принято никому рассказывать, тем более хвастаться этим. Это скорее грязный маленький секрет.
Я ходила на свидания с «хорошим мальчиком» из университета. Он пригласил меня на вечеринку его кузена. Мой парень заранее предупредил меня, что будет лучше, если я переночую там, потому что мы будем пить, а возвращаться пьяной домой посреди ночи просто небезопасно. Я ему доверилась.
Та вечеринка была больше похожа на собрание пятерых незнакомых людей. Мы пили, курили, целовались, а потом все внезапно ушли. «Хороший мальчик» отвел меня в спальню. Сначала мы целовались, а потом он начал снимать с меня одежду — так быстро, как будто у него было восемь рук. Он говорил о том, как долго он этого ждал, как он меня хочет. Он мне тоже нравился. Какая-то часть меня была рада это услышать — что парень может так сильно меня хотеть.
Но в какой-то момент я испугалась, что, если мы сделаем это, но наши отношения сведутся к сексу. Я поняла, что я еще не готова заняться с ним сексом. Было 3 утра. Я чувствовала вину за свою наивность и боялась его реакции на мой отказ. Я до сих пор испытываю сожаление и стыд за свою наивность.
Мэган, Нью-Йорк:
Алкоголь был для меня своеобразным спасением. Новизна алкогольного опьянения была предлогом, чтобы я могла флиртовать и пробовать свою сексуальность без каких-либо последствий. Поэтому, когда парень открыл мне дверь и позвал посмотреть кино, я согласилась, думая: «Что в этом такого? Его сосед сейчас в комнате, поэтому ничего серьезного не случится».
Спустя несколько минут после начала фильма, он стал гладить меня по плечу и прошептал мне на ухо: «Так хорошо?»
На меня вдруг накатило странное ощущение вины и одновременно сексуального возбуждения, и я напряглась. Я знала, что не стоит этого делать. Я знала, что при других обстоятельствах я бы этого не сделал. Но в тот момент мое сознание было затуманено, и я не знала, хочу ли я остановить его. «Э…да?» — прошептала я в ответ.
Рука того парня спустилась с плеча к тому месту, которое моя мама называла «зона только для мужа». И внезапно я почувствовала тошноту.
«А так?» — спросил он.
Я молчала немного дольше, но, в конце концов, у меня вырвалось нервное «да».
Он начал расстегивать пуговицы, я у меня сердце почти выпрыгивало из груди.
Ты позволила всему этому зайти слишком далеко, думала я. Теперь уже будет неправильно останавливать его. Кроме того, тебе же было хорошо. Может, будет еще лучше?
Кортни, Массачусетс:
Возможно, у всех нас есть причины говорить «да», когда наше сознание и сердце говорят «нет». Когда я впервые занималась сексом, подразумевалось, что я соглашусь. Не потому, что кто-то меня принуждал, а просто потому, что в тот момент согласиться было вежливым поступком, поступком леди. Я никогда не была девушкой, которая все время говорит «нет». И я много лет думала, что это помогает мне владеть ситуацией, но на самом деле это многого меня лишало.
Мне необходимо научиться говорить не только «да» или «нет», но и «не сегодня» и «мне больно». Мне пора перестать быть вежливой в этих вопросах. Свидание — это не контракт, и я не обязана демонстрировать свою симпатию при помощи секса.
II. Договоренность
Некоторые женщины не понимают, почему они чувствуют себя так, будто «должны» заняться сексом с партнером. Некоторые мужчины усомнились, могут ли они отличить реальность от порнографии. Многие студенты сказали, что разговаривать о сексе и согласии с кем-то, с кем они только что познакомились — или даже хорошо знают — слишком неловко.
Оливия, Иллинойс:
Вот что вы говорите: «Нет, нет, нет, нет. Разве я должна? Пожалуйста, остановись». И вот что вы должны не забыть сказать в конце: «Все было отлично».
Микаэла, Калифорния:
Какое значение имеет память? Она как противное щекотание в горле, как комок в горле.
Я постоянно думала о том, как можно было все это назвать. Одним словом. Что же тогда произошло?
Я поняла, что такого слова нет. Все шло не так, но я сказала «да». Он снова и снова наливал мне выпить. Он казался трезвым. Не было никакого насилия. Но это было неправильным. Все произошло, потому что он хотел. Все произошло, потому что я была пьяна — я думала, что это весело. Я не знала, на что соглашаюсь. Я сказала «да» сексу, но у меня его прежде никогда не было.
Сара, Южная Каролина:
Он спросил, можно ли ему поцеловать меня, и я покачала головой. Сегодня я и так перешла все границы и просто хотела спать. Он снова спросил. «Нет». Он спросил еще раз.
Устав от его вопросов, я сдалась. Мы быстро поцеловались, и я отстранилась, чувствуя тошноту. Он спросил, можно ли ему дотронуться до меня. Я отстранилась, свернулась калачиком, пытаясь уснуть. Он снова спросил. Я покачала головой. Но он все равно коснулся меня. Я была шокирована его настойчивостью, я почувствовала себя загнанной в угол — я лежала где-то, где вообще не хотела находиться. Я помню, что наконец уснула в 4 утра после долгой борьбы между «пожалуйста» и «нет».
Существует большая разница между телесными сигналами «да» и разрешением прикоснуться, поцеловать, почувствовать и полюбить.
Сидни, Вирджиния:
Как-то вечером я проснулась раздетая на диване в комнате, в которой я не была никогда прежде. Я была смущена и неловко наткнулась на бокал для вина. Он зашел, одетый в халат, и сел. Я спросила, был ли у нас секс, и он ответил, что был. Я должна была спросить, предохранялись ли мы, и он заверил меня, что предохранялись. Я сразу же вспомнила все те истории о сексуальном насилии, которые я прежде слышала, и меня накрыла паника. Я сказала себе: «Со мной не могло произойти такое». Поэтому мы снова занялись сексом. На этот раз я была в сознании.
На следующий день я трясущимися пальцами вбивала в строке поиска «секс в бессознательном состоянии» и «была ли я изнасилована». Вечером он прислал мне сообщение, приглашая снова поужинать.
Я решила встретиться с ним, чтобы заполнить пробелы. Он выглядел очень подавленным и расстроенным, когда я рассказала, как мало я помню из случившегося.
Через некоторое время мы случайно встретились, и он, будучи немного пьяным, рассказал, как сильно я ему понравилась. Он пригласил меня на настоящее свидание.
Мы сходили на свидание, а потом уже стали делать вместе домашнее задание, строить планы, ужинать и разглядывать мемы, сидя на том самом диване, на котором я проснулась несколько недель назад. Однажды вечером он попросил меня стать его девушкой. Потом он сказал, что любит меня. Он даже предложил познакомиться с моими родителями.
Если я ему нравилась, это не было сексуальным насилием, верно?
Но внезапно он перестал отвечать на звонки, и мы больше не разговаривали — как будто ничего и не было.
Яэль, Калифорния:
Я была очень смущена. Я была новичком, стоявшим в спальне старшекурсника. Я, должно быть, повела себя как-то неправильно, если он решил, что мы займемся сексом. Я могла просто одеться и уйти — он не просил никаких объяснений, и, если честно, ему вообще было все равно. Он не стал бы меня останавливать. Но мне было так стыдно за то, что я поставила себя в такую ситуацию, что я почувствовала, что должна пройти через это. И я прошла.
Физическая боль длилась несколько минут, эмоциональная — несколько недель. Когда все кончилось, я попыталась подобрать осколки моей уничтоженной гордости и настоять на том, чтобы остаться на ночь (может ему захочется пообниматься?) В конце концов я тихо ушла спустя час после того, как он уснул, и больше никогда с ним не разговаривала.
Тина, Канада:
Я взвесила все варианты. Все закончится через две минуты. Это не так уж и плохо, думала я. Поэтому я постаралась абстрагироваться. Я просто смотрела на часы. 103 секунды. 1,71 минуты.
Спустя 262 800 минут я все еще спрашивала себя, был ли тот сексуальный контакт по взаимному согласию. Стоило ли мне быть более настойчивой в своем отказе? Стоило ли ему прислушаться к моим словам в самом начале, когда я сказала, что не хочу? Как вообще мужчины различают разницу между девушками, которые их дразнят, и теми, которые хотят избежать сексуального контакта?
Ли, Вирджиния:
Мы встретились в пятницу вечером в местном кафе. Мы случайно коснулись друг друга ногами под деревянным столом, и после прогулки по кампусу он поцеловал меня под деревьями у дома нашего ректора. А потом события стали развиваться очень стремительно. Через 20 минут мы уже дошли до его дома, а потом он уже отрабатывал со мной те позы, которые он тщательно изучил, просматривая фильмы для взрослых. Я чувствовала себя резиновой куклой. Я чувствовала, как его пот катает на меня.
Я попыталась рационализировать произошедшее. Рано или поздно у нас все равно был бы секс, говорила я себе. Не сегодня, так потом. Кроме того, он уже начал.
Анна, Нью-Джерси:
Мы были в спальне мужчины, которого я считала близким другом. Он спросил: «Почему ты можешь заниматься сексом с другими, но не хочешь сделать это со мной?»
Я хотела сказать: «Потому что это мое тело». Но я не сказала. Я должна была сказать: «Потому что я не рассматриваю тебя в таком качестве». Он был моим другом. Я не хотела ранить его чувства. Я придумала предлог, пробормотав нечто вроде: «Может быть, мы могли бы заняться сексом, как-нибудь потом, я не знаю». Мне просто хотелось поскорее уйти.
Но он истолковал мой ответ как согласие. У нас был секс. После этого мы больше не общались.
Молли, Иллинойс:
«Можно прикоснуться к тебе?»
Я учусь в колледже. Он закончил его годом ранее. В текстовом сообщении я робко поблагодарила его за его внимательность в постели. Спустя три недели он прекратил со мной общаться.
Но из этой истории я сделала вывод, что согласие не всегда касается исключительно секса. Дело в расстановке сил. Согласие должно быть всеобъемлющим.
Он спросил, может ли он поцеловать меня. Вместо влажного языка я услышала вопрос. Каждый раз, когда мы обнимались, он спрашивал, можно ли ему коснуться меня. Это чудо! Это был очень простой вопрос, но я никогда его прежде не слышала. Я привыкла к тому, что мои партнеры хватали меня за грудь, пока я пыталась заснуть. Я всегда чувствовала себя вещью, потому что, чтобы возбудиться, им даже не нужно было, чтобы я была в сознании.
Когда я услышала этот вопрос — «можно к тебе прикоснуться» — я почувствовала себя человеком.
Джозеф, Вашингтон:
С той ночи прошло уже больше года, а я до сих пор не могу понять, что именно тогда произошло между нами, и это меня беспокоит. Я отчетливо помню, как его ногти врезались в мои ягодицы, когда он притянул меня к себе, и что я попытался отстраниться от него. Но я также помню, что я хотел, чтобы он меня целовал, когда мы сели.
Можно ли назвать произошедшее той ночью в некотором смысле насилием? Да, но иногда мне так не кажется. Я был высоким, накаченным, немного неуклюжим парнем нетрадиционной ориентации, знавшим как давать и получать согласие. Однако мне никогда не приходило в голову, что эти черты, к несчастью, могут поставить меня в такую ситуацию, в которой я оказался той ночью.
Жертва ли я? Или же произошедшее было ошибкой для нас обоих — он был слишком агрессивен, а я был настолько пьян, что разрешил себя поцеловать?
Фиона, Теннеси:
Я готова была упасть на диван в квартире того парня, проехав огромное расстояние между городами, чтобы посмотреть концерт. Он сказал, что не позволит мне спать на диване, и предложил занять его кровать. Я не хотела его стеснять, но он сказал, что все будет нормально. Но потом он не захотел спать на диване: он сказал, что просто положит пару одел и подушек на пол. А затем он сказал: «А что если я посплю на кровати?»
Он спросил, хочу ли я обняться — в тот момент он уже прижимался ко мне — и я согласилась. Его руки спустились ниже, и я сказала, что устала. Я помню, что я сказала: «Возможно, утром». Но он не прекратил. Я не спала до утра.
Я уверена, мужчинам не нравится, когда им отказывают в сексе. Но, будьте уверены, гораздо хуже, когда вам приходится абстрагироваться, как будто покидать свое тело в те моменты, когда телесное восприятие имеет такое большое значение. Я не верю, что слышать «нет» более неприятно, чем вести разговор о том, чего вам хочется.
Ханна, Нью-Йорк:
«Тебе нравится?»
Этот вопрос показался мне странным. Обычно мне говорили: «Тебе же нравится, да?» Я не могу назвать себя нерешительным человеком. Тем не менее, я ответила: «Я не знаю».
Парень, с которым мы еще не встречались, сел на кровати: «Хорошо, а что тебе нравится?» «Я не знаю».
Он снова спросил.
«Я не знаю, — сказала я. — Никто раньше не спрашивал меня об этом».
Хейли, Арканзас:
Это был мой первый год в колледже, только что умерла бабушка, и я ненадолго съездила домой на похороны. Проведя в машине восемь часов, я вернулась в кампус и отправилась на вечеринку. Большую часть времени там рядом со мной был парень, с которым я прежде флиртовала. Меня тошнило, и мы внезапно оказались в ванной одного из мужских общежитий.
Я рассказала ему, что провела в машине 16 часов, чтобы попрощаться с бабушкой, которая скончалась. Он обнял меня, а потом все стало развиваться очень быстро. Мне хотелось быть рядом с кем-нибудь, и я ему доверяла. Словами я не говорила «нет», и мое тело, очевидно, говорило «да», но я отчаянно пыталась придумать, как сказать ему, что нам нужно прекратить. После я сказала ему, что все было хорошо — именно так я потом долго говорила себе самой.
Спустя примерно год я призналась ему, что чувствую, что он мной воспользовался. Почему он подумал, что я была в состоянии принимать решения касательно секса? Почему он не остановился, не спросил меня, уверена ли я?
Он ответил: «Я наконец был счастлив, а ты все разрушила сейчас, сказав, будто я тобой воспользовался».
Но ты воспользовался, и я уже никогда не буду прежней.
III. Последствия
Это все еще серая зона, если вы потом продолжаете дружить? А если после пьяного секса следует полностью осознанный секс, не делает ли это первый половой контакт чем-то нормальным — задним числом? Студенты признались, что «серое» может подменить собой «все еще в процессе».
Оливия, Иллинойс:
Вот что обычно спрашивают: «Ты говорила ему „нет“?»
Но правда в том, что можно сто раз сказать «нет», а потом сдаться и солгать.
А суть вопроса в том, кто именно должен это знать?
Бен, Огайо:
Что значит фраза «я не хочу заниматься сексом сейчас»? Она может иметь разное значение в разных ситуациях. Иногда это значит, что я не в настроении, иногда это значит, что у нас нет для этого времени. Порой она значит, что я просто хочу обняться. Существует очень тонкая грань между тем-то сексуальным и чем-то грязным, между соблазнительным и агрессивным. Она говорит мне, что в тот момент ей было хорошо. Но позже она начинает злиться на себя за то, что не настояла на своем первоначальном решении. Ей понравилось, но она злится, и она не знает, что я сделал не так.
Тем утром она сказала мне: «Мне понравилось, когда ты меня обнимал».
Она мне доверяла, находясь в моих объятьях. Она ожидает, что мои руки принесут ей успокоение и удовольствие, но, главным образом, уважение. Требуется приложить массу усилий, чтобы завоевать это доверие, и его очень просто потерять. Если не разговаривать, ваше прикосновение может стать чужим, нежеланным и даже вредоносным. Даже если вы вместе уже год.
Постарайтесь не потерять это доверие.
С. П., Коннектикут:
Однажды вечером она пришла ко входу моего общежития, и мы начали целоваться. Вскоре после этого она ясно дала понять, что она хочет только посмотреть фильм по Netflix и пойти спать. Я хотел большего и поэтому продолжал целовать ее, ласкать, но, когда она повторила, что не готова, я перестал. Я думал, что она спит, и маструбировал, лежа рядом с ней, и в этот момент я касался ее. Но вскоре после этого она встала и сказала, что хочет вернуться в свое общежитие. Я попрощался с ней и почти сразу об этом забыл.
Но год спустя, когда движение #MeToo стало набирать обороты — особенно после истории с Азизом Ансари — я вернулся мыслями к тому эпизоду и к некоторым другим. Я начал думать, что, хотя я всегда уважительно относился к девушкам и спрашивал их согласия, в моей сексуальной жизни было много моментов, когда я настойчиво уговаривал женщин заняться сексом до тех пор, пока они, наконец, соглашались. После той ночи я больше не разговаривал с той девушкой, хотя я иногда вижу ее в кампусе. Иногда мне хочется подойти к ней и извиниться, но я действительно не знаю, как она отнеслась к той ситуации и помнит ли она вообще о ней.
Лиэнн, Оклахома:
В ту ночь, когда у нас был секс, его поцелуи оставляли на моей шее море слюны. Несколько дней спустя он предложил мне снова встретиться, и я написала ему сообщение: «Это не то, что мне нужно в настоящий момент». Правда заключалась в том, что он не был тем парнем, которого мне хотелось бы видеть рядом с собой.
Спустя несколько недель я спросила себя, почему я не сказала ему все лично. Если мне не нравилось, почему я не попросила его остановиться? Почему я просто не сказала «нет»?
Он был аспирантом, я еще училась в колледже. Мы оба — американцы азиатского происхождения. В наших отношениях было много факторов, которые заставляли меня держать чувства при себе. Я повторяла это, как будто я выступала на семинаре TED: это не твоя вина! Винить нужно социальные модели! С тобой все в порядке! Но мне все равно казалось, что это моя вина. Я была трезвой, я понимала, что происходит, я могла уйти. Да, у меня были причины для того, чтобы не говорить «нет», но я могла уйти. Я должна была уйти.
Мне кажется, я хотела сохранить тот образ, который сама создала. Я выбрала роль уверенной в себе, «сексуально позитивной» феминистки. Я заплатила за свой ужин. Я первой его поцеловала. И к тому моменту, когда на нас уже не было одежды, останавливаться было уже неловко. Я не хотела, чтобы меня считали недотрогой.
Но прежде всего я была напугана. Я боялась, что попрошу его остановиться, а он не остановится. И тогда я буду точно знать, что это изнасилование. Я убеждала себя, что плохой секс — это неизбежность, вокруг которой не стоит поднимать суету. Поскольку я ничего не сказала, я могла находить разумные объяснения и таким образом минимизировать свой дискомфорт.
Никки, Миннесота:
Мой молодой человек недавно спросил меня, сколько у меня было сексуальных партнеров. Я ему не сказала. Не потому, что мне стыдно — я знаю, что моя ценность как личности не должна определяться количеством партнеров — а потому, что я не знаю, как считать.
Как и многие другие молодые люди, я веду список: имена, описания и баллы — по 5-балльной шкале. То есть у меня есть точное число партнеров. Но я не ответила, потому что я теперь не знаю, как нужно считать. Чем старше я становлюсь, тем больше я убеждаюсь, что большинство или даже почти все мои сексуальные контакты происходили в так называемой «серой зоне» согласия.
Должна ли я учитывать тех партнеров, с которыми я спала без согласия? А как насчет тех случаев, когда я инициировала процесс, а потом просто лежала, дожидаясь, пока все кончится, потому что я внезапно понимала, что я этого не хочу, но ужен поздно отказываться? Должна ли я включать в этот список те случаи, когда я просыпалась пьяная и обнаруживала, что на мне уже кто-то есть?
Я не знала, что такое выраженное согласие. Я не знала, что у меня есть возможность сказать «нет». Я думала, что секс, не приносящий удовольствие, — это норма. Начинается все с поцелуев и объятий, а потом вы уже занимаетесь сексом, и ты думаешь: «Боже мой, этот парень так ужасен, мне совсем не нравится, но, кажется, он получает удовольствие. Надеюсь, это быстро закончится, потому что мне еще к тесту надо готовиться».
Отсутствие «нет» не равняется «да». Мне бы хотелось знать это, когда я только начинала свою сексуальную жизнь.
Рейчел, Нью-Йорк:
Я не люблю говорить о том, сколько сексуальных контактов у меня было только потому, что было невежливо отказывать. Историй об изнасилованиях и домогательствах очень много, но вы вряд ли найдете истории о том, как ваши собственные манеры вынуждают вас заниматься сексом. Иногда вы уже не хотите секса после прелюдии, но вы не можете отказать, чтобы не показаться грубой или не разочаровать своего партнера, который, вполне вероятно, очень хороший человек.
Когда мне было 18 лет, я однажды сказала «нет» прямо в процессе. Вместе с моей подругой и ее парнем мы отправились домой к одному из их друзей. Мы много выпили, моя подруга занялась сексом со своим парнем. Мне было некомфортно. Второй парень был внешне приятный, и с ним было весело болтать. Когда он усадил меня на колени и поцеловал, мне было приятно. Когда он предложил переместиться в спальню, я подумала: «Почему бы и нет? Все равно больше нечем заняться». А что мне было делать — сказать «нет» и сидеть там с этим парнем, ожидая, пока моя подруга освободится?
Скоро мы уже были голыми, и он искал презерватив, и тут я сказала: «Нет, не сегодня». Он удивился, а потом засмеялся и сказал: «Давай я попробую тебя переубедить». И поцеловал меня. Я ответила на его поцелуй. Ведь все уже началось, поэтому как я могла отказаться? Но в конце концов я его оттолкнула и сказала: «Если тебе нужно убеждать заняться с тобой сексом, здесь что-то не так».
Сара, Южная Каролина:
На следующее утро я задала ему вопрос, будучи слишком расстроенной и потрясенной, чтобы промолчать. Он резко сказал: «Я не делал ничего такого, чего ты не хотела».
С тех пор прошло несколько месяцев, но я до сих пор испытываю ужас оттого, что это была моя вина. Возможно, мне не стоило столько пить. Возможно, кто-то из моих друзей должен был вмешаться. Возможно, я должна была отказаться идти к нему домой.
Но суть в том, что я вообще не должна была волноваться о границах согласия. Я вообще не должна была волноваться о том, что какой-то легкий флирт с моей стороны по умолчанию должен привести к сексу. Я вообще не должна была волноваться о том, что какой-нибудь «друг» может мной воспользоваться. Я вообще не должна волноваться о том, что он может возбудиться, увидев меня где-нибудь на территории кампуса. Я не должна жить в серой зоне непонимания, предположений и обязательств.
«Что бы я сказал себе 15-летнему»
Мэриэл, Массачусетс:
Есть известное высказывание: «Согласие — это сексуально». Я видела его в твиттере, на футболках, на митингах. Но меня всегда что-то смущало в этой фразе. Согласие — это не сексуально, это самое главное. Не бывает здоровых сексуальных отношений без полного согласия.
Бен, Вашингтон:
На протяжении трех лет в колледже я никогда не занимался сексом с девушкой, предварительно не спросив ее, хочет ли она. Это же так просто — спросить: «Можно тебя поцеловать?» Если говорить о моем опыте, то такие вопросы, заданные с правильной интонацией и в нужные моменты, делают секс намного более приятным.
Ливия, Нью-Йорк:
Мы с моим парнем выяснили, что, с нашей точки зрения, значит согласие. Мне до сих пор трудно говорить решительное «нет», поэтому у нас есть договоренность: если партнер не отвечает на ласки с энтузиазмом, нужно остановиться. Если мы устраиваем какую-нибудь ролевую игру, мы заранее обговариваем порядок действий, и, если в какой-то момент мы хотим прекратить, мы произносим кодовое слово, и все заканчивается.
Джейкоб, Калифорния:
Многие знакомятся с сексом посредством порно. Такие фильмы учат детей, что мужчины должны быть грубыми, требовательными, а если девушка говорит «нет», нужно просто приложить больше усилий, чтобы убедить ее. Нам нужно учить детей (особенно мальчиков) самоконтролю, уважению и умению разговаривать, необходимым для здоровых сексуальных отношений. И это нужно делать задолго до того, как у них появятся гаджеты, на которых они смогут смотреть порно.
Кристина, Вирджиния:
Все женщины, которых я знаю, могут рассказать как минимум одну историю, когда их сексуальный контакт граничил с насилием. В этом и кроется проблема: нас убеждают в том, что все, что граничит с насилием, но им формально не является, не заслуживает нашего осуждения и беспокойства. Но дать однозначную характеристику порой бывает трудно, и сейчас я хотела бы сказать себе 15-летней следующее: если он твой парень, это не значит, что он не может тебя домогаться. Принуждение к сексу — это форма сексуального насилия. У тебя есть право остановиться в любой момент, даже если он уже возбудился. Не нужно соглашаться на секс, только чтобы не поругаться. И никогда не извиняйся за отказ.
Женский форум
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео