Звёзды
Психология
Еда
Любовь
Здоровье
Тесты
Красота
Гороскопы
Мода

«В Древнем Риме секса нет!»: как раньше боролись за нравственность

Человеческая история знает две тенденции: первая — тяга к сексу, а вторая — борьба с сексом. Почему так — пусть думает . Давайте лучше посмотрим, как боролись с пороком в разные эпохи.

«В Древнем Риме секса нет!»: как раньше боролись за нравственность
Фото: BigPicture.ruBigPicture.ru

Видео дня

Император Август известен по названию последнего месяца лета. А еще он остановил гражданские войны, отменил республику и укрепил Рим. При этом, был страшным консерватором и считал, что раньше было лучше, молодежь пошла распущенная и нужно все позапрещать.

С распутством он боролся указами, например, запретил женщинам смотреть борьбу. Август не был против спорта, просто в то время было принято бороться в неглиже, а серьезным дамам не пристало смотреть такую похабщину. А еще Октавиан штрафами укреплял семьи. Пойманный на измене мужчина должен был заплатить кругленькую сумму, а с женой можно было развестись без лишней волокиты. Опозоренный муж обязан был в законодательном порядке заявить, а если не хотел — его самого судили как сутенера. Отец заставший дочь с любовником, получал право убить того на месте. Все мужчины до 60 должны были быть женатыми. Все женщины до 50 лет — замужем. Семьи были большие, люди часто получали наследство. Бездетные имели право только на половину завещанного, а холостяки вообще оставались ни с чем.

Результат запретов предсказуем — рост коррупции и взяток. Римляне хитрили и искали лазейки в законах. Император хотел повысить рождаемость, чтобы было больше солдат, но ему это не удалось. Да и сам Август не был образцом порядочности — развелся с женой, которая только что родила ему дочь, женился на другой, которую отобрал у законного мужа. Историки пишут, что любил, но это не мешало императору развлекаться с молоденькими девицами и чужими женами. Не удалось ему воспитать в строгости ни дочь, ни внучку. Обе были известными развратницами. Говорят, что внучка обогнала всех и участвовала в оргиях на форуме.

В пятом веке еще не было ни инквизиции, ни полиции нравов, но был епископ Александрии Кирилл, который заменял и то, и другое. Отряды вооруженных монахов боролись с язычниками, иудеями и прочими инакомыслящими. Нужно сказать, что те тоже не были белыми и пушистыми и любили устраивать христианские погромы.

Со временем власть епископа расширилась, его последователи избили префекта (городского главу) и по одной из версий убили Ипатию – женщину, руководившую местной философской школой. Толпа фанатиков сорвала с нее одежду и живьем содрала кожу.

В Женеве установилась теократическая диктатура. Закрыли все театры, разбили зеркала, запретили делать прически. Даже мелкие нарушения нравственности карались смертью. Только за один год правления Кальвина казнили 54 человека и более 70 изгнали. До таких результатов было далеко и Августу, и Савонароле.

Спустя двести лет Вольтер шутил, что Кальвин открыл двери монастырей не для того чтобы выпустить монахов, а чтобы загнать туда весь мир.

Викторианская эпоха — время расцвета «империи, над которой никогда не заходит солнце». А еще это период ханжества и лицемерия.

Боролись со всем, что имеет отношение к половым отношениям, или напоминает что-то этакое. Например, яйца именовали «куриные плоды». Разработали мужские «пояса верности», чтобы мальчики не занимались онанизмом. На стойки роялей с округлыми концами надевали рюшки. Даже книги, написанные мужчинами и женщинами, ставили на разные полки, если авторы «не были в браке». Предложить за обедом даме куриную ножку считалось ужасной пошлостью. Секс был запретной темой. Спали и даже иногда мылись в одежде. В неглиже женщину не видел даже муж. Беременность — закрытая тема, с животом нельзя было появляться в обществе.

Нужно сказать, что такие правила касались только правящих слоев. Простонародье было далеким от условностей. Беременные женщины работали до родов. Вовсю процветали притоны с наркотиками и проститутками. Гомосексуализм существовал в скрытом виде. Викторианская эпоха вошла в историю как символ ханжества и лицемерия, где «нельзя, но если очень хочется — то можно».