Шеф-редактору популярного журнала Игорю Коцу исполнилось 70
Некоторое время назад он подарил мне свою книгу. Два дня назад я ее прочитал. До сих пор хожу под сильнейшим впечатлением. Это не просто книга, это - поступок. Так бывает, крайне редко, но бывает. О чем она, эта книга?
Она - о его родителях, об отце, о маме. Она - о стране, в которой они жили и в которой живет он сам.
Когда ушла из жизни его мама, Игорю достался чемодан с ее письмами. Она писала их своим родителям во Владивосток, то есть дедушке и бабушке Игоря. Он бережно и внимательно прочитал каждое письмо. Он понял, как родители полюбили друг друга, как они жили в ожидании рождения сына, как радовались его появлению на свет, как были счастливы общению с ним…
Что было делать с этим доставшимся ему чемоданом сокровищ? Он сделал вот что. Он вступил с мамой в заочный диалог. Через годы, будучи уже совсем взрослым, он отвечал ей на каждое ее письмо, вспоминая и свои детские годы, и свои впечатления о родителях и о том, что происходило в их жизни за окном. Вы только послушайте, что он пишет, обращаясь к своим ушедшим уже маме и папе.
"Вы шли навстречу друг другу через Уфу и Хабаровск, Рославль и Томск, Харбин и Владивосток. Через три революции и две войны. Через весь двадцатый век, который перемолол миллионы элитных зернышек в муку и пыль. Но именно вам предписано было прорасти.
Чтобы полюбить друг друга.
И чтобы на свет появился я".
Этот поразительный, искренний, полный любви и возрастной мудрости диалог со своими мамой и папой - и есть его книга. Для меня, прочитавшего ее, принципиально важно, что для Игоря страна, в которой он живет, Родина начинается не с важных государственных институтов, а с дома, где он родился, с мамы и папы, которых он любит и которые любят его, с милого сердцу пейзажа, который сохранится в памяти на всю жизнь и к которому он будет постоянно возвращаться, с друзей, с первой любви, с его собственных детей…
Я понял, наконец, и другое: почему журнал, который он редактирует, так популярен и любим читателями. Да по той же причине. Потому что "Родина" начинается для него с Человека, с Пушкинского Отечества, с любимых и родных мест, где обитает не просто население, а родители со своими детьми, внуками и правнуками.
В свои семьдесят он обладает тем, что есть, увы, не у каждого: он на своем месте.