Ещё

Педагог по вокалу — о том, чем опасны музыкальные шоу, где «делают звёзд» 

Педагог по вокалу — о том, чем опасны музыкальные шоу, где «делают звёзд»
Фото: АиФ
Шумная и безвкусная «эпопея» с «Евровидением», засилье голосовых конкурсов для детей и индустрия из них «делания звёзд», часто опасная для их здоровья, — все эти «страсти вокруг музыки» привлекают внимание многих людей, поскольку затрагивают жизненно важные интересы.
Не только об этом, но и о целях искусства, значении качественного образования корреспондент «АиФ» побеседовал с солисткой Ярославской государственной филармонии и педагогом по вокалу Екатериной Лованской.
«Физика» и психика
Игорь Велетминский, «АиФ-Ярославль»: Екатерина Анатольевна, буквально несколько дней назад случился провал представительницы нашей страны на конкурсе «Евровидение-2018». Общественный резонанс был немалым, хотя далеко уступал по накалу прошлогоднему «гласу народа». А каково ваше, как специалиста в этой сфере, отношение к нашумевшему событию?
Екатерина Лованская: Для меня, преподавателя вокала с 15-летним стажем, результат Юлии Самойловой был вполне ожидаемым, никаких чудес, на которые, возможно, она рассчитывала, быть не могло. Вообще, «игра» вокруг конкурса шла на уровне, недоступном обычным людям. Девушку можно только искренне пожалеть, поскольку она оказалась инструментом для исполнения неких далеко идущих планов, далёких от певческого искусства. Для профессионалов было очевидно, что она не справилась с грузом ответственности: «физика» слаба по объективным причинам, а потому — и психика. Подчеркну, что это человеческая драма, и обсуждать её нужно, принимая во внимание весь жизненный путь Юлии Самойловой.
— Вероятно, особенности психики — это один из самых важных моментов в часто проводимых ныне вокальных конкурсах для детей. Как вы относитесь к ним?
— По моему мнению, эта одна из самых острых и тревожных проблем нашего времени — нарастающий вал циничного бизнеса на детях. Нельзя давать детям нагрузки, которые не соответствуют их возрасту. Любой психолог вам скажет, что до определённого возраста ребёнка нельзя ставить в жёсткие конкурсные условия. Это удел взрослых. Да и они порой не выдерживают, чему я сама была свидетелем, когда участвовала в Международном конкурсе молодых оперных певцов имени . У детей, которые не справятся с условиями конкуренции, могут начаться проблемы с нервами, сбои в работе организма. А что будет дальше, ведь они ещё растут? Думаю, мы ещё услышим печальные рассказы о дальнейшей судьбе этих детей. У ответственных педагогов дети всегда будут петь то, что полезно для их здоровья, чего, к сожалению, нельзя сказать о тех «наставниках» — так они себя именуют, которые «делают звёзд» и деньги любой ценой. Кстати, наставник и учитель — это две большие разницы. Наставник просто берёт на себя обязанности координировать ваши действия в рамках заданной задачи. А учитель, педагог — тот, кто передаёт базовые знания.
Трудиться, и долго
— С чего начался ваш путь в столь немассовую профессию? Как расставили приоритеты в работе на нынешнем этапе?
— После Собиновского училища я поступала в Санкт-Петербургскую консерваторию, прошла до третьего тура, но оказалось, что 18-летний возраст был минусом. Попросили «дать дорогу» более возрастным абитуриентам — «а у вас всё впереди». На следующий год меня прослушал приезжавший в Ярославль ректор Нижегородской консерватории и пригласил на учёбу — поступила сразу на второй курс.
После окончания консерватории три года работала в Саровском драматическом театре: город Саров раньше назывался «Арзамас-16», в нём находится знаменитый Федеральный ядерный центр. Участвовала в постановке легендарной рок-оперы поэта и композитора «Юнона и Авось», осуществлённой и в этом театре — после «Ленкома».
Вернулась в родной город и уже много лет являюсь приглашённой солисткой Ярославской государственной филармонии, работаю с оркестром русских народных инструментов «Струны Руси».
Когда появилась идея создать свою творческую студию, нашла единомышленников: это преподаватели Агата Грибанова, и Владимир Камаев. У них разные специализации, но одна объединяющая нас идея. Но я была и остаюсь концертирующим педагогом, ведь важно не только рассказать о секретах правильного вокала, но и показать пример. Считаю это принципиально важным.
— И в чём же главное стремление вас и ваших коллег?
— Мы хотели бы поднять эстетический уровень ярославцев. У нас занимаются и дети, причём уже с трёхлетнего возраста, и взрослые, как начинающие, так и поющие, которым нужно поддерживать достойную творческую форму. Мы даём ту необходимую классическую базу, овладев которой, можно достичь более высоких результатов и в искусстве эстрадного пения. Каждый сможет выбрать тот жанр, который ему наиболее близок. И, что принципиально важно, мы не обманываем людей обещанием скорых фантастических результатов. Я всегда говорю нашим ученикам, что нужно долго и целеустремлённо трудиться, а мы готовы в этом помочь.
— А если к вам придёт человек, который будет настаивать на том, чтобы вы подготовили его к какому-то престижному конкурсу, дали старт к большим высотам?
— Всё возможно при должных данных и совместных усилиях — той самой «улице с двусторонним движением». Но нельзя никогда отрываться от реальности. Вот я слежу за новыми вокальными школами, которых немало, и зачастую с неприятным удивлением замечаю, что там берутся готовить учеников люди, не имеющие специальности вокального педагога, занимающиеся вокалом непрофильно. Это как если бы за руль автомобиля посадить человека, который не знает правил дорожного движения и навыков вождения, и скомандовать ему: «Езжай!» Результат будет печален: это то, что я называю «вокальным кривлянием», конвульсиями. И это не преувеличение.
Порой ко мне попадают дети, которых приходится сначала реанимировать, в смысле вокала, конечно же, после таких «наставников». Одна ученица Агаты Грибановой как-то сказала: «Процесс обучения совпал с моим интуитивным ощущением того, как это должно происходить». Вокал, если продолжить аналогию, — это тоже машина: нельзя запеть по-настоящему, не узнав свой «аппарат», свои «рычаги». Чем дольше человек познаёт себя, тем увереннее он работает, действует.
Отповедь пессимистам
— Но, согласитесь, путь вокалиста в наше жёсткое кризисное время не усыпан розами. Да и вообще люди культуры, искусства, высокомерно именуемые «бюджетниками», порой бедствуют и не видят перспектив.
— Конечно же, всё это так, и доходы зачастую низкие. Но занятия музыкой, вокалом, по моему глубокому убеждению, — это призвание. Я и многие мои коллеги в филармонии занимаемся этим потому, что хотим нести людям радость, творчество, свет. Искусство может сподвигнуть людей на что-то хорошее, пробудить позитивные чувства, смягчить сердца, дать катарсис — это греческое слово означает очищающее, облагораживающее воздействие на человека.
Я часто вижу на своих концертах, как люди плачут, не стесняясь своих нахлынувших чувств. Ощущаю благотворное влияние искусства и по своим ученикам: с ними происходят радующие перемены на моих глазах. И это не только рост вокального мастерства: у них улучшается психическое состояние, появляется больше оптимизма, улучшается осанка. Они идут вперёд, развиваются, делают успехи — каждый на своём уровне.
— Однако и состояние образования в стране более чем тревожное. Если сосредоточиться на близкой вам сфере, то болезненные процессы затронули и музыкальное образование, говорят даже о деградации.
— Нет, я уверена, что деградации и тем более разрушения, которое прогнозируют пессимисты, не будет, ведь именно сейчас происходит возвращение к корням, к великой русской культуре. Мы наблюдаем её ренессанс.
По своей деятельности вижу, что у нас очень певучий народ, и радует, что идёт возрождение наших исконных певческих традиций. Интерес к этническому заметен и в быту, и в одежде. Даже в стремлении быть ближе к природе. Хотя, без сомнения, проблем более чем достаточно, много музыкального «мусора» вываливается на людей через телевидение, по другим каналам, так что духовный и культурный подъём, очищение — это постоянный и непростой труд каждого человека.
Видео дня. Какой стала наследница Литвиновой
Женский форум
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео