Звёзды
Психология
Еда
Любовь
Здоровье
Тесты
Красота
Гороскопы
Мода

«Хоть сальто — мортале, хоть стойку»: в Волгограде метровые обезьяны подготовятся к рекорду Гиннеса

Дрессировщик Дан Запашный, работающий с шимпанзе, привез в Волгоград уникальный трюк, который может попасть в книгу рекордов Гиннеса. Корреспонденты узнали, как артист из знаменитой династии надоедал обезьянам, осваивал профессию сварщика и с самого детства играл со львами, тиграми и пантерами.

«Хоть сальто — мортале, хоть стойку»: в Волгограде метровые обезьяны подготовятся к рекорду Гиннеса
Фото: v1.ruv1.ru

Корреспонденты V1.ru встретились с известным артистом накануне премьеры

Видео дня

— Я родился во время гастролей. Как у нас говорят, рожденный в опилках. С самого детства меня окружали львы, тигры, пантеры, леопарды, обезьяны — сколько помню, в доме всегда росли хищники. В месячном возрасте они пили молочко и ползали по полу, как котята. Но потом хищники быстро взрослели и переезжали в большие просторные помещения. Таким животным нужны специальные условия. Это я к тому, что люди часто пытаются завести каких — то экзотичных питомцев. Я всегда предостерегаю от таких покупок. Не стоит этого делать. Потом вы столкнетесь с тем, что вас совсем не порадует.

— Честно говоря, я хотел работать дипломатом. Гастрольная жизнь наложила свой отпечаток: нравилась работа, связанная с частыми разъездами. Но после общения с дедушкой Вальтером Запашным я решил работать в цирке. После развала Советского союза для всех настали непростые времена. Мой дед уехал на длительные гастроли в Китай — они там пробыли пять или шесть лет. Когда вернулись, мне было уже лет 12 — 13. Я увидел дедушку в какой — то героической форме. В юности он занимался тяжелой атлетикой, спортивной гимнастикой, акробатикой — по всем этим видам спорта имел звание мастера спорта. А кроме этого успел получить медицинское и экономическое образование. В таком возрасте невероятно интересно общаться с таким эрудированным человеком. И я решил работать в цирке.

— Нельзя сказать, что я не умею ничего, кроме цирка. Когда я начал работать с животными, научился делать вольеры и получил образование сварщика: владею аргонодуговой, полуавтоматической, ручной дуговой сварками. У меня открыты все водительские категории. Кроме самолета и вертолета. Но это задел на будущее. А вообще влияние цирковой династии на ребенка есть. Ваши родители — это не совсем обычные люди, которые демонстрирут сверхспособности. Конечно, это мотивирует стать артистом.

— Моя бабушка со мной намучилась, когда учила дрессуре. Мама уделила много времени. Но в нашей семье никто не работал с шимпанзе, поэтому все давалось тяжело. Как — то мама попросила известного дрессировщика приехать ко мне и что — то подсказать. Помню этот день в Кемерово. Мастер с колоссальным опытом прилетел на один день — успел объяснить основные вещи, которые отличают обезьяну от других хищников. Потом курировал меня по телефону. Это абсолютно неправильно, так делать нельзя. Благо, я понимал, как работать с хищниками, потому что с самого детства был не только свидетелем, но и участником этой работы.

«Шимпанзе начал слушаться, потому что я ему надоел»

— При встрече с первым шимпанзе Чучей мы посмотрели друг на друга, и он мне даже поугрожал. А я лишь подумал: «Что сейчас будет?». Так и началась наша жизнь. Я не знал, как себя вести, а он этим часто пользовался. Вообще шимпанзе — очень умные и хитрые животные, которые очень искусно манипулируют людьми. Первое время я вообще не мог понять, как найти с ним общий язык. Тогда я впервые в жизни почувствовал, что, возможно, меня ждет неудача. Первая ситуация, которая поставила под сомнение собственное «я». Но, видимо, я так надоел Чуче со своим рвением, что через полгода у нас появились какие — то успехи. Впервые мы показали свой номер именно в Волгограде. Это было лет 9 назад.

— Многие считают, что дрессура начинается с того момента, когда вы учите животное каким — то трюкам. На самом деле, тут более тонкая грань. Для меня дрессура начинается в тот день, когда вы встречаетесь. Самый сложный трюк — обретение доверия.

— Чуча, который приехал ко мне в два с половиной года, стал взрослым серьезным шимпанзе. К сожалению, тогда у него не было пары. И я начал искать ему жену. У обезьян, как и у людей, есть вкусы — вторая половинка может не прийтись по сердцу. Но слава богу, он быстро нашел с Джиной общий язык. Сейчас они ждут потомства. А я работаю с двумя девочками — Мальтой (ей уже девять с половиной лет) и с Боней (Ей пять с половиной). Мы — акробатическое трио: шимпанзе делают стойки на руках, сальто мортале. Есть даже трюк, который мы подали в книгу рекордов Гиннеса. Пока ждем ответа. Вообще наша работа — это не совсем дрессура. Скорее, взаимоотношение человека с животным. В моем номере обезьяны сами ходят по манежу и ведут себя, как полноправные партнеры. Я не укротитель, а воспитатель, старший брат и дрессировщик.

— Мальта и Боня — очень ревнивые. Даже когда я запускаю прямые трансляции и отвечаю на вопросы подписчиков, они обижаются. Я уж не говорю о том, что в зал зайдет девушка с ярко выраженными формами. Это же вообще катастрофа. У них тут же меняется настроение, и они пытаются всем своим видом показать: я их собственность. Если я кому — то невольно уделю чуть больше времени, спорят и между собой. Кстати, они уже привыкли к камере. Бывают, что видят свое отражение на дисплее телефона и начинают гримасничать.

— Мои шимпанзе — абсолютно разные. Вы не поверите, но Боня любит одеваться. Получает удовольствие, когда подбирает себе какие — то шмотки. Она же обожает купаться в бассейне. А Мальта и к вещам, и к водным процедурам относится очень спокойно. Я могу сказать, что не они живут у меня, а я живу у них. В 9:00 мы уже встречаемся с Мальтой и Боней на завтраке. В 21: 00 я укладываю их спать. Знаю, что иногда они ждут, когда я уйду, и начинают дурачиться.

«Дрессировщиком становится электрик Иван»

— Самая большая проблема в том, что у нас появился провал между людьми и артистами — дрессировщиками. Цирк считается каким — то закрытым предприятием. А все закрытые вещи становятся поводом для мистификации и сомнений. Проблема возникла из-за того, что цирк или артисты не раскрывали кулис, чтобы показать основы своей работы.

— Есть профессиональные дрессировщики, а есть люди, которые думают, что они дрессировщики. Это совершенно разные вещи. Вторые допускают много ошибок. В цирке — шапито с медведем может работать электрик Иван, который переквалифицировался и бьет животного палкой. Это большая проблема, потому что многие обобщают всех дрессировщиков в одну категорию садистов. Очень неприятно, потому что в цирке работает много хороших мастеров.

— Мне очень сложно объяснить на понятном языке, как обезьяна выполняет команды. Нет единого приема, который сработает на всех. Нет единой схемы, которую поймет каждый. Тут работают разве что какие — то основополагающие факторы: опыт, ответственность и любовь к животным. Некоторым людям просто противопоказано заводить себе питомцев.

— Месяц назад я занялся видеопроизводством. Показываю все то, что я делаю за кулисами: как я кормлю животных, как с ними занимаюсь. Все 95 % работы снимаю на видео. Конечно, можно сказать, что я делаю 10 тысяч дублей. Но я два года до этого вел прямые трансляции — их около 500. Думаю, что, если бы в наших отношениях были бы какие — то неполадки, все уже бы заметили.

— Если у вас мама и папа русские, а вас воспитывали в Африке, то скорее всего, слоны будут для вас обычным явлением. Когда обезьяны растут в среде, где музыка, свет и две тысячи зрителей — абсолютно нормальное явление, ни один выход на сцену не будет для нее трагедией. Обычный день, обычная разминка и номер с необычными и уникальными трюками. Уже завтра мы покажем их всем волгоградцам.