5 историй о киборгах среди нас

В наши дни потеря какой-то части тела или нарушение работы внутреннего органа — это не приговор. Электронные и механические помощники сделают слух и зрение острее, сердце — сильнее, движения — проще и естественнее. Но создатели протезов и аппаратов верят: очень скоро люди станут прибегать к помощи машин не только для того, чтобы вернуть утраченные возможности, но и для того чтобы улучшить здоровое тело. В XXI веке киборг — это звучит гордо. Пока мы слышим о высоких технологиях только в новостях, первые киборги живут внутри них — и уже скоро люди «с ограниченными возможностями» перегонят в своих возможностях самого здорового человека. Слышать цвета Писатель Фрэнк Свэйн стал киборгом в 30 лет. Нет, он не потерял ногу, и ему не вживляли в мозг чипы — Фрэнк просто обзавелся слуховым аппаратом. По его мнению, человек становится киборгом после того, как одна из естественных функций его организма переходит к машине. У кого-то этой естественной функцией стало движение, у Свейна — слух. Поначалу приятного было мало, чувствовалось смятение и дезориентация, но само ощущение того, что он теперь частично робот, приводило писателя в восторг. Слух он начал терять еще в детстве из-за плохой наследственности, ситуацию усугубили бессонные ночи в клубах с оглушительной музыкой. И вот он, итог — Фрэнку только 30, а он уже стал счастливым обладателем слухового аппарата. Но писатель не считает себя обделенным судьбой: уровень медицины растет так быстро, что скоро люди, возможности которых мы называем «ограниченными», станут совершеннее любого здорового человека. Фрэнка интересовал вопрос: можно ли как-то «взломать» его новые уши, чтобы слышать гораздо лучше, чем обычные люди. Теоретически можно. Механический слуховой аппарат работает не так же, как наш естественный. Мы слышим все звуки, которые находятся в определенном диапазоне, машина же фильтрует то, что она считает шумом. Значит, ее можно настроить на любую интересующую вас волну и частоту — во всяком случае так уже поступил художник Нил Харбиссон, который утверждает, что приборы позволяют ему буквально слышать каждый цвет. Фрэнк Свейн тоже собирается поэкспериментировать с новыми ушами. Кто знает, может, вскоре он сможет предсказывать погоду лучше любого гидрометцентра или слышать, насколько хорошо в этой точке ловит Интернет. Киноглаз Документалист Роб Спенс потерял глаз в 9 лет. Казалось бы, о каком режиссерском будущем может идти речь с такой травмой, но Роб сумел грамотно использовать даже такую страшную трагедию. Вместо глаза он вставил себе протез, с помощью которого буквально воплотил в жизнь заветы великого русского режиссера Дзиги Вертова. Новый глаз Роба умеет снимать, «подглядывать» за жизнью. Многие документалисты, наверное, отдали бы свой глаз за такую технологию, ведь, как известно, самое главное в неигровом кино — это естественность, которую сложно уловить на обычную камеру. Снабдив собственный протез крохотной камерой и передатчиком, Роб не остановился: он стал помогать другим людям с ограниченными возможностями превращаться в киборгов и снял о них документальный фильм. Чем естественнее, тем лучше С более привычными для нас протезами, заменяющими руки и ноги, дела обстоят несколько иначе. О сверхчеловеческих возможностях здесь речи пока не идет: создатели пытаются сделать протезы максимально удобными и многофункциональными, чтобы приблизить их к живым конечностям. Новейшие аппараты действительно делают движения естественными, а повседневные дела — выполнимыми, но для этого требуются долгие тренировки, да и обратной связи от новых рук и ног ждать не приходится — доступные модели сейчас не оснащены чипами, которые связывали бы их с мозгом. Но сами киборги верят, что через десяток лет механизмы не только будут подходить к телу как родные, но и подарят своим хозяевам сверхчеловеческие способности. Например, студент Александр Панкратов сегодня носит самый современный протез кисти — с его помощью можно выполнить практически любую операцию, на которую способна обычная рука. А при рождении ему чуть не вживили в культю клешню — 20 лет назад это считалось передовой технологией. Еще через 20 лет и наши протезы покажутся детским садом по сравнению с новыми возможностями — и киборги с нетерпением ждут этого момента. Пока что их железные конечности выделяются только футуристичным внешним видом и относительной стойкостью к высоким и низким температурам (да и то в минус 20 протез уже с трудом двигается). Легче всего к протезам привыкают дети — для них этот сложный процесс становится чем-то вроде увлекательной игры. Проблем с адаптацией в обществе у ребенка тоже меньше: железная рука для него так же естественна, как для нас живая, а другие дети чаще восхищаются необычной конечностью, чем дразнят из-за нее. Все видят в кино классных роботов и хотят быть на них похожими. Взрослым людям без конечности иногда даже проще, чем с протезом: они не всегда готовы упражняться и привыкать. Особенно нелегко женщинам — помимо естественных сложностей, они сталкиваются и с непониманием окружающих. Девушки с протезами ног рассказывают, что их просят носить длинные юбки или джинсы: мол, девушка, вы такая красивая, а эти «железки» все портят. Приходится делать «косметику» — придавать новой конечности естественную форму и покрывать ее рисунками. Выглядит как огромная татуировка на обычной ноге — и стильно, и окружающие смотрят не так косо. Выключить боль На предплечье мистера Мерфи — довольно необычная татуировка: какая-то сложная химическая формула и загадочная надпись снизу: «RNAi This!». Формула оказывается частью цепи вещества-передатчика, которое отвечает в организме за болевые ощущения, а непонятную фразу с научного английского на разговорный русский можно перевести примерно как «Не чувствуй боли» или «Выключи боль». Мистер Мерфи считает, что болевые ощущения как механизм защиты давно устарели. Если подумать, эволюционный механизм боли работает довольно исправно. Организм в случае опасности (или «внутренних поломок») получает четкий сигнал и тут же начинает действовать: человек отдергивает обожженную руку, вытаскивает занозу из ноги, пьет лекарства. Но вот опасность миновала, а боль все еще с вами: порезанный (особенно бумагой) палец беспокоит довольно долго, что уж говорить о более серьезных травмах. На этом этапе механизм боли человеку точно не нужен. Именно поэтому мистер Мерфи и мечтает в один прекрасный день вживить в себя чип, с помощью которого можно будет управлять веществами-медиаторами и, соответственно, болью. И в напоминание о том, что этот день обязательно когда-нибудь настанет, он набил свою химическую татуировку — «Выключи боль». Чип «Сделай сам» Несмотря на весь потенциал протезов и электронных помощников, здоровые люди пока опасаются совершенствовать ими свое тело. Все, кроме небольшой группы фанатов кибернетики — точильщиков. Эти увлеченные ребята готовы сами вшивать чипы в свое тело, лишь бы почувствовать себя чуть более совершенными и могущественными. Самый популярный вид «домашней» модернизации — вживление в ладонь чипа от электронного проездного. Один взмах руки — и все двери общественного транспорта перед вами открыты, прямо как в супергеройском кино. Можно вшить идентификационный номер, чтобы разблокировать свою квартиру и электронику — и даже небольшую флешку. Модернизации точильщиков — это не столько про сверхчеловеческие способности, сколько про безопасность. Из кармана брюк или сумки энтузиасты перемещают все важные карты в руку, делая обычную кражу невозможной. Если говорить о долгосрочных перспективах, то чипы в теле помогут настроить нам непосредственную коммуникацию с компьютером. Можно будет забыть о бесконечных паролях, графических ключах, картах и магнитных лентах — система опознает вас по коду в руке. На этом моменте многие вспоминают современные антиутопии о восстаниях машин, но точильщики уверены: рождение киборгов — это шаг к долгому и плодотворному сотрудничеству между интеллектом человека и возможностями компьютера.

5 историй о киборгах среди нас
© КТО?ЧТО?ГДЕ?