Ещё

«Он синел. Мы снова вернулись в больницу». История тренера Овечкина, чей сын тяжело болен 

Фото: SPORT24.ru
Обозреватель Washington Post Изабель Хуршудян — один из самых известных журналистов, освещающих выступление команды Александра Овечкина. Перед стартом плей-офф она написала историю о главном тренере «Кэпиталз» Тодде Рирдене и его сыне Трэвисе, который на протяжении всей жизни борется с тяжелым иммунным заболеванием. Мы перевели самое интересное.
Тодд Рирден в первую неделю декабря был в Лас-Вегасе в разгар первого для себя сезона в качестве главного тренера «Вашингтона». Его «Кэпиталз» только начали трехматчевую выездную серию, как уже были видны признаками усталости. Пока Рирден трудился, чтобы собрать два первых звена, найти замену травмированным, его мысли были в Вашингтоне, где его 16-летний сын попал в больницу.
Жена Тодда, Шелби, вызвала скорую своему сыну, Трэвису, 3 декабря, за день до того, как «столичным» предстояло играть в гостях с «Голден Найтс». В течение следующей недели Шелби находилась с сыном в больнице, пока муж путешествовал с командой. Это был случай, который наверняка бы потряс большинство домохозяек, но для Рирденов это было, к сожалению, обычным делом.
— Такие вещи, кажется, всегда случаются во время выездных серий, — говорит Шелби.
Трэвис родился с общим вариабельным иммунодефицитом (CVID) — заболевание, которое лишает организм возможности защищаться от вирусов и бактерий. Он может проснуться с сильной мигренью или температурой, или еще чем-то, что заставит посетить больницу, или же он может чувствовать себя достаточно хорошо, чтобы ходить в школу. Невозможно предугадать, что случится на следующее утро, и его жизнь каждый день состоит и попыток быть нормальным подростком и переживаний о том, что произойдет, если его одноклассник чихнет рядом с ним.
Мальчик никогда не рассказывал детям в школе, почему отсутствует примерно 60 дней в году, кроме того Тодд тоже долгое время молчал перед тем, как рассказать группе игроков и своим помощникам о заболевании сына. Его работа подразумевает высокое давление, к тому же перед началом сезона Рирдена повысили и поставили на замену Барри Тротца, который прошлым летом привел команду к первому в истории Кубку Стэнли.
— Нелегко ложиться спать одному в поездке, когда твоей жене и сыну приходится иметь дело с невеселыми вещами. Иногда я чувствую, что подвожу их, — признается Тодд.
«Я действительно хотел быть нормальным»
С того момента, как ее сын появился, Шелби знала, что с ним что-то не так. Трэвис родился на две недели раньше срока, и ему пришлось провести некоторое время в больнице, потому что его легкие не до конца развились, и у него была желтуха. Она заметила, что сын не прибавлял в весе, а когда она обняла его, то от него пахло ацетоном.
— Никто, даже доктора, не верили мне, — вспоминает женщина.
Когда родился Трэвис, Рирдены постоянно переезжали, так как Тодд заканчивал карьеру в НХЛ. Перед поездкой в Европу, он задержался на год в АХЛ. В это время Трэвиса продолжали лечить от ушных инфекций до бородавок на ноге. Каждая новая болячка означала, что нужно было начинать все сначала. Врачи могли вылечить его от одного недуга, но вскоре появлялся новый.
Шелби уже устала изучать WebMD (онлайн-издатель новостей и информации, касающихся здоровья и благополучия человека — примеч. Sport24), и Тодд, чувствуя, что мог еще два-три года поиграть за границей, решил отказаться от этой идеи и остаться в США, где доктора могли наблюдать Трэвиса. Общий вариабельный иммунодефицит поражает 1 человека примерно на 30 тысяч, но большинство случаев не диагностируется, пока человек не достигнет 20 или 30 лет. Симптомы Трэвиса были настолько сильными, что заболевание было обнаружено, когда он учился в третьем классе. Тогда карьера Тодда в роли ассистента тренера «Питтсбурга» набирала обороты. Он потратил годы, размышляя о том, почему его сын не стал крепче, и, когда узнал диагноз, мучился от чувства вины.
— Грустно, но я не представляю, какого живется моему сыну. По каким-то неведомым причинам, я никогда не болею. Я не знаю почему. Я ни разу не пропустил ни одного дня на работе или практике. Он живет другой жизнью, видя мою, говорит: «Я бы хотел быть таким, как ты», — признается Тодд.
Лечение CVID заключается в иммуноглобулиновой терапии — переливании человеческой плазмы, жидкой части крови, в которой содержатся антитела, необходимые Тревису. Медсестра приносит кулер плазмы вместе с капельницей в дом Рирдеров раз в месяц. Когда Трэвису было 9 лет, он был так напуган иглами, что однажды сказал, что ему нужно пойти в ванную, а затем попытался убежать, чтобы ему не делали укол. Сейчас он настолько привык к четырехчасовому процессу, что обычно просто дремлет во время него.
Переливания помогают ему быть более устойчивым к болезням, однако его реакция на плазму меняется после каждого курса лечения. Трэвису приходится из-за процедур постоянно пропускать школу. Так как одноклассники не догадывались о серьезности его заболевания, то частенько пытались его отговорить от пропусков. Но лучшее, на что он может надеяться, это три недели непрерывного посещения уроков.
— Я не хочу быть героем слезливой истории. Не хочу, чтобы мои друзья всегда чувствовали себя плохо из-за меня. Когда я с ними, то просто хочу быть частью компании. Не хочу, чтобы люди думали: «О, я надеюсь, что не буду кашлять рядом с ним, потому что он заболеет». Я действительно хотел бы быть нормальным, — говорит Трэвис.
Наконец-то стабильность
Когда Тодд начал подниматься по карьерной лестнице, то в разговоре о контракте был поднят вопрос о покрытии медицинской страховки Трэвиса. Зарплата для него была на втором месте. Шелби постоянно находится рядом с сыном и готова оказать ему первую помощь. Из-за работы Тодд не всегда бывает рядом дома, но Трэвис все понимает.
— Он мой самый большой фанат и сторонник. Он всегда со мной, всегда поддерживает меня и мою команду. Очень грустно, что я могут быть постоянно рядом с ним. Но это обратная сторона нашей работы. Но Трэвис понимает, что благодаря моей работе, мы можем оплатить ему все лечение, — рассказывает Тодд.
Защитник «Пингвинз» Крис Летанг был первым, кто подошел к Трэвису и поблагодарил его за то, что он отпустил папу к команде. Сидни Кросби подарил Трэвису подписанную обложку журнала Sports Illustrated с запиской «Ты проделал большую работу, сражаясь с болезнью, и спасибо, что позволил отцу помочь нам». В 2014 году Тодд покинул Питтсбург и был приглашен на роль помощника в Вашингтон.
— Я был в полном восторге, узнав, что папа сможет тренировать самого Алекса Овечкина. Я имею в виду, что он уже тренировал Кросби, но Ови просто невероятен, — вспоминает Трэвис.
В столице США Рирдены снимали дом, который владелец готов был им продать. Перед тем как осуществить покупку, Шелби поняла, что пыль от соседней постройки вызывает вспышку астмы у Трэвиса — еще один признак его иммунодефицита.
— Мне пришлось спать вместе с Трэвисом, потому что у него постоянно что-то случалось. Однажды я проснулась ночью и увидела, как собака прыгнула ему на грудь. Трэвис синел. Поэтому я вызвал скорую помощь, и мы снова вернулись в больницу, — говорит Шелби.
Из-за того, что они постоянно меняли дома, Трэвис легко мог запутаться, где находится ванная. Когда Рирдены купили дом в Фолс Чере (пригород Вашингтона), то наконец-то обрели стабильность. В первый год мальчик был на домашнем обучении, а затем пошел в небольшую государственную школу Джорджа Мейсона.
В конечном итоге это Трэвис решился поделиться своей историей, надеясь вместе с отцом, что люди смогут больше узнать об иммунодефиците. Тодд работает над созданием благотворительного фонда, а Трэвис хочет пообщаться с детьми о том, как справиться с заболеванием. Возможно, общение поможет ему тоже получить ответы на некоторые вопросы.
— Сын уже беспокоится о том, какой работой сможет заниматься в будущем, как сможет получить страховку, которая покроет его лечение. Обо всем этом он думает уже сейчас, — рассказывает Шелби.
Перспективы
Обычно Тодд находится на тренировочном катке «Кэпиталз», когда Шелби и их сын в 7:30 утра начинают свой день. Первым делом он пишет сообщение Трэвису: «Идешь ли ты сегодня в школу?». В часы, когда Тодд находится на командных собраниях или на матчах без телефона, самые нервные в его жизни.
— В это время ты всегда надеешься, что ничего не увидишь после того, как вновь будешь на связи. Сын возможно в этом году скрыл от меня больше информации, чем раньше, но я прошу его никогда так не делать.
Тодд часто принимает антибиотики, если замечает даже малейший симптом, боясь перенести болезнь на Трэвиса. Рирден всегда приносит домой записи матчей, чтобы посмотреть их вместе с сыном. Мальчику не удается часто посещать «Кэпитал Уан-арену». В будние вечером он будет настолько измотан после игры, что не сможет на следующий день пойти в школу. Существует также риск получить вирус в месте скопления такого большого количества людей. Но это не касается плей-офф. Родители пообещали, что на матчи Кубка Стэнли сделают исключение.
— Когда наступают тяжелые время, ты думаешь, что происходят плохие вещи. Что я действительно должен помнить, так это то, что гораздо хуже приходится другим людям, я же живу мечтой. Независимо от того, хорошо ли это идет или нет, я живу ею, и моя семья всегда рядом со мной, — считает Тодд.
Подпишитесь на канал Sport24 в Яндекс. Дзене
Женский форум
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео