Ещё

«Не имей сто баранов, а женись, как Чурбанов» 

Фото: Свободная пресса
На днях исполнилось 90 лет со дня рождения , дочери Генерального секретаря . Ее судьба во многом напоминает судьбу Василия Сталина. Дети советских властелинов пользовались всеми благами жизни. Она казалась им настоящим раем. Делали все, что хотели, жили, как хотели.
За их спинами стояли всемогущие отцы. И потому все трепетали перед сыном Сталина и дочерью Брежнева. Но Василий Иосифович и Галина Леонидовна находились в постоянном страхе. Они понимали, что как только пройдет земной срок их отцов, наступит совсем другая жизнь…
Судьба Сталина-младшего известна — он взбунтовался против системы, обвинил соратников отца в его смерти. Расплата последовала незамедлительно — он был брошен в тюрьму по ложным обвинениям. И жизнь Василия Иосифовича была растоптана, искалечена. Когда скончался вдали от Москвы, ни одна из газет не посвятила генералу Сталину ни строчки некролога…
Галина Брежнева избежала тюрьмы, но ее настигло забвение. Она осталась одна — те, кто восхищались ею, боготворили, приставали с просьбами, мигом исчезли. Наступила гнетущая тишина: никто не звонил, не приходил. Она лечила гнетущую тоску известным русским «лекарством». Не стану говорить о ее губительных пристрастиях, любовных похождениях. Об этом и без того много сказано, да и придумано немало. Да и не вправе журналист судить человека, которого не знал. А вот понять эту несчастную женщину можно…
В ее сверкающей, праздной и праздничной жизни не было только одного, но самого главного — счастья. Она металась, влюблялась и разочаровывалась. Но при новой встрече ее сердце снова трепетало — и казалось, что этот, а потом другой мужчина — самый лучший, самый надежный. Но всякий раз счастье, точнее его иллюзия, словно птица упорхало…
Отец, занятый по горло государственными и партийными делами, пытался направить ее на пусть истинный, старался вразумить — негоже, мол, тебе, дочка, позорить честь фамилии. Брежнев, да и доброхоты, окружавшие семью, стремились пристроить ее на «теплое» местечко. Начальство, разумеется, знало, кто эта статная, независимая женщина, а потому не обременяли нагрузками. Синекура, да и только…
Несколько лет Галина Леонидовна работала в АПН — оно было, как и ТАСС, центральным советским телеграфным агентством. Там находили пристанище дети партийных деятелей, сотрудники разведки и КГБ.
Брежнева даже ездила в командировки. Однажды приехала в Латвию — писать о председателе рыболовецкого колхоза «Банга» Лисменте Микелисе. Но это были «показательные выступления» — репортаж готовила не она, а другая сотрудница. Галина Леонидовна приехала себя показать, да полюбоваться балтийскими красотами…
Ее последний муж — генерал Чурбанов. Он стал ее роком, несчастьем. И самой последней любовью. Но это был омут. Жизнь окончательно закрутила ее, а потом утащила на дно…
Чурбанов казался самым видным, самым перспективным — прежние возлюбленные дочери Брежнева были артисты и журналисты. Да и вид у Юрия Михайловича был внушительный — высокий, кареглазый брюнет, его смоляную шевелюру разрезала тонкая нить пробора. К тому же, общительный, остроумный…
Познакомились они случайно, в московском Доме архитектора. Потом стали встречаться. Между прочим, по ее инициативе. Спустя много лет в своих мемуарах «Мой т