"Увижу Нюту, бухнусь в ноги"

Учредитель благотворительного фонда помощи хосписам «Вера» и руководитель Московского центра паллиативной помощи много говорит о смерти. Но все, что она делает, не про умирание, а про жизнь..

"Увижу Нюту, бухнусь в ноги"
© ИД "Собеседник"

Первое время помогал только

Благодаря Нюте Федермессер и ее большой команде – врачам, медсестрам, волонтерам, сиделкам, спонсорам – люди, которых уже нельзя вылечить, могут достойно, без боли и унижений, прожить последние дни. Уже два года Нюта не просто благотворитель, а руководитель Московского центра паллиативной помощи, в ее руках мощный административный рычаг.

В благотворительность и хосписное движение Анна Константиновна (сама она не любит, чтобы ее называли так официально) пришла много лет назад вслед за своей мамой Верой Миллионщиковой, основательницей Первого московского хосписа.

– Мои родители – писатели и Зоя Крахмальникова – дружили с родителями Нюты – Верой Миллионщиковой и Константином Федермессером. Дружила с ними и я, – рассказывает обозреватель «МБХ. Медиа» . – Они работали анестезиологами в родильном доме и помогали мне при родах. Нюта часто бывала у нас дома и общалась с моими детьми. Окончив институт, она преподавала английский язык в 57-й школе. Когда Вера Миллионщикова создала Первый московский хоспис, обе дочери (старшая Маша и младшая Нюта) помогали ей. Маша работала юрисконсультом, Нюта принимала активное участие в жизни хосписа, переводила на конференциях, куда приезжали врачи из других стран. обеспечивало хоспис лекарствами и платило зарплаты сотрудникам, но без благотворительной помощи хоспису выжить было трудно, а богатые люди деньги на помощь умирающим давать не торопились. Первое время активно помогал Вере Миллионщиковой, кажется, только Анатолий Чубайс.

Пять историй про Анатолия Чубайса

Все люди по природе милосердны

Перспективный переводчик с английского и французского языков из высшей касты синхронистов, с опытом работы в и Шахматной академии , Нюта Федермессер сделала выбор в пользу благотворительности. В 2010 году Вера Миллионщикова после тяжелой болезни ушла из жизни, а ее младшая дочь продолжила дело матери.

– Вера Миллионщикова создала философию хосписного движения. Главный принцип ее жизни был: «Главное – жить любя». Миллионщикова была уверена, что все люди милосердны по природе своей, нужно просто суметь разбудить в них чувство сострадания, и тогда они обретут способность откликаться на чужую боль, – говорит журналист.

«За смерть платить нельзя»

Нюта Федермессер не скрывает, что для нее всегда идеалом был Первый московский хоспис, который создавался не как «дом смерти»: здесь человек уходит из жизни в любви и понимании, здесь нет места одиночеству. Работу Центра паллиативной помощи она выстраивает по его образу и подобию. Изначально там все было так, как обычно бывает в казенных учреждениях такого типа.

«Впервые я попала в центр, когда он только открылся. Меня привлекли как общественного контролера, – рассказывала Нюта. – Здесь все мне показалось просто ужасающим. Ощущение, что побывала ну если не в Дахау, то в каком-то старом советском вопиющей нищеты доме престарелых... Очень много пациентов, привязанных к кроватям (так называемая мягкая фиксация), это было нормой. Очень много необезболенных пациентов. Опиоидные анальгетики только в онкологическом отделении, у остальных – трамадол. Совершенно невыносимый, с ног сбивающий запах...»

Первое, с чего она начала в должности руководителя – искоренила мздоимство. За все – от того, чтобы помыть пациента, и до смены ему назогастрального зонда – раньше брались деньги. Нюта поставила во главу угла заповедь «За смерть платить нельзя» и строго следила за ее исполнением. Главными же она сделала не врачей, которые назначают схему лечения, а медсестер, обеспечивающих уход, и волонтеров: «Кто делает хосписы такими неказенными? Кто обеспечивает индивидуальный подход? Волонтеры. Хосписы делают похожими на дом тоже волонтеры. И фонд «Вера» во многом делают волонтеры».

Казенщина и формализм – это не про Нюту вообще. Во время обходов поправит подушку, поинтересуется, ел ли пациент, лично повернет его на бок и проверит, нет ли пролежней. Она понимает, что даже самый хороший уход и душевное отношение не заменят умирающему родных. Поэтому для близких вход круглосуточный.

В командировку с сыном

Последние два месяца Нюта провела в командировках – инспектировала хосписы, дома престарелых и психоневрологические диспансеры по всей России. О том, что видела, регулярно писала у себя в фейсбуке. После прочтения ее постов – ком в горле. Россия – не Москва, там и живут не по-райски, и доживают в аду. Привязанные колготками к кроватям старики, запах кислой капусты, ссаные матрасы – та жизнь, о которой многие не хотят знать… А ей до всех и всего есть дело, и с каждым шагом она все ближе к цели – изменению сложившейся десятилетиями системы.

Совместно с Общероссийским народным фронтом (ОНФ) Нюта запустила проект развития паллиативной помощи «Регион заботы». Это усовершенствование помощи тяжелобольным пациентам в 25 регионах. За плечами у нее еще одна большая победа – принятие закона о паллиативной помощи. Хотя не все в нем идеально, со слов самой Федермессер, но она довольна. Например, у паллиативных больных появилось право получать помощь на дому. Бесплатно!

Нюта вся в своей работе, 24/7, без выходных и праздников. Это не работа для нее, а жизнь, без которой она не будет счастлива. Но из-за этого страдает ее собственная семья.

В интервью , подруге и соратнице, члену попечительского совета фонда «Вера», Федермессер призналась, что чувствует себя виноватой перед близкими, на которых не хватает времени. «Проповедуя в паллиативе семейные ценности, что надо помириться, долюбить, доцеловать, я сама же все делаю не так: вот у меня все живы, а я их не успеваю любить и целовать. Причем Лёвке (старший сын, младшего зовут Миша. – Авт.) ведь не надо, чтобы я с ним проводила время круглосуточно. Ему надо просто знать, что я сижу в другой комнате. Но и этого у него нет».

Чтобы в жизни сына была мама, она недавно взяла его в командировку. «Я забрала Лёвика с собой в следующую поездку: Владивосток – Находка – Уссурийск – Чажма – остров Попова – Сахалин. Я не хочу расставаться и тащу его по хосписам, отделениям милосердия и сестринского ухода Дальнего Востока. Зачем ему это... Но он едет».

И кто знает: может, Федермессеры станут династией? Наверное, Вера Миллионщикова этого бы хотела.

Своим примером Нюта доказала: это реально – помогать безнадежным больным уходить достойно

«Мама умирала, а сестры ей делали маникюр»

«Последние две недели жизни мама провела в хосписе, – после смерти родного человека москвич , как и многие другие близкие безнадежных пациентов, счел долгом оставить на странице Нюты в фейсбуке пост с благодарностью за помощь. – Что и говорить, от самого этого слова веет унылой, холодной могилой. Однако это гораздо более человечное место, чем 90 процентов всех больниц, которые я знаю. Это похоже на американское кино, но с русскими лицами, а иногда с великими трагическими сценами в стиле Висконти. Солнце, хорошая погода. 7–8 кроватей выкатили на улицу. Медсестры болтают между собой о неспешном, а в лучах солнца – умирающие, возможно, в эту самую минуту люди, с закрытыми глазами, устремленными в небо. Увижу Нюту Федермессер, бухнусь в ноги за это.

Моя мама умирала, а сестры ей делали маникюр и педикюр. В хосписе!!! По палатам ходили собаки-терапевты, а девушка при входе предлагала поучаствовать в мастер-классе росписи керамики. Я не говорю о 6-разовом, индивидуально подобранном питании и, конечно, препаратах, которые помогают не думать 24 часа в сутки о такой ерунде, как боль. Не могу не добавить, что все перечисленное – от одежды, лекарств, ежедневного мытья головы, массажа до просто трогательного участия прекрасных медсестер – абсолютно бесплатно. Что лично в моей голове слабо увязывается с устоявшимися принципами этой страны».

* * *

Материал вышел в издании «Собеседник+» №04-2019 под заголовком «"Увижу Нюту, бухнусь в ноги"».