Ещё

Творец десятой жизни: известный тверской зоозащитник Николай Морозов о котах и людях 

Творец десятой жизни: известный тверской зоозащитник Николай Морозов о котах и людях
Фото: tvernews.ru
«Если ты не готов взять ответственность за уличную кошку — лучше пройди мимо» — парадоксальный принцип тверского зоозащитника . На его счету — десятки спасённых бездомных животных. Помощь брошенным, искалеченным кошкам и собакам — не хобби, а вторая работа и образ жизни. Чем приходится жертвовать во имя братьев наших меньших, сколько стоит зоозащита, как из кота-бродяги сделать «человека»? Николай дал интервью ТИА и пригласил корреспондента к себе на работу, где в офисе с бухгалтерами и охранниками уживаются бывшие уличные бродяги в ожидании хозяев. Кошкин дом Небольшой офис расположился в подвале жилого дома. Коты сидели в клетках, но при гостях им дали свободу. В одно мгновение они пулей выскочили наружу, кто-то рванул к когтеточке, а обритый котик по имени Чунька врубил обаяние на всю катушку — где-то у него включился мурмотор, мощностью под 80 децибел. Хозяин офиса — старожил по имени Лари. Кота с хвостиком-обрубком Николай подобрал у одного из ресторанов, куда усатый приходил столоваться. Случай с Лари иллюстрирует постулат — нет ничего более постоянного, чем временное. Передержка превратилась в прописку, но без вида на жительство. Хотя Николай и привязался к этому коту, всё-таки он будет передан новым хозяевам, когда таковые найдутся. — Его социализация проходила тяжело и долго. Методом проб и ошибок, через прокусанные руки он превратился в человека. Он даже ест руками, за что получает периодически. Есть у него такая дурацкая привычка, меня просто слегка подбешивает. Насыпаешь ему корма, а он кусочки вылавливает и себе в рот закидывает. При этом вся клетка и поилка в еде. Приходится убираться заново. Коты и кошки живут в офисе у Николая уже лет пять. Вернее, там они на временной передержке, постояльцы сменяются, когда находится для них новый дом и добрые руки. На освободившееся место ту же заступает новый жилец, которого подкинули, выбросили, сбили машиной, избили и т.п. Морозов специально не рыщет по подвалам и подворотням, животные сами находят его, каким-то десятым чувством понимая, что этот человек как минимум накормит и обогреет. Но обычно — вылечит, приютит, найдёт хозяина, то есть даст шанс на жизнь. — Ну, вот на днях во дворе парковался, ко мне подошла кошка — видно, что была домашняя, но уже грязная, потасканная. То ли выкинули, то ли ещё что…Вариантов много. Подошла и говорит: «Поехали?». Ну, поехали! Теперь сидит у меня в офисе*. Детский сад не для слабонервных Домой брать животных нельзя — там живёт кот Ирбис, который появился ещё задолго до того, как хозяин занялся спасанием, и который на дух не переносит чужаков. Хватило пары экспериментов. — Раньше я ставил себе рамки — один ну два кота. Теперь их в офисе уже четыре-пять. Врать не буду — от работы это отвлекает, поскольку в день тратишь несколько часов на то, чтобы покормить, почистить клетки, выпустить погулять, почесать и приласкать. Коты в «общежитии» быстро становятся социализированными. У меня в штате 80 сотрудников, через кабинет проходит много людей. Любого человека коты уже воспринимают как источник доброты. И когда ко мне по рабочим вопросам те же охранники заходят, кошки на колени к ним запрыгивают и ластятся. Пожалуй, единственное ограничение, которое для себя установил Николай, — стараться не брать на передержку котят. Во-первых, потому что это всегда большой риск инфекции и эпидемии. А во-вторых, потому что дети требуют утроенных усилий. — Это мрак! В рамках офиса за котятами ухаживать нереально. Это неугомонный и неуправляемый детский сад. Если у взрослых, не армейская, конечно, но всё же дисциплина есть — шикнул и все молчат, то с малышами не прокатит. Почистил клетки, пелёнки постелил, лотки поменял, корма насыпал, воды поставил. Ушёл работать, через полчаса приходишь — хаос, всё вдребезги, разбросано и порвано. Начинай всё сначала. Но всё равно в офисе появляются и котята, и собаки, и даже… кролики. Ох, рано встаёт охрана Ну, с кошками понятно. А вот как сотрудники относятся к кошкиному дому на работе? Да, нормально! Правда, все клетки с животными стоят в кабинете Николая. С 2008 года у Николая Морозова работает его охранная фирма. До этого был опыт работы в полиции. Началось всё с того, что обратились несколько знакомых организовать охрану частных объектов, с тех пор всё и закрутилось. Компания выросла с нуля, без стартовых инвестиций. Среди сотрудников — очень разные по возрасту и подготовке люди, и мужчины, и женщины. Есть группа быстрого реагирования. ЧОП обеспечивает сохранность производственных объектов, предприятий общепита, образования, культуры и т.п. Большие статьи расходов — зарплата, экипировка, транспорт, аттестация и страхование жизни и здоровья работников, налоги. Обязательств много. А сейчас ещё добавилась и благотворительность в зоозащите. — Развиваться тяжело. Хотя я считаюсь малым бизнесом, но требования ко мне предъявляются такие же, как и к «слонам», никаких преференций. И не важно, что маленькое охранное предприятие не идёт ни в какое сравнение с фабрикой. В современных рыночных условиях деятельность моей фирмы всё-таки это больше выживание, чем просто стратегия развития. За 11 лет на Лексус я себе так и не заработал. (смеется) Из Пирата в Бароны и обратно Зоозащитнику часто задают вопрос — а почему животные, а не дети? А что ты имеешь с этого? — Кто-то на животных и зарабатывает деньги, но я не представляю, как это возможно делать. Деньги в моей жизни — явно не самое главное. Считаю, что человек, помимо семьи и детей, должен что-то сделать для общества. Это неправильно — жить в своём внутреннем мире, только для себя и родственников. Конечно, обществу может и наплевать на твои потуги, оно может и не разделять твоих чаяний. Не обязательно помогать животным: можно мусор на карьерах собирать, заботиться о стариках, искать пропавших людей в лесах …Я занимаюсь животными, потому что мне это близко, потому что чувствую, что я нужнее в зоозащите. Сейчас я живу по принципу — не могу не помочь! На выбор направления в волонтёрстве, возможно, повлиял случай из жизни. Много лет назад случайно на проспекте Чайковсого подобрали собаку — спаниеля по кличке Пират. Хозяев нашли, но они уже взяли себе щенка, поэтому пёс остался жить в семье Морозовых. Собака получила новое имя — Барон. Спустя несколько лет так сложились обстоятельства, что мама переехала в другую квартиру, а сам Николай — к бабушке. Все работали, собаку держать не было возможности. Барона отправили жить к другой бабушке в посёлок Химинститут. — До самого последнего дня жизни он ни мне, ни матери не простил этого предательства. Он рычал на нас. Ты тянешь руку, можешь даже его погладить, угостить колбаской, но он всегда рычал. Пёс очень тяжело пережил расставание. На меня это наложило большой отпечаток, я тогда понял, что так делать нельзя. Потом был промежуток времени без животных в моей жизни. Потом появился кот Ирбис. А спустя два года — зоозащита. Баланс на грани Сообщения о попавших в беду животных приходят Николаю со всех соцсетей и мессенджеров практически в круглосуточном режиме, в связи с этим приходится решать много оргмоментов. Главный ресурс — это тверское сообщество в ВК «Инициативная группа по защите животных». — В зоозащите, да и в волонтёрстве в целом главный принцип таков — помогаешь ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС, потому что потом уже может оказаться поздно: кот или пёс убежал, его сбила машина, загрызли собаки… Наверное, я всё-таки слишком много на себя беру. Я стараюсь систематизировать процесс, но не всегда получается. Если ты начинаешь активно заниматься волонтёрством, то сразу случается провал на основной работе. С другой стороны, если ты с головой уходишь в свой бизнес, то быстро утрачиваешь связь, не мониторишь ситуацию. В общем, балансирую на грани, но реально с надрывом. У Николая нет такой возможности — с головой уйти в зоозащиту и завалить себя животными, иначе он потеряет работу, а заодно и все сотрудники его охранного предприятия. «Я ж не сам по себе, я отвечаю ещё и за моих подчинённых». Кроме того, большая часть заработанных денег уходит на благотворительность — организация акций, лечение животных, платные передержки и т.п. В месяц сумма исчисляется десятками тысяч рублей. Потому как пожертвований для «Инициативки» катастрофически не хватает. Так, к примеру, сутки лечения и содержания кота в ветклинике обходится в 5000 рублей. Есть два варианта развития события: либо ты проходишь мимо и не лезешь в ситуацию, правда, итог, скорее всего, будет печальным, либо разгребаешь весь этот ворох проблем, как только берёшь на себя ответственность за бездомное или брошенное животное. И каждый раз — это выбор, поскольку нужно рассчитывать свои силы, время, деньги. — Надо понимать простую вещь: ты подобрал с улицы животное и взял на себя ответственность за его судьбу, но в момент ты можешь остаться один, нельзя всё время рассчитывать на помощь группы, её ресурсов просто не хватит на всех. То есть вариант — я подобрал и вам передал, а дальше делайте что хотите — это провал! Если вы не готовы, то лучше проходите мимо. Я придерживаюсь этого принципа, потому что каждый раз, взяв животное, вылечив его, я остаюсь куратором, пока не пристрою. Поэтому и прикидываю — смогу или не смогу. Чаще всего я реагирую на ситуации, когда это уже вопрос жизни и смерти. Отдадим в добрые руки За годы в зоозащите на счету Николая десятки спасённых котов и кошек, боле полусотни уж точно. Сначала были учёт и папка на рабочем столе в компьютере «Мои котаны» с фотографиями пристроенных подопечных, но потом их стало так много, что смысл ведения статистики утратился. Были и котята, которых, кстати, пристроить намного легче. Так вышло и с коробкой «кототеррористов», которых прохожие на остановке приняли за бомбу. Малышей сотрудники полиции подогнали Николаю, потом котят пристраивали даже с помощью трогательной соцрекламы на маршрутных такси. Эта история со счастливым концом. Тверские зоозащитники периодически устраивают благотворительные сборы средств для нужд группы и приютов для животных. Например, для собачьего в Бежецком районе «Новая жизнь», для матушки Натальи в Нило-Столобенской пустыни, где на острове живут более стони котов и кошек. А количество питомцев со временем увеличивается, потому как слава бежит впереди и люди подкидывают новых постояльцев. В Твери успешно проходят выставки-раздачи на городских фестивалях и мероприятиях группы. Так, на недавно прошедшем в горсаду фестивале волонтёрства «Площадь добра» на площадке зозащитников была аншлаг. Итог — удалось пристроить восемь котов и трёх щенков. Кот он и в Африке кот Конечно, бывает у Николая отпуск, когда удаётся на пару недель вырваться за пределы России. И конечно, не может Морозов пройти мимо уличных котов и за бугром. Правда, оказывать помощь животным в чужой стране очень сложно, потому как не знаешь, как там всё утроено и к кому обращаться. Вот в Болгарии, к примеру, есть собачие приюты, а кошками никто не занимается. А в Эмиратах волонтерская организация, которая активно поддерживается правительством, оказывает помощь животным на крутом уровне. Там в приюте есть даже бассейн для собак, там четвероногие питомцы счастливы. Но всё равно бездомные животные есть — в Турции, Тунисе… В этом случае Николай старается помочь хотя бы по-минимуму: напоить, накормить. С больными животными всё гораздо сложнее — в рамках одной поездки, как правило, проблему решить очень трудно. И конечно, всем животным помочь нереально: «но это не значит, что не надо помогать никому!». Живодёров к ответу! По факту никто, кроме зоозащитников, в Твери не занимается проблемой бездомных животных. В городе, да и в области в целом, нет официальных государственных приютов для содержания отловленных уличных собак, где их должны вакцинировать, стерилизовать, пристраивать, а других отпускать. В действительности, тендеры на отлов выигрывают непонятные и тёмные конторы, животных просто отправляют на эвтаназию. Николай Морозов вместе с другими волонтёрами выявляют такие факты и через СМИ публикуют, встречаются с чиновниками и депутатами по вопросам организации приюта-передержки в Твери. Активная позиция и участие, в том числе, тверских зоозащитников позволила также спустя 19 лет всё же принять недавно вступивший в силу «Закон об ответственном обращении с животными», а также внести изменения в статью 245 УК РФ «Жестокое обращение с животными». Все громкие резонансные уголовные дела в регионе об убийстве животных также были возбуждены благодаря стараниями волонтёров группы. Если бы не огласка, то, скорее всего, живодёры, как и раньше, избежали бы наказания. В ряде случаев удалось возбудить не только уголовное дело, но и довести его до суда и реального наказания. Как, к примеру, было с парой молодых людей, утопивших кота в кастрюле с водой и снимавших «обучающее» видео. В каждом подобном случае Николай собирает фактуру, пишет заявления в , направляет животных на медэкспертизы и т.п. — На сегодняшний день эта наша работа выглядит как борьба с ветряными мельницами. Но если не менять законодательство, менталитет общества, то мы так и будем каждый день подбирать покалеченных котов и собак до бесконечности. Да, закон об ответственном обращении с животными принят, но на местах его выполнение, мягко говоря, саботируется. Скоро истечёт 180 дней со дня принятия закона, но до сих пор не разработана нормативная база и не приняты подзаконные акты. Нет их и на региональном уровне. Вот 13 июня постараюсь выбраться в  на круглый стол. Правда, эта юридическая работа тоже отнимает время. Но это надо делать! Он, она и немножко нервно Со временем многие люди уходят из зоозащиты, наступает эмоциональное выгорание, а кто-то, в конце концов, расставляет приоритеты и делает выбор в пользу семьи и детей. Зоозащита сжирает всё личное время и пространство. Сначала с утра и до позднего вечера на работе (до 22:00), а потом начинается «Чип и Дейл спешат на помощь», порой, на отдых остаётся всего лишь пара-тройка часов. — Возвращаешься домой, а тут на стене в группе пост — «кто-нибудь помогите, сбили котика». Ну, вот и думаешь: домой на диван или подобрать животное и в ветлечебницу? У Николая есть любимая девушка — единомышленник и соратник. Она поддерживает, помогает, спасает, не спит ночами, обивает пороги ветлечебниц, срывается на вызовы и просто срывается, потому как нервы иногда сдают. Но только иногда. — У нас есть определённые договорённости. Порой, она злится на меня. Ну, вот сидит у нас такса на передержке. Его надо отвезти в больницу. «Блин, я не хочу, никуда не поеду!». «Хорошо, давай не поедем, пусть он сидит, ему будет плохо, но мы останемся дома. Принимай решение самостоятельно». В итоге мы берём собаку и едем к врачу. Главное — есть понимание с её стороны! Хотя реально тяжело, и я тоже от этого устаю. Но потом берёшь себя в руки. Пока ещё запас сил есть! *P. S. Пока материал готовился к выходу, животных в офисе осталось три — кошку-потеряшку забрала хозяйка. Но свято место пусто не бывает…
Видео дня. Как не подцепить COVID-19, заказывая еду на дом
Женский форум
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео