Ещё

Трудности перевода: как русскоязычные писатели живут и работают в Америке 

Фото: RTVI
Писатель живет в США с 1977 года, но американским автором так и не стал. В богатой библиотеке — она способна уместиться разве что в подвале — хранятся книги на русском. Первые издания подписаны автором: Александр Генис работал у него в газете «Новый американец» вместе с Петром Вайлем.
Довлатов удачно переведен на английский. Авторский стиль с простыми емкими предложениями позволяет. Но сам он на английском не писал. Вот и Генис не решается.
Александр ГенисФотография: Елена Мулина / Интерпресс / ТАСС
" class="c-caption__img">
Александр Генис
Фотография:
Елена Мулина / Интерпресс / ТАСС
Александр Генис, писатель: «Я приехал сюда с одной единственной целью — писать и печататься по-русски. Как бы дико это ни звучало. И для того, чтобы писать на другом языке, нужно быть другим человеком. Когда я разговариваю по-английски, я гораздо реже ругаюсь, гораздо меньше пью. И никогда уж точно не стану категорически ничего утверждать».
В кабинете Александра Гениса висит портрет работы Довлатова. Кажется, намек на пушкинский профиль.
Гарри Княгницкий, RTVI:«„Я помню чудное мгновенье, передо мной явилась ты“. Нам это преподносили как A magic moment I remember, I closed my eyes, And you were there. Что-то в этом роде…»
Александр Генис, писатель: «Это похоже на… Вот когда слушаешь Пушкина в переводе, то это похоже на девичий альбом. Знаете, в 8-м классе пишут: любовь — это зубная боль в сердце».
Даниэла Петрова переехала в США из Болгарии в 22 года. На родном языке книг еще не писала, на английском почти не говорила. Ее нью-йоркский рестарт был типично иммигрантским: посудомойка, уборщица, няня. Но Даниэле хотелось, чтобы однажды «Нью-Йорк Петровой» сравнили с «Петербургом Достоевского».
Даниэла ПетроваФотография: Daniela Petrova / Facebook
" class="c-caption__img">
Даниэла Петрова
Фотография:
Daniela Petrova / Facebook
Даниэла Петрова, писатель: «Я любила „Преступление и наказание“. Я прочитала его лет в 17 или 18 и просто влюбилась в эту книгу. Одной из самых любимых книг была „Война и мир“. Я прочитала ее лет в 14-15. Мне даже пришлось из-за нее расстаться с бойфрендом. Я не выходила из дома, пока не прочла „Войну и мир“, и бойфренду это страшно не нравилось. Что поделать, я мечтала стать писателем».
Уже в Америке Даниэла пошла на языковые курсы, потом на литературные, познакомилась с нужными людьми. Через 24 года после приезда в США она написала свой дебютный роман под названием «Мать ее дочери».
Писательское восхождение бывшей москвички Ирины Рейн оказалось куда более стремительным.
Ирина Рейн, писатель: «Я думаю, тем, кто подобно мне приехал в Америку в семь лет, было проще адаптироваться к всевозможным трудностям и по-настоящему стартовать на английском, если сравнивать со сложившимися авторами, такими как Бродский или Довлатов».
Гарри Княгницкий, RTVI: «А вы бы хотели, чтобы ваше творчество изучали студенты?»
Ирина Рейн, писатель: «Я разговаривала со студентами Колумбийского университета, они изучают мои книги. Мои романы входят в программу современной русской литературы».
Последняя работа Рейн — «Родина-мать». Книга о том, как мать пытается вызволить свою дочь с родины, восточной Украины, а там война. По-русски Ирина говорит, как многие эмигранты: «Надо посидеть and подумать with словарем». Зато много читает на родном языке. Например, .
Друг Иосифа Бродского Роман Каплан открыл в Нью-Йорке знаменитый ресторан «Русский самовар». Он не только ресторатор, но и филолог, ценитель выдающихся авторов. Бродского, конечно же, много переводили в Америке. Но мастер сам решил взяться за английский.
Роман КапланФотография: RTVI
" class="c-caption__img">
Роман Каплан
Фотография:
Роман Каплан, друг Иосифа Бродского: «Он написал много произведений по-английски. Вот эти все его эссе невероятные, да? Это поразительная вещь, да? Картавил он на всех языках. В смысле техники, конечно, там были огрехи. И я думаю, что, бесспорно, у него был редактор, который после того, как он написал статью, ее редактировал».
Речь, прежде всего, о супругах Профферах, владельцах издательства Ardis. Его называли ковчегом для русской литературы. В 70-е там стали печатать тех, кого невозможно было издать в Советском Союзе. Два года назад Карл Проффер выпустил книгу «Без купюр», в которой довольно откровенно рассказал об английском Бродского: без качественной редактуры гениальный поэт, возможно, не состоялся бы еще и как англоязычный автор.
Иосиф Бродский, 1988Фотография: Rob Croes / Anefo / WikiCommons
" class="c-caption__img">
Иосиф Бродский, 1988
Фотография:
Rob Croes / Anefo / WikiCommons
В 1987 году Иосиф Бродский стал совладельцем ресторана «Русский самовар» — решил финансово помочь основателю заведения и своего другу Роману Каплану. На часть полученной в том же году Нобелевской премии Бродский купил себе долю в бизнесе. Да еще и предложил звезде мирового балета быть третьим, тоже войти в число собственников. Вывеску не меняли. В Нью-Йорке ресторан все знают именно как Russian Samovar. А как по-другому это перевести на английский?