Ещё

Легендарный памятник конструктивизму. Дом Наркомфина откроют для посетителей 

Легендарный памятник конструктивизму. Дом Наркомфина откроют для посетителей
Фото: Москва24
В Доме Наркомфина после реставрации создадут музей его истории и сделают общедоступной крышу. Об этом Москве 24 сообщил руководитель департамента культурного наследия Москвы .
"Насколько я знаю, собственник объекта после его реставрации не планирует делать какое-то закрытое место, в одном из помещений будет организован музей истории дома. Для людей будет открыта кровля, она предназначена для общественного пространства", — рассказал Алексей Емельянов.
Он предположил, что экскурсии по дому будут проводить организованно, по записи, в определенные дни и время, чтобы не создавать дискомфорта жильцам.
"Дом Наркомфина всегда был неким открытым пространством, в каком бы ужасном состоянии ни находился. По нему водили организованные экскурсии", — отметил собеседник Москвы 24.
По его словам, реставрационные работы памятника конструктивизму завершатся к октябрю-ноябрю 2019 года, а до конца года проведут отделку внутренних помещений.
Ранее о том, что у москвичей будет доступ в здание, сообщил генеральный директор ООО «Лига Прав» — компании, владеющей домом, Гарегин Барсумян.
"Мы делаем все для того, чтобы у всех москвичей был доступ к этому дому, чтобы насладиться отреставрированным памятником архитектуры", — рассказал журналистам Гарегин Барсумян. Он подчеркнул, что на крыше будет создана зона отдыха для жителей дома и москвичей.
Кроме того, он считает, что в доме нужно создать пространство, посвященное истории Наркомфина, и для этого рассматривает коммунальный корпус, куда смогут попасть не только жители, но и все желающие.
Воплощение утопии Дом Наркомфина строили в конце 1920-х годов как образец нового быта советского человека. Разные люди, находившиеся под одной крышей, должны были стать одной большой семьей.
Экспериментальное жилье предназначалось для чиновников народного комиссариата финансов РСФСР и их близких. Заказчиком строительства необычного дома стал народный комиссар финансов  — любитель авангарда и необычной архитектуры.
Архитекторы и  создавали дом переходного периода — от буржуазного, частного уклада жизни к коммунистическому, коллективному, поэтому здесь сочетались частное и общее, компактность и удобство.
В пятиэтажном доме построили три типа двухэтажных квартир: для большой семьи — тип «К» площадью 90 метров с кухней и двумя спальнями на втором этаже, маленькие ячейки — тип «F» — по 37 квадратных метров для одного-двух жильцов.
В обоих концах дома располагалась третья конфигурация квартир: «2F» тип — сдвоенные маленькие ячейки. Первый и второй этажи занимали большие квартиры, три верхних — ячейки типа «F».
По задумке архитекторов, все жильцы должны были питаться в общей столовой, отводить детей в детский сад, одежду чистить в общей прачечной, вечером ходить в клуб, спортзал, читать книги и газеты в библиотеке.
Под коллективные занятия возвели коммунальный корпус, соединив с жилым крытым мостом — переходом на уровне второго этажа. Прачечной и гаражу отвели отдельный двухэтажный технический корпус.
Добрососедским отношениям должны были способствовать широкие коридоры, сюда жители могли выставлять столы и общаться друг с другом. Для совместного отдыха также оборудовали крышу, здесь под шезлонгами жильцы должны были принимать солнечные ванны и посещать летнее кафе.
Парящий дом с ячейками Здание поставили на ножки. Три ряда столбов поднимали его на 2,5 метра, создавая связь между внешним и внутренним дворами, а еще архитектор Гинзбург считал первый этаж не пригодным для жизни. Кроме того, конструкция на колоннах создавала устойчивость при оползнях и колебаниях почвы — под домом течет подземная река.
В строительстве дома впервые применили железобетонный каркас. Впоследствии благодаря этому здание выдержало бомбежки и многолетнее отсутствие ремонта.
С внешней стороны колонны и стены выкрасили в тепло-белый цвет, а оконные рамы — в черный. Это создавало визуальное впечатление парящего дома.
Объединял всех коллег по работе в Наркомфине одинаковый антураж ячеек. В рабочей зоне стояли письменный стол, кресло, этажерка, в гостиной — круглый стол, полка, диван и три мягких табурета. Их можно было собрать во второй диван и подставить к стене, на которой крепилась мягкая спинка.
В спальне стояли две откидывающиеся кровати со стержнями, на них ночью вешали одежду. Рядом с рабочим столом и кроватями были светильники.
Освещалось помещение также лампой, которая крепилась у основания внутренней лестницы на вертикальной стойке шарнирно и могла описывать круг, освещая разные части помещения.
В конце коридора, соединяющего жилые ячейки типа «F», была запасная общая кухня — на случай, если человек не успел перекусить в столовой. На кровле выстроили особую квартиру — первый советский пентхаус для народного комиссара финансов Николая Милютина. Имея незаконченное архитектурное образование, для себя и семьи сам спланировал двухэтажное жилье.
Однако, несмотря на все условия, совместного быта у жильцов так и не сложилось — столовая проработала лишь до начала 1940-х: полученную там еду жильцы предпочитали уносить и есть в собственных жилых ячейках.
Отдельного здания детского сада так и не построили, но учреждение все-таки открыли — малышей с воспитателями разместили в общественном корпусе, отказавшись от библиотеки и спортивного зала.
Галерею вдоль нижнего этажа переоборудовали под кладовки, в итоге коммунальный блок сначала переделали под типографию, а позже — под конструкторское бюро.
Невостребованной оказалась зона отдыха на крыше. Расположенный рядом пентхаус начальника Николая Милютина не вызывал желания у работников Наркомфина нежиться на солнце на его глазах. На грани краха В конце тридцатых годов Дом Наркомфина начал терять свой первоначальный облик. После сталинских репрессий 1937–1939 годов и начавшегося жилищного кризиса в Москве большие трехкомнатные квартиры типа «K» превратили в коммуналки, фасад здания покрасили желтой краской. Из ведения Наркомфина его передали в городской ЖЭК.
С момента создания дома его ни разу не ремонтировали, и в начале двухтысячных он оказался на грани исчезновения.
В 2004 году Всемирный фонд памятников включил дом-коммуну в список 100 памятников архитектуры, находящихся под угрозой разрушения.
Но началу реставрационных работ препятствовало то, что у здания было множество собственников. Одной частью помещений владели юридические и физические лица, другая часть находилась в собственности Москвы.
Возможность комплексной реставрации памятника архитектуры появилась в 2016 году — после консолидации прав собственности в руках единого собственника.
Назад к прошлому В 2015–2016 годах группой архитекторов во главе с , внуком архитектора Моисея Гинзбурга, был разработан проект реставрации.
Под кураторством департамента культурного наследия Москвы в середине 2017 года начался капитальный ремонт.
Сейчас, по словам руководителя департамента культурного наследия Алексея Емельянова, реставрационные работы завершены более чем на 80 процентов, завершается остекление, а в квартирах-ячейках идут отделочные работы.
Историческое здание сохранит свою изначальную функцию — жилую. Всем уникальным квартирам легендарного дома восстановили первоначальную планировку, приобрели исторический вид вестибюль, коридоры, а также бывшие общественные пространства в коммунальном корпусе — библиотека и столовая. До конца года ячейки оснастят мебелью, и сюда въедут жильцы.
На крыше обустроят зону отдыха для жителей дома и всех москвичей: отдыхающие смогут заниматься йогой, принимать солнечные ванны и пить кофе с видами на Садовое кольцо, высотку на площади Восстания, зоопарк и «Москва-Сити».
Дом Наркомфина вновь встал на ножки, на первом этаже разобрали перегородки, закрывавшие бетонные опоры. По словам Гарегина Барсумяна, под колоннами не будет стоянки машин, парковка на 40 автомест разместится рядом с домом.
Зданию вернули первоначальный цвет — теплый молочный оттенок.
В коммунальном корпусе снесли надстроенный этаж, пристройки у входа, воссоздаются металлические витражи. После реконструкции здесь будут кафе, лекторий, галерея и, возможно, музей.
"Сейчас мы на этапе благоустройства придомовой территории: переносим коммуникации , монтируем дождевые стоки, кладем тротуарную плитку, готовим отделку интерьеров", — отметил Гагерин Барсумян.
Видео дня. Почему Клявер не показывает дочь от Евы Польны
Женский форум
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео