Проверено на себе
Звёзды
Психология
Еда
Счет
Любовь
Здоровье
Тесты
Красота

Советские песни любви

Писатель открывает музыкальную Атлантиду – советскую песенную классику. Вроде бы все это хорошо знакомое и звучит каждый год к Дню Победы. Но все это только иллюзия. Эхо. На самом деле, мы практически ничего не знаем о той музыкальной стихии, благополучно забыли, если не отреклись. Прилепин и восполняет этот пробел, восстанавливает память. На своем сайте он выкладывает подборку лучших на его взгляд советских композиторов. , , , , Дмитрий Покрасс, Даниил Покрасс, , … Список продолжается.

Советские песни любви
Фото: Свободная прессаСвободная пресса

«Однажды неизвестный мне ангел подтолкнул меня систематизировать свои представления о песенной классике сталинских времён», - так объяснил сам писатель свой проект. Было совсем недавнее время, когда не то, что разбрасывались, но уничтожались все камни, с лютой настойчивостью и ненавистью их толкли в труху. Настало для собирания, противостояния распаду и варварству, в том числе и по отношению к своей истории к культуре. Тем более что сейчас под эгидой очередного витка десталинизации назревает новая попытка вычеркнуть советскую историю из общего пути отечественной цивилизации, попытка замарать ее сплошными черными кляксами. Предыдущая удалась, вот и приходится сейчас очищать эту черноту, заниматься сшиванием растерзанной ненавистью истории и культуры.

Видео дня

Вот и Прилепин выступает в роли археолога, бережно предъявляющего на свет Божий бесценные артефакты былого, пытаясь предать им новую жизнь и новое звучание. Здесь и радость собственного открытия, которую писатель предлагает разделить: «Создавая свою антологию, я признаюсь, был вознаграждён небывалым, удивительным образом. Выяснилось, что эпоха та хранит небывалое количество шедевров — зачастую самым откровенным и самым незаслуженным образом забытых. Я открыл для себя дюжину новых имён — и теперь эти имена навсегда со мной».

Вовсе не преувеличение и не фигура речи, но через знакомство с антологией и сам открываешь для себя ранее знакомые шедевры, которые начинают блистать всей полнотой звучания и глубиной смыслов.

Такое ощущение, что это не просто музыка, а поиск и обретение гармонии, чего-то единительного, примирительного и человеческого света. Всего, что противостоит разладу и распаду. Особенно, военная песня. Война – это ведь тоже разлад, попытка нарушить человеческий и мировой лад. Послушайте, например, Василия Соловьева-Седого, и все станет понятно.

Отсюда и пронзительность, проникновенность, пробирающая до самой последней клеточки, потому как такая направленность – задушевная, душу любовно теребящая: «услышь меня красивая». Весь мир есть любовь и это все о любви, которой ничто не может противостоять. Эту убежденность и создает песня.

Ничего лишнего, предельная отточенность формулировок, которые вовсе не искусственные, а именно, что голос любви и жизни и все это в полном ладу с музыкой и до слез. Недаром, что, по сути, все это народное, потому как не надуманное, привнесенное, а корневое, будто из светлого колодца щедро хрустальную воду черпают, и она весь мир преображает своей чистотой.

Это радость встречи, соединения и улыбки: «встречай меня хорошая», «любовь неугасимая». Здесь пушкинское дыхание, та формула русского чуда, которую и он в свое время прочувствовал.

Происходит возвеличивание человека, который обретает поистине космические масштабы. Его один голос естественным образом превращается в полк-хор, возносящий звонкую песнь о гармонии и собирании человеком мира. Здесь и зажигание внутреннего света, хоть через тот же огарочек свечи, когда все человеческое существо начинает торжествовать «на солнечной поляночке».

Человеческое торжество - когда ты начинаешь понимать, что не пресловутая тварь дрожащая, не средоточие пороков и страстей, которыми можно все оправдать, в том числе и свое копошение гадом в них, а устремленный ввысь и этому полету нет никаких преград, потому как он в любви происходит.

Это на самом деле музыка Атлантиды и атлантов, но никуда не ушедшая, не ставшая музейной и архивной. Только тот самый огарочек свечи стоит затеплить, и мелодия вновь зазвучит и опрокинет все сорняковое, занозистое, разладное и низменное. Как у того же Пушкина, когда любовь, возникшая раз, никуда потом не денется: может полыхать костром и безудержной страстью, а может угольком чуть теплиться. А это как раз песни любви, о ней неугасимой, о законе сохранения любви.

Отсюда и военное, где тоже никуда не уходит душевность, а, наоборот, она на первом плане, как сила, противостоящая темному и разладному. Тут все тот же человек, с таким же солнечным и вовсе не звериным нутром, даже война не устроит там тьму. И смерть тоже. Она не всесильна и не может противостоять человеческой любви вселенских масштабов. Смерти нет, где ее жало?! Чувствуете этот пасхальный возглас торжества? А это все классическая советская песня, выросшая вовсе не на пустом месте. Она нашла и всколыхнула что-то глубинное, народное, душу отечественной цивилизации, биение сердца ее.

В ней человек вписан во весь мир, он его защитник и сохранитель. Пушки нарушают гармонию, как непогода, но их заглушают шальные соловьи и ведут свой бой, чтобы спящие воины пребывали хоть ненадолго в покое, поддерживали свою внутреннюю гармонию, не растеряли ее и с ней пошли на бой с разладом, понесли свой свет против тьмы. Те же «Соловьи»: брань через расширение территории мира, когда цепляешься за любой ее клочок и даже сон, в котором бойцу снится девичья горючая слеза. Этот сон преодолевает разлуку. В разлуке нет никакой трагедии, ведь это временное, а любовь – вечное. В тоже время «вешняя заря» и «подруга, яблонька моя» - в душе солдата, целый мир, которого не мало, он несет с собой по своим фронтовым дорогам. Плюс знание про взаимность и крепкий тыл, когда подруга ждет, она верная. Это заклинание тишины, близкое к молитве.

Родина, как подруга. Этих песен нигде не встречал, а девушек краше нет... Вражья стая, как непогода, в которую надо уберечь и укрыть свою подругу, создать для нее покров от дождя. Война, как какофония в этой вселенской гармонии, метель, но и она не собьет с пути. С другой стороны, любовь безгранична, ей ничто не может противостоять, никакая непогода, никакой разлад. «Прощай любимый город, уходим завтра в море». Родное, любовное, а с другой стороны - неизведанное, непредсказуемое, штормовое, несущее смерть, но и эта стихия заклинается любовью – «голубым платочком», который обязательно мелькнет и умиротворит стихию хаоса.

Чтобы преодолеть непогоду, нужно пойти в поход, взяв с собой сердце – большое, огромное, в которой весь город и весь мир. Это космос – «синий, звездный небосклон», как в песне «Ростов-город». Прошел дождь войны и снова солнце. Все для того, чтобы вновь спеть про родной город и скамеечку кленовую, в которой сосредоточен весь мир.

В этом мире все возможно и понятно, потому что он живет по любовной логике, и тут есть предопределенность в том, что враги от своей расплаты не уйдут. Мир понятный, стройный, гармоничный, как дом и храм, ориентированный и возносящийся вверх.

Или вот совершенно восхитительная «В лесу прифронтовом» Матвея Блантера, где самые гениальные строчки: «А коль придется в землю лечь, / Так это ж только раз». Что это, как ни торжество жизни над смертью, все тот же пасхальный возглас? А ведь именно им наполнена советская военная песня.

Настоящий чистейший хрусталь, родниковая вода – голос, слова, музыка и хор, который помогает этой чистоте и свежести течь, будто крови по жилам.

Происходит своеобразная тайная вечеря в лесу, в тишине на границе жизни и смерти, где бойцы превосходят себя, будто поднимаются над своей человеческой сущностью. Впереди страстная седьмица «и смерть в огне, в дыму», и несение своего креста: «что положено кому / Пусть каждый совершит».

Мир наполняет гармония, которую ничто пока не потревожит, и даже ветхий желтый лист, вальсируя, слетает «неслышен, невесом». Мир собирается в особую целокупность, нерасторжимое единство – круг любви и света. Это воинский дружеский строй леса жизни – его хор, готовящийся к сватке со смертью. При этом крайне важно, что логика этой жизни, света и любви даже в бою не трансформируется во что-то иное – все тот же вальс, только плотнее и крепче объятия, через это «сталь крепка». Впереди зима сражения, чтобы ей противостоять, необходимо нести внутреннюю весну в себе. И тогда этот строй, этот любовный вальс, не вниз падающим листом, а вверх к свету поднимется: «смерти больше нет», а все остальное и та же смерть будет восприниматься своеобразным недоразумением. Ну, упал, прилег, больше такого не повторится. Целое – хор не смолкнет, а значит, через эти голоса бойцов-друзей зазвучит и партия павшего.

Дорога к весне мира идет через войну и сражение, надо только прикурить от своей внутренней крепости, где квинтэссенция жизни: «свет и радость прежних встреч» - особая драгоценная ноша. Ее необходимо сохранить и перенести в завтра, чтобы на месте желтого листа появился новый и приготовился к своему вальсу света и любви. Таков круг жизни, и его боец познает перед боем.

Все это звучание коренной русской культуры, тысячелетний строй ее пути, для которого были найдены свежие слова и интонации, но наполненные все тем же светом рублевской «Троицы» и молитвенные. По сути, иконографический сюжет, только не в красках, а в музыке и словах. Возможно, речь как раз идет о попытке особой секуляризации веры в советский период, где храмом становится весь мир и сердца людей, совершающих тихую литургию света и любви пред битвой со злом. Так достигалось особое сверхчеловеческое состояние, которое в обычных реалиях невозможно даже помыслить. Так святость шагнула в мир. Схожим образом отправлял своих иноков на Куликовскую битву.

Послушайте эти великие песни любви, евангельские по сути, а потом расскажите о том, что русская история сошла со своей привычной колеи, и что разверзся темный богоборческий период, открылся ужас и кошмар…

«Война – это когда порыву ветра или стае грачей, вернувшейся к своим весенним гнёздам, уделяешь больше внимания, чем раскатам дальнего боя», - а это уже слова нашего современника писателя из его романа «Яснослышащий». Они очень точно формулируют восприятие войны в советской песне. Синий платочек, скамеечка кленовая, да внутренний свет любви – вот, что на самом деле бесценно. Понимание всего этого дарует несказанную радость. Поэтому вполне можно понять ликование Захара Прилепина, открывшего и систематизировавшего советскую песенную Атлантиду, пытающегося одарить всех этим восторгом и светом чистейшей преображающей музыки.

Мы жили в этом городе,

Дружили в этом городе,

Ходили в этом городе гулять…

Новости культуры: Скок-поскок, русский рок