Брат Фёдора Чалова Даниил пытается изменить российский футбол к лучшему 

Брат Фёдора Чалова Даниил пытается изменить российский футбол к лучшему
Фото: Чемпионат.com
Говорят: не ради денег, а чтобы сделать игру лучше. Большая беседа о жизни и чувствах игроков в мире, где есть место договорнякам и откатам.
Несколько лет назад я летал в Амстердам на интервью с бывшим футболистом и сборной Нидерландов Деми де Зеувом. К тому моменту он только-только заканчивал карьеру, но уже владел бизнесом, приносившим ему деньги, сравнимые с полуторамиллионной зарплатой в России. Де Зеув не выдумывал ничего революционного, а просто выпускал линейку футбольной одежды и распространял её среди знакомых игроков. Идея оказалась гениальной: ведь когда твои обычные чёрно-белые майки и рюкзаки в форме футбольных мячей носят модели от  до , дело обречено на успех.
Некоторое время назад схожая тенденция проявилась и в России. Чёрно-белые футболки с набором надписей на груди стали надевать игроки РПЛ, сотрудники медицинского штаба сборной, прогрессивные тренеры и реабилитологи, а также журналисты. Оказалось, что объединяющая идея связана с семьёй Чаловых. Причём если форвард и лучший бомбардир РПЛ Фёдор скорее выполняет роль сочувствующего, то старший брат и защитник «Витебска» Даниил с друзьями-футболистами сам продумывает концепт, делает вещи и уверяет — в проекте нет ничего обычного и создаётся он не из-за денег.
Мы попытались понять, что группа пытается донести, используя в коллекциях лозунги вроде «Распила не будет».
— Дело реально не в одежде и далеко не только в бизнесе, — говорит Даниил — Мы занимаемся и живём именно футболом. А все фразы — это отражение того, как мы чувствуем игру.
— Мы — это кто? — Я, , Сандрик Цвейба, который сейчас играет в Швеции, Саня Ломакин из «Енисея», Жека Башкиров из «Рубина», мои друзья — Саня Ульянов и Саня Степанов. Да много парней из разных клубов, всех не перечислишь. Понимаешь, в футбольном мире примерно все на одной волне. И вот мы с пацанами постоянно на связи, общаемся и придумываем, какие фразы набить, чтобы они отражали наше отношение к футболу. Постепенно всё сложилось в концепцию.
— Ещё до «Распила» стали популярными майки: «Усталость — это иллюзия». Что отражает эта фраза? — Ну, во-первых, это просто крутое интервью Башкира в перерыве матча, над которым в тусовке долго угорали.
Во-вторых, в этих словах часть футбольной жизни. Устать ведь можно не только на поле, но и от каких-то жизненных событий, если проще — сдаться. Но усталость — это иллюзия, бороться и пробовать нужно всегда.
— На тему «Пробуй» вы уже делали анимационный ролик. Кто его готовил и что он означает?
— Идею продумываем вместе с пацанами-футболистами, анимацию рисует талантливая знакомая из Питера, которую мы нашли через Жеку Башкирова. Текст пишу я сам — для меня это как вариант переключения внимания. Едешь в автобусе, летишь в самолёте или просто отдыхаешь — можно открыть заметки на телефоне и попробовать описать свои чувства.
А смысл прост — нужно действовать. В футболе тебе никто ничего не гарантирует: конкуренция везде охренеть какая, поэтому человек может оказаться в неизвестности и сдуться. Например, в дубле мне сказали, что я слишком старый. Могу тренироваться хоть в «Локо-2» — меня там всё равно не оставят. И когда в такой ситуации агенты ничего не предлагают, то появляется причина, чтобы закончить карьеру. Многие талантливые ребята сдаются.
— И что попробовал ты? — Был февраль, трансферное окно закрывалось, а я узнал, что «Локо-2» играет с тверской «Волгой» в Москве. Так совпало, что у меня были друзья в обеих командах. В Твери, например, Тёма Петров. Написал ему в «ВК», попросил номер главного тренера, но сам звонить не стал, потому что в этой среде больше доверяют агентам. Придумал иной план. Позвонил товарищу из «Локо-2» Сане Ульянову и говорю: «Слушай, можешь сыграть в моего представителя — набрать в „Волгу“ и предложить Чалова на просмотр». Он так и сделал, а через 10 минут они перезвонили: «Будьте с формой на стадионе, мы как раз играем с „Локо-2“ в Москве». План сработал. Так самое смешное, что в том матче Саню выпустили за «Локо» именно мой фланг, а я его в очко эффектно проверил. Он после матча смеялся: «Видишь, как агенты должны работать — на поле и вне». В итоге меня вроде как взяли, удалось продлить карьеру.
— В смысле «вроде как взяли»? — Ну вот так вот. Я вставал в шесть утра, ездил в Тверь на тренировки из Москвы, потому что у них не было мест на базе — в общем, из кожи вон лез ради второй лиги. Но потом к ним приехал опытный футболист из ФНЛ за 30 лет, и, конечно, его оставили, а меня, молодого пацана, — отправили. Такие реалии, в бюджетных командах нужен результат прямо сейчас, у людей тупо нет ни времени, ни желания ждать и задумываться о будущем.
Ну ладно, нет претензий, не сдаёмся, двигаемся дальше. Зная, как я горю, мне позвонил оператор из «Локо», Чингиз, сказал, что есть вариант с  — они, мол, три месяца в КФК поиграют, а дальше заявятся во вторую. Так этот самый Чингиз присылал мне видосы матчей молодёжки «Локо», а я видеонарезки делал, резюме в разные места отправлял. В итоге к 25 годам успел поиграть от Хабаровска и Томска до Ярославля и Витебска, и я верю, что ещё многое впереди! То есть даже если ты вроде никому не нужен, то шанс появляется, если что-то пробуешь. Нельзя говорить, что кому-то повезло, а кому-то нет — это всё отмазки. Футбольная карьера учит тому, что иногда возникает полная жопа, но нельзя на ней сидеть и думать, что всему пришёл конец.
«Распила не будет»
— Давай вернёмся к третьему и пока последнему известному варианту — «Распила не будет». Что, например, означает кадр, когда капающие деньги меняют счёт на табло? — Думаю, там и так всё понятно. Просто деньги меняют счёт на табло — и это проблема. Падающие монеты — это символ того, что в России возможна ситуация с неспортивным характером итогового результата. Время от времени появляются слухи о тех или иных матчах, но доказательств не бывает практически никогда. В этом проблема системы. Мы не вели никаких расследований и просто оперлись на слухи внутри футбольного общества, фанатскую реакцию и информацию из интернета.
— Ты лично участвовал в договорных матчах? — Я — нет. Но мог подозревать свои команды.
— Когда и как? — Если честно — не считаю нужным говорить об этом.
— А в чём тогда суть ролика, где вы останавливаетесь только на метафорах? — Понимаешь, мы все находимся внутри такой среды, но хотим просто играть в футбол. И в ролике создаём общий фон темы. Показываем его в своём творческом стиле. Ролик создан не для того, чтобы кого-то в чём-то уличить, а для того, чтобы задуматься о том, как мы хотим действовать дальше.
— Получается, это как «искусство быть посторонним» у Летова? — Нет, не посторонним.
— Ну как не посторонним? Возьмём матч «Чайки» — доказанный договорняк. Вот ты, например, такой хороший и честный, но видишь, что партнёры сдают матч. Что, молчание — выход? — Так мы уже не молчим. Просто вы, журналисты, будто рассматриваете только варианты доноса или принятия. Но мне кажется, что такая борьба не остановит распил. Нужно смотреть на всё с другой стороны. В схеме всегда есть организатор договорняка, связующие люди (футболисты и т.д.) — у каждого на каком-то этапе есть выбор. И мы видим решение в том, чтобы кто-то из этой цепочки нашёл в себе силы и сделал выбор действовать честно. Ведь как говорится в ролике: «В мире есть ценности, которые дороже процентов и временной выгоды. А просто громкие крики очень редко приводят к долгосрочному результату».
— То есть, если проще, когда кричит один человек, но ничего не способен доказать, это лишь убьёт его карьеру. — Да. Потому что крики о договорняках — ничто, без участия полиции и железной воли чиновников. Мировой опыт это доказывает. А вот одна из наших целей— сформировать такую среду и культуру, при которой изменится кодекс чести, а сам факт связи с организаторами будет невозможен. В середине ролика есть слова: «Для того чтобы механизм работал, нужно стрелки не переводить, а завести заново» — в этом и суть. А ещё она в том, чтобы вместо распиливающих бюджет в футбол шли люди, которые строят парки со стадионами. — Это вы про Галицкого, естественно. — Галицкий — уникальный человек в нашем футболе, к принципам которого надо стремиться. — Но также у вас появляется стадион , куда с неба «Госкорп» летят зелёные купюры… — Что касается этой арены — нам ближе политика строительства стадиона «Краснодара», когда им занималось частное лицо. У нас нет никаких доказательств, и в целом мы не разбираемся в вопросах строительства, но иногда кажется, что когда объект возводится 15 лет, подрядчики меняются, а бюджет постоянно увеличивается, то люди имеют право задаваться вопросами. Это мы и отразили. Учитывая, что в России 95% клубов существует на бюджетные средства, народ вправе спрашивать за то, как деньги используют. Хорошим примером в этом плане может служить европейский футбол, где инвесторы частные. Ведь за заработанные своим трудом деньги совсем другая ответственность, нежели за «упавшие с неба средства». Но мы, опять же повторюсь, этим роликом не хотели разоблачать кого-то, такой задачи не стоит. — Ок. Дальше в кадре возникает человек, похожий на депутата , который вновь не хочет отвечать на вопрос об «Алании»… — Смысл ролика — всё-таки не в конкретных персонажах. Здесь нет задачи уличить кого-то или вступать в конфликты. Просто мы выбрали такой метод повествования, чтобы через чёрный цвет выразить своё отношение к некоторым вещам. А все совпадения — случайны. — Подожди, давай тогда о вполне вашей теме. У тебя бывали ситуации, как в ролике, когда в бюджетном клубе находился функционер, который при подписании контракта говорил: «Часть денег будет идти мне»? — Такое бывает, но об этом вряд ли кто-то узнает.
— Почему? — Повторяю: потому что кричать об этом бесполезно.
— И говорить о том, что деньги летят на проффутбол, а не на развитие детского, — тоже лишнее? — А разве после того, что вы писали, хоть что-то изменилось? Ну, обсудили какой-то момент, странный матч, получили клики и хайп — а потом забыли. У общества есть запрос на негатив — это понятно. Но чем больше вы такого шума создаёте, тем просто хуже. Вы утрируете, показываете в основном грязные истории, а люди из-за этого не ходят на футбол, потому что они у нас в стране очень ранимые.
— Но в реально классном ролике показываете то же самое, только почему-то боитесь об этом говорить, как будто останавливаясь в полупозиции. — Я вижу это по-другому. Выбор текста и картинки — это наше осознанное решение, в котором мы преследуем простую цель, чтобы люди включали голову и думали о последствиях собственного выбора сами, а не основывались на непроверенной информации и действовали неосознанно. Поэтому мы оставляем пространство для размышления.
Чаловы и творчество
— Вот серьёзно: мне кажется, что в твоём случае речь не то что о решениях и борьбе, а скорее о личном самовыражении. — Это твоя точка зрения. Со стороны всегда лучше видно.
— Я не с критической стороны оцениваю же — даже наоборот. У вас ведь творческая семья, правда? Папа, говорят, художник. — Вот это вообще смех. Мы с Федей уже подарили ему мольберт. Раз художник, пусть творит, но пока мы что-то ни разу не видели его с кисточкой. Хотя семья, да, близка к искусству. Мама с папой долгое время работали в театре Фауста при  — ставили спектакли, мюзиклы. Мы с Федей и сестрой, по сути, значительную часть детства провели в гримёрке или на сцене. Если нужны были детские роли, то дети Чаловых всегда были под рукой.
— Родители всегда работали в театре? — Работали — это я не так выразился. Это было их любимым хобби, занимавшим чуть ли не всё свободное время. Папа на самом деле — начальник факультета иностранных языков МАИ. Мама тоже окончила МАИ. Как и дедушка, бабушка, дядя, тётя, в общем у нас семья «маёвцев». Родители соответственно там и познакомились. Такая семейная традиция. Я вот тоже бакалавриат инженерно-экономического закончил. Даже их Хабаровска приезжал на сессии, хотя понимал, что всегда буду заниматься именно футболом.
— Теперь — не только футболом. — Ну, это гены. Каждый день рождения в семье — шоу! Папа всегда пишет песни под каждого из гостей, просит их петь. У нас музыкальные инструменты есть, колонка, микрофон. Хотя это ничто по сравнению с тем, что родители в МАИ ставили.
— Что запомнилось из их деятельности? — Да много чего. Например, экспериментальная постановка мюзикла «Queen» по переделанным театром песням. Это было масштабно, а зал — всегда полным!
(С 11.30 — братья Голопупенко)
— Не было такого, что родители больше хотели видеть вас на сцене, а не на поле? — Если честно, я никогда не слышал от отца или мамы, чтобы они подталкивали нас с Федей к театру или футболу. Нас вообще ничего не заставляли, кроме как делать уроки и ходить в музыкальную школу. И мы можем быть очень благодарны своим родителям за такой подход.
— А не было бы лучше, если бы они заставляли вас сконцентрироваться именно на футболе? — Нет, сто процентов. Очень много таких случае, когда 18-летние игроки заканчивали, потому что наедались игрой. А когда ты ходишь в школу, на тренировки, общаешься с людьми, то можешь и гармонично развиваться, и на футбол смотреть совсем по-другому.
— И не жалко времени, потраченного на то же музыкальное образование? — Мне — точно нет. Больше скажу, что вспоминаю о тех временах, играю, есть несколько коронных номеров типа мьюзикла «Cats», «Аллилуи» из «Шрэка». Могу также сыграть на слух какую-нибудь мелодию, которая звучит рядом. Подбираю ноты. В Витебске вот хожу заниматься раз в неделю с преподавателем. Моя девушка хорошо поёт и хочется подобрать тональность и исполнить с ней совместный номер. Феде с применением навыков чуть сложнее — он всё-таки на флейте, а не на фортепиано учился. Хотя на пианино тоже может. Возможно, спустя годы в нём интерес к музыке тоже проснётся.
— Ты вообще был для него воспитателем? — Нет, на самом деле. Просто всегда брал его играть со старшими. У нас вообще странно получалось. Однажды я с семьёй пошёл устраиваться в спортивную школу «Юный динамовец», куда меня позвали из районной футбольной секции. Вот стоят мама, папа и совсем маленький Федя, а отец внезапно спрашивает у тренера: «А можете второго тоже взять?» «Пусть приходит», — говорят. Так он в 7 лет целый сезон и бегал с 11-летними, а уже оттуда его позвали в ЦСКА.
— Это же вообще топовая методика подготовки, когда младшие играют со старшими. — Всё это очень индивидуально. Нужно смотреть медицинские показатели, способен ли ребёнок справиться с физическими и психологическими нагрузками. Вот Федя — он обладает «бронью». И хоть сам по себе очень живой человек, но не сильно переживает по поводу чего-то. В юношеском ЦСКА он почти сразу стал капитаном и всегда был уверен в себе и в своих поступках. Это и в главной команде заметно. Да, временами бывают неудачные серии, но он спокойно, без тряски на них реагирует, и в итоге достигает ещё более высокого уровня, чем раньше.
— У вас в ролике есть кадр, когда Головин выбирает футбол, а не деньги, но переходит в «Монако» за мечтой. Без фамилий, но вырваться в «Кристалл Пэлас», а не остаться в РПЛ — не мечта для футболиста? — Дела брата я не хочу комментировать, потому что это будет некорректно с моей стороны.
— Тогда как ты думаешь, реально дорасти до ЦСКА? — Это футбол, здесь всё реально, если честно относиться к делу и делать правильный выбор. Поэтому не исключаю, что когда-нибудь такое может случиться.
— Нет напряга, что тебе 25, ты в «Витебске», а Федя — лучший бомбардир чемпионата России, которого зовут в Англию? — Во-первых, у нас с Федей всё хорошо. Приезжаю в Москву, видимся, сидим, общаемся. В семье к нам относятся не как к находящимся в гонке футболистам, а как к любимым детям. Во-вторых, у каждого свой путь. Раньше было напряжение, но сейчас я стараюсь думать об эффективности этих размышлений. Вот был период, когда казалось, что я должен лезть из кожи вон. Бегал по ночам, приходил раньше всех на тренировки, а уходил — позже всех. Но в итоге пришло осознание, что я себя настолько замотал, что просто потерял сосредоточенность.
Есть книга «Теннис. Психология игры», в которой очень хорошо описаны эти моменты. Мучая себя, ты наносишь себе вред, соизмеримый с полным отсутствием тренировок. Нужно ко всему подходить с умом, не смотреть по сторонам, а работать, выискивая баланс личной гармонии. Только настроив мысли таким образом, я почувствовал, что расту. Плюс хотел бы отметить, что в Витебске очень хорошая команда. Люди, которые в команде и отношение к футболу в целом создают здесь благоприятную почву для игры и роста.
— У тебя уже были предложения из РПЛ? — Был в «Анжи» на сборах с Юрием Палычем Сёминым. Я тогда в ФНЛ играл за «СКА-Хабаровск», а они пошли на повышение. Реально мог оказаться в РПЛ, но в итоге попал в «Томь». Но ничего, всё ещё придёт.
— А когда придёт — разве останутся силы на майки, стихи, видеоролики? Это же распыление. — Проблема в том, что я немного сумасшедший чувак. Но если честно, если ты профессиональный спортсмен, нет никакой разницы, в каком клубе ты играешь, в твоей голове и жизни в одинаковой мере всегда преобладает футбол.
А лучший отдых для меня — это и правда открыть заметки и что-то выдумывать. Каждый имеет право заниматься в свободное время тем, чем хочет, при условии, если он качественно и честно выполняет основную работу. А усталость — её нет. Ведь это всего лишь иллюзия.
Видео дня. Звезды, которые, возможно, все еще живы
Женский форум
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео