Ещё

В Крыму победивший рак мозга подросток не может выйти из дома 

МОСКВА, 30 окт — РИА Новости, . В крымском поселке Малый Маяк под Алуштой семья из трех человек ютится в комнате площадью 17 квадратных метров. Двуспальный диван, кровать тяжелобольного ребенка, инвалидное кресло, холодильник и два шкафа занимают помещение целиком — остается только узкий проход шириной в один шаг. Сын Максим (имя изменено) пережил рак мозга и теперь не встает с постели. Чтобы он мог выйти на улицу, родителям приходится спускать его со второго этажа на руках.
"Терапевт сказал: «Больше гуляйте»"
Максиму 17 лет, не так давно он был абсолютно здоровым ребенком. «Очень активный, смышленый, когда пошел в первый класс, уже умел читать, писать, считать. Был лучшим учеником школы», — не без гордости рассказывает его мать Ольга Машанова.
Первые признаки недуга заметили в 2015-м: в конце учебного года у парня развилось косоглазие. Окулист сказал: «Это из-за неправильного освещения, делайте гимнастику, он должен восстановиться». Вскоре Максим начал жаловаться на постоянную головную боль, Ольга снова повела сына к врачу. «Терапевт говорил, что все дело в подростковом возрасте: „Больше гуляйте, он слишком много занимается“. Максим действительно участвовал во всех конкурсах и олимпиадах», — вспоминает Ольга.
Трагедия, разделившая жизнь на до и после, случилась на новогодних каникулах, в самом начале 2016-го, мальчик тогда учился в восьмом классе. «Мы уже Новый год встретили, третьего или четвертого числа он мне звонит: „Мам, мне так нехорошо, меня стошнило“. Я тогда работала в охране санатория, была на сутках. Так испугалась, сказала, чтобы он ел суп, не трогал салаты, которые с праздника остались», — вздыхает мать.
Пятого января Максиму стало хуже: «Его шатало, он не мог ни стоять, ни ходить». Ольга отвезла сына в больницу, его положили в реанимацию. «Были выходные, КТ сделали только одиннадцатого числа. Тогда и обнаружили опухоль головного мозга», — говорит мать. Она с сыном экстренно вылетела в Москву, уже 19 января Максиму сделали операцию — ее оплатил фонд Хабенского.
За удалением опухоли последовали несколько курсов химиотерапии. После третьего этапа лечения произошло кровоизлияние в мозг — Максим три месяца провел в коме. А когда вышел из комы, оказался прикован к кровати. По сей день.
"Сейчас в основном лежит, пробует сидеть, не говорит, но он в сознании: зовет, если что-то нужно, пытается переворачиваться, работать руками. После операции он разговаривал, после кровоизлияния — уже нет. Нужно с ним заниматься, но реабилитолог в Алуште (15 километров от поселка), а у нас машина старенькая, еле заводится", — продолжает Ольга.
"Десять лет судов"
Максим с мамой и отчимом сейчас живет в крохотной комнате. Ольга въехала сюда в 1994 году, ей выдали жилплощадь как молодому специалисту: она проработала несколько лет учителем математики в местной школе. С отцом ребенка отношения не сложились. «Он неправильный образ жизни ведет, лишен родительских прав», — не вдается в подробности Машанова. Алименты от бывшего мужа пытается получить через суд, но это не единственное разбирательство, в котором она участвует: в прошлом году Ольга узнала, что ей начислили долг за отопление, которого нет с 2013 года.
"У общежития была своя котельная, топили очень хорошо, потом нас присоединили к сельской — у всех начались перебои. И так мы мучились-мучились, в результате попросили нас отключить, платить за холодные батареи никому не хотелось", — объясняет она.
Во многих квартирах на улице Морской, 7, теперь нет батарей, люди зимуют с электрообогревателями. Однако за отсутствующее отопление Ольга должна около 12 тысяч, три из них сняли с карты, куда приходит пенсия Максима.
"Я с ними сужусь, готовлю заявление в Конституционный суд. Там сказали, попробуют решить эту проблему. У меня разбирательства идут уже десять лет, и все никак не можем край найти. Сначала из-за алиментов, потом из-за отопления", — делится подробностями Машанова.
В квартире устроена импровизированная кухня на балконе, холодильник стоит в основной комнате. Ванны изначально не было, но недавно Ольга с соседкой поделили площадь, которая раньше была общей, и у семьи появились собственные удобства.
Отчим и очередь
После развода Ольга вышла замуж второй раз — за бывшего военного летчика Андрея Машанова. Он еще с 1992 года стоял в очереди на жилье. «При Украине он почему-то был то вторым, то четвертым. Когда Крым воссоединился с Россией, его поставили в общую очередь, а не в льготную военную. Но вот место мы не знаем», — описывает ситуацию Ольга.
Сама она тоже пыталась улучшить условия, но получила отказ. Российский жилищный кодекс не закрепляет минимальную норму жилплощади на человека — ее назначают в каждом регионе. В Алуште это десять квадратных метров общей площади на каждого член семьи. «Квартира» Ольги вместе с новоприобретенной ванной комнатой — около 22 метров, в ней постоянно живут трое. Отчим Максима здесь не зарегистрирован, зато отсюда до сих пор не выписался родной отец мальчика.
Ольга обращалась в администрацию Алушты: «Но там сказали: бывший муж здесь не живет, а для нас с Максимом вдвоем места достаточно».
Однако в мае этого года начальник местного отдела по делам несовершеннолетних проверил условия проживания семьи и сделал вывод, что их необходимо улучшить (копия акта обследования имеется в распоряжении РИА Новости).
Вертикализатор в сарае
Семье Максима уже не первый год помогает некоммерческая организация «Добро мира — волонтеры Крыма». Это они собрали средства на ремонт ванной комнаты, а также на мобильный подъемник — вот только пользоваться им Максим не может. Уже после покупки выяснилось, что в подъезде узкие лестничные пролеты — попросту не развернуться. И дорогостоящая техника простаивает.
"Носим его на руках. Не знаю, когда нам сделают пандус: обещали в 2019-м внести наш дом в проект, но год уже заканчивается, а результата нет", — сетует мать инвалида.
Участь подъемника разделил и вертикализатор (устройство, позволяющее избежать осложнений из-за лежачего образа жизни). Волонтеры долго добивались, чтобы семья получила положенную технику, но теперь она в сарае: «Некуда поставить».
"Мы обращались к  (глава Республики Крым. — Прим. ред.), к Машановым приехала комиссия из четырех человек. Они посмотрели и сказали, что в целом условия пригодные. Подумаешь, кухня на балконе, а ванну только что поставили", — недоумевает волонтер Анастасия Асетрова.
Асетрова не сомневается, что семья Максима имеет право на улучшение жилья. «Но Ольга не может ходить по инстанциям, она не оставит Максима одного. Он лежачий и не разговаривает, однако откликается: внутри этого больного тела ребенок, умоляющий о помощи. Если его сейчас не реабилитировать, останется таким на всю жизнь. Выносить его на руках физически сложно, он крупный парень. Мы думали, что вопрос удастся решить благодаря подъемнику, однако Максим по-прежнему не в состоянии выходить из дома. Я считаю, что этой семье должны предоставить хотя бы временное проживание с нормальными условиями», — аргументирует Анастасия.
Акт и перерасчет
В администрации Алушты знают об этой ситуации. Местные власти подтвердили РИА Новости, что сама Ольга не стоит в очереди на жилье, но ее второй муж может претендовать на новую квартиру. Вот только назвать его место в очереди в администрации не смогли.
Также чиновники прокомментировали проблему с оплатой за отключенное отопление. «Они должны были обратиться в управляющую компанию, чтобы там подтвердили отсутствие батарей. А затем с этим актом и письмом — в „Крымтеплокоммунэнерго“, чтобы им сделали перерасчет и убрали эту услугу из квитанций», — заключили в администрации.
Видео дня. Признаки, выдающие неудовлетворенную женщину
Женский форум
Читайте также
Новости партнеров
Новости партнеров
Больше видео