Карантин
Мода
Красота
Любовь
Звёзды
Еда
Психология
Фото
Тесты

Частная медицина адаптируется к новой реальности

Пандемия коронавируса заставляет клиники усиленно внедрять инструменты телемедицины, но и без нее медицина занята своим технологическим обновлением. Об этом «Инвест-Форсайту» рассказывает , генеральный директор Европейского медицинского центра (ЕМС), одной из самых дорогих и престижных частных клиник Москвы.
Частная медицина адаптируется к новой реальности
Фото: Инвест-ФорсайтИнвест-Форсайт
Генеральный директор УК EMC Андрей Яновский в московском офисе компании, 31 мая 2018 года. REUTERS/Tatyana Makeyeva
Частная медицина и пандемия
— Андрей Владимирович, как вашу клинику затронула эпидемия?
— Так как мы работаем с аудиторией, которая часто путешествует и ездит в командировки за рубеж, естественно, многие наши клиенты сейчас оказались в режиме самоизоляции. Мы создали Координационный штаб и организовали для своих клиентов поддержку 24/7. Включив «горячую линию» по коронавирусу, мы получаем более 500 обращений в день. Часть услуг, которые оказывались в клиниках, были переведены в дистанционную форму. По законодательству врачи пока не могут ставить диагноз онлайн, но мы можем наблюдать пациентов, корректировать план лечения, давать рекомендации по режиму и поведению в сложившейся ситуации. Также клиника начала проводить тестирование на COVID-19 с выездом на дом.
— Есть ли какое-то взаимодействие с государством и государственной медициной по поводу эпидемии? Вообще, должна ли частная медицина быть частью государственной политики в этой сфере?
— Конечно, частная медицина не должна быть отделена от общей системы медицинского обеспечения. Департамент здравоохранения Москвы проводит общие встречи для руководителей государственных и частных лечебных учреждений, где мы получаем обновленную информацию по ситуации с коронавирусом и организации совместной работы. В данный момент по условиям выданной лицензии мы не работаем с инфекционными больными, но можем выявить случаи заболевания и направить пациентов в установленные для этого государственные учреждения.
На повестке дня — 4Р-медицина
— Внедрение каких новейших медицинских технологий, по вашему мнению, особенно актуально для медицины сегодня?
— Мир меняется, соответственно, меняются и потребности клиентов. Мы хотим жить дольше и качественнее. Сегодняшние тридцатилетние относятся к своему здоровью более внимательно, чем поколение их родителей. Они готовы инвестировать в себя и свое будущее, это формирует новые задачи для системы здравоохранения. О медицине 4P сейчас говорят все. 4P — это prediction (предупреждение), prevention (предотвращение), personalization (персонализированный подход) и participation (участие и вовлеченность пациента в процесс лечения).
В EMC мы реализуем персонализированный подход через программу «Личный врач». Личный врач — это персональный медицинский советник для вас и вашей семьи, у которого есть вся информация о вашем здоровье и который вместе с вами составляет программу медицинского наблюдения, точно подстроенную под ваши потребности и цели. Вы хотите пробежать марафон, пойти в горы или покататься на серфе? В любом случае вам не помешает правильная подготовка, чтобы не рисковать здоровьем. После того как организм получил серьезные физические нагрузки, неплохо проконсультироваться с врачом спортивной медицины, физиотерапевтом, специально подготовленным реабилитологом.
Мобильное приложение EMC позволяет вам быть в контакте с вашим врачом 24/7, заказывать услуги, а доктору — получать информацию о вашем здоровье, тем более что мы внедряем все больше носимых устройств, с которых возможна передача данных сразу в личный кабинет: кардиодатчики, футболки с датчиками физической активности и т.д. Получая постоянно обновляемую информацию, врач может в спокойном режиме, а не только во время вашего экстренного визита в клинику, ее обработать и спланировать нужные действия.
Медицина, гаджеты, искусственный интеллект
— Это интересно. Медицина развивалась много веков, не зная, что такое носимые гаджеты и сканирование информации 24/7. Все методики построены не на этом. Гаджеты развиваются очень бурно, но как бы немножко отдельно от медицины. Есть ли у нас вообще мощности, чтобы перерабатывать эту информацию? Есть ли проверенные методики, которые позволяют именно на основании данных, которые генерируют датчики, выдавать правильные медицинские рекомендации?
— Для меня спора о том, что лучше, искусственный интеллект или врач, не существует. Ответ, как мне кажется, может быть только один: они лучше вдвоем. Искусственный интеллект может проанализировать большие массивы данных и отсеять ненужное. Но окончательное решение всегда принимает врач.
— У вас уже есть какие-то системы искусственного интеллекта для этих данных?
— Мы работаем практически со всеми производителями, которые этим занимаются. В частности, мы тестировали Watson. Сейчас начинаем активно использовать собственную big data. Мы, наверное, первая медицинская компания, которая ввела должность Chief Digital Officer. Данные в медицинских картах — это колоссальный объем информации, который нужно грамотно использовать для совершенствования как медицинских, так и вспомогательных бизнес-процессов.
— И каковы успехи? На какой фазе сейчас эти работы?
— На мой взгляд, эти работы во всем мире находятся пока в зачаточном состоянии. Но вы абсолютно правы, скорость их развития колоссальная. Мне кажется, наша задача как клиники — не развивать все на своей территории, а внимательно смотреть на тысячи подобных проектов и привлекать лучшее для решения своих задач.
— Продвинутый биохакер, который обвешает себя датчиками, сможет из этого извлечь реальную пользу?
— Биохакер — вряд ли. Я все-таки думаю, что ему стоит поделиться своими находками с врачом. Единожды сданные анализы, если это не критическая ситуация, не позволяют сделать какие-либо выводы. Всегда нужно следить за трендом, за изменениями в вашем организме. Каждый из нас индивидуален, а биохакинг — это возможность более тонкой настройки всех жизненно важных функций и процессов организма.
— Есть ли у ваших врачей, которым пациенты будут приносить свои данные, какие-то методики, знания, чтобы работать с этой новой информационной реальностью?
— Например, большое количество наших клиентов прошло генетические тесты. Данные тестов интерпретируются командой специалистов, на их основании мы можем сделать вывод: есть ли реальные риски для здоровья или это «фоновые» изменения, за которыми можно наблюдать. По итогам для каждого клиента разрабатывается подробный и строго индивидуальный план здоровья. Какие продукты вам подходят, а какие вредят. Как работает ваш метаболизм. Предрасположенность к снижению уровня витаминов и железа и многое другое.
— Вы являетесь сторонником популяризации генетических тестов? Из них действительно можно извлечь пользу?
— Не то чтобы я был их адептом. Но я считаю, что это один из источников необходимой информации, которую нужно изучать. Ведь наука не стоит на месте. Сегодня мы делаем тесты с определенной глубиной, еще недавно она была значительно меньше. Я верю, что генетические исследования будут приносить нам больше и больше информации.
Телемедицина и превентивная медицина
— Как вы оцениваете перспективы телемедицины?
— Я приведу вам пример того, что мы сейчас делаем в EMC. Усложнилась ситуация, люди меньше перемещаются. Я не называю это кризисом коронавируса, на мой взгляд, это прежде всего экономический кризис, на который наложилась эпидемия. Я понимаю, что, выйдя из этой фазы, мир станет немного другим. Значит, скорее всего, мы не будем столько же летать, потому что научимся использовать виртуальные способы общения и поймем: такое количество командировок не нужно. Не нужна постоянная смена часовых поясов, а роль цифровых технологий во всех сферах возрастет.
Сейчас наши клиенты начинают более активно использовать возможности дистанционных консультаций, особенно в сложившейся ситуации. В первом квартале 2020 года количество онлайн-консультаций выросло на 84% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.
Кроме того, EMC сейчас проводит клинические испытания израильской технологии TytoCare, которая позволяет врачу дистанционно в режиме реального времени послушать легкие, осмотреть уши, нос, горло и кожу, измерить сердечный ритм, температуру с помощью высокоточного портативного прибора. Врач «управляет» вашим устройством и видит все данные на своём компьютере. Людям, которые сейчас находятся в напряженном состоянии, это помогает. Пациент понимает, что он 24 часа находится в контакте с клиникой. Вот поэтому я верю в телемедицину. Уверен, что таких приборов будет все больше, они станут точнее, и в будущем мы сможем дистанционно ставить диагнозы.
— Как должна, на ваш взгляд, быть устроена система превентивной медицины?
— Это постоянный диалог со своим личным врачом. Он должен понимать ваш организм и полностью взять на себя заботу о выборе процедур и врачей-специалистов. Это уже атавизм, когда мы звоним в колл-центр и говорим: мне к неврологу. Вы точно знаете, что вам к неврологу? Врач общей практики, «семейный врач» может точнее определить суть проблемы и адресовать вас к узкому специалисту. Принцип превентивности заключается в том, что мы собираем всю информацию о вашем здоровье и вместе с вами отвечаем на вопрос: какая у вас цель. Вы хотите заниматься спортом, быть активным, повысить продуктивность работы. Значит, вам нужно обратить внимание на те или иные показатели. А главное — следить за здоровьем с определенной периодичностью, чтобы поддерживать себя в форме. Мы же за машиной все время следим и гоняем ее на ТО.
Медицина и инвестиции
— У вашей клиники репутация одной из самых дорогих или, может быть, самой дорогой в Москве. Чем это можно объяснить?
— Мы смело заявляем о том, что уровень медицины в EMC соответствует тому, за которым вы исторически ездили за границу. Мы приглашаем ведущих иностранных врачей, используем самые современные зарубежные методики и лучшее на сегодняшний момент оборудование, покупаем действительно качественные расходные материалы. Поэтому структура себестоимости ничем не отличается от той, что за границей.
Для врачей у нас есть школа последипломного образования ЕМС MedicalSchool. Это глобальное сообщество, двадцать одна кафедра, они взаимодействуют со всеми лучшими специалистами и госпиталями мира. Добавьте к этому сервисную составляющую. Наш клиентский отдел собирает обратную связь, замеряет NPS и реагирует на все обращения, жалобы, предложения и т.д. Вся это не может стоить дешево. Так и формируется цена.
— Такие клиники, как ваша, являются привлекательным объектом для инвесторов?
— Наша клиника — показательный пример. В 2008 году сегодняшние инвесторы приобрели маленькую клинику и развили ее в серьезную сеть. До недавнего времени среди наших акционеров был инвестиционный фонд «Беринг-Восток», недавно его доля была куплена «МедИнвестГрупп». Пока рынок представлял из себя хорошую возможность для заимствований, которые могли бы быть использованы для дальнейшего развития, мы рассматривали первичное размещение акций. Поэтому делали EarlyEducation — поездки по инвесторам, были и в Штатах, и в Европе; везде все с огромным удовольствием смотрели на то, что у компании очень позитивная динамика развития.
Естественно, нельзя недооценивать российский рынок. Он пока еще очень неразвит, у него огромные перспективы. Тут частной медицине предстоят годы развития. Наверное, инвестиционный климат на сегодняшний день находится не в самом лучшем состоянии, но я верю в то, что он изменится. Интерес к инвестициям в медицину будет только расти.
Беседовал Константин Фрумкин