Карантин
Мода
Красота
Любовь
Звёзды
Еда
Психология
Фото
Тесты

«Долина – это куча фриков, которые собрались в одном месте»

Rusbase продолжает рассказывать о женщинах из Кремниевой долины,
«Долина – это куча фриков, которые собрались в одном месте»
Фото: RB.ruRB.ru
смотрите других героинь на странице специального проекта.
Про переезд
Я наведывалась в Кремниевую долину с 13 лет: у меня был вид на жительство в США, потому что после развала СССР часть моей еврейской семьи перебралась в Сан-Франциско. Десять лет назад забеременела и решила, что рожать в Долине будет лучше для нас с ребенком. Мой муж тоже думал над переездом: он хотел развивать бизнес там, где к предпринимателям не относятся как к врагам народа. Таким образом, у нашей семьи созрел план: я приезжаю, рожаю, осматриваюсь, а дальше мы решаем, остаемся или нет.
Тогда в Долине не было столько знакомых русскоговорящих ребят и девчонок, как сейчас. Как я перетащила друзей? Приглашала их в хорошую погоду на балкон, показывала красивый вид с террасы и говорила, как в мультфильме «Король Лев»: «Симба, это все – твое!» Со своими людьми хочется быть везде, где бы не был. Теперь ходим друг к другу в гости.
Посмотреть эту публикацию в Instagram
ни в кого не влюблена, просто драматичная.
Публикация от Olga Zhuravskaya (@ozhuravskaya) 16 Янв 2020 в 8:40 PST
Про благотворительность
Раньше я была юристом, работала в компании «Базовый элемент». Но чувствовала, что юриспруденция – не мое. В 25 лет решила, что хватит терять время. Тогда понятия «заниматься благотворительностью» не было: мне приходили какие-то запросы на помощь, а я старалась участвовать. Это получалось и сильно нравилось.
Я начала работать с Галиной Чаликовой (создатель и первый директор фонда «Подари жизнь», Галины не стало в 2011 году – прим. ред.) – мы называли ее нашим Дамблдором, а нас – ее армией. Она была невероятной, своей харизмой могла убедить любого человека в чем угодно.
В России я успела основать несколько фондов и проектов. Сегодня работаю на удаленке в благотворительной организации «Журавлик», который учредила совместно с ближайшей подругой и финансовым директором по совместительству, Марией Евдокимовой. Благотворительность позволяет мне общаться с людьми с разных концов света, это как свое братство.
По приезду я взяла телефон, позвонила в парочку благотворительных американских фондов и поинтересовалась, можно ли прийти поучиться у них. Вуаля – календарь расписан на полгода вперед.
Позже открыла фонд Grains of Good Foundation в США, потому что юридическая возможность фандрейзить в двух странах – это удобно. Кроме того, здесь мы получаем налоговый вычет.
Недавно сюда приезжала в командировку целая делегация из России: «Такие дела», «Дом с маяком», «Вера» (российские НКО – прим. ред.). Мы пришли к выводу, что на родине многое в благотворительности делается с опережением, просто потому что мы вынуждены крутиться. В Америке долго не нужны были извороченные идеи для фандрайзинга. Эта сфера родилась здесь уже 60 лет назад и считается зрелой.
Я думаю, что благотворительность – это предпринимательство. Ты должен придумать концепцию, найти деньги на старт, собрать команду, постоянно учиться.
Посмотреть эту публикацию в Instagram
Возможно, что это не самое лучшее наше с Митей селфи, но просто потому что оно первое.
Публикация от Olga Zhuravskaya (@ozhuravskaya) 11 Дек 2019 в 10:22 PST
Про бар в Сан-Франциско
Мой очень маленький бар Rum&Sugar (называю его «бардетка») пока не приносит прибыли, но он стал для меня настоящим «окном в мир». Как иначе знакомиться с интересными людьми, если все разбрелись по тусовкам? В бар можно пригласить всех и перемешать. Здесь я вижу простых людей вне офисов и стартапов.
С точки зрения бизнеса, в Америке все здорово устроено. Работаешь по закону – все для тебя.
Например, если придет городская администрация и скажет, что им что-то не нравится, нас не закроют – можно решить спор в суде. Да, после двух часов ночи все бары Сан-Франциско превращаются в тыкву (в Калифорнии действует закон, согласно которому после 2 часов ночи нельзя продавать алкоголь – прим. ред.) Сейчас Rum&Sugar вообще закрыт и его будущее туманно, но меня греет мысль, что раз таверны в Средневековье пережили чуму, то и мы коронавирус переживем – люди всегда хотели выпить.
Я сама звонила в службу контроля продажи алкоголя и рыдала в трубку, просила дать нам какие-то разрешения. Вот сегодня (22 мая – прим. ред.) барам разрешили работать на улицах. Мы объединились с кафешкой напротив и будем кормить и поить людей за столиками на улице.
Посмотреть эту публикацию в Instagram
Who is your favorite bar now, kittens? #sfbars #tenderloin #rumandsugarbar
Публикация от Olga Zhuravskaya (@ozhuravskaya) 26 Май 2020 в 6:19 PDT
Долина для меня – это
Вся технологичность Долины прошла мимо меня – я работаю с НКО и являюсь совладельцем бара. Но многие друзья в ИТ – честно, не понимаю, что они делают. Но Долина – это больше, чем ИТ. Это куча фриков, которые собрались в одном месте.
Раньше мы знали, что тут проходят самые лучшие музыкальные фестивали, есть своя джаз-сцена. Сегодня музыкант уже не может снимать комнату в Сан-Франциско, потому что все стало очень дорого. И сместилось в сторону технологий. Такое смещение – всегда плохо. Неизвестно, как это связано, но мы с фондом видим возросшее число детей-аутистов в Долине, и не можем пока этого объяснить.
Обложка: Unsplash.com / @edusantos