Проверено на себе
Звёзды
Психология
Еда
Счет
Любовь
Здоровье
Тесты
Красота

«Измеряю обороты не в деньгах, а в людях». История знаменитого медового стартапа Гузель Санжаповой

Малый Турыш — деревня на 20 домов в 200 километрах от Екатеринбурга. «Малый Турыш» — производство, где трудятся жители этой деревни. «Малый Турыш» — бренд, который изначально ассоциировался только с крем-мёдом, а сейчас выпускает натуральные сладости, варенье, травяные чаи, косметику, товары для дома и сотрудничает с корпорациями: от «Вкусвилл» до .

«Измеряю обороты не в деньгах, а в людях». История знаменитого медового стартапа Гузель Санжаповой
Фото: Секрет ФирмыСекрет Фирмы

Меня часто называют социальным предпринимателем. Моя задача — чтобы жители города могли получать натуральные продукты, а жители деревни — работу и признание. Таким образом я строю мостик между городом и деревней.

Видео дня

Деревня — это наш общий дом, несмотря на очевидный тренд на глобализацию. Я часто выступаю на больших форумах и слушаю, как люди говорят о развитии территорий, имея в виду только города. Проблема умирания деревень актуальна для всего мира, но для России она стоит особенно остро.

Городские жители часто смотрят на деревенских с неким высокомерием. Многие деревенские жители думают, что бизнес — это спекуляция. Я никому ничего не хочу доказывать, а просто занимаюсь любимой работой. Но своим примером показываю, что и то и другое — это глупые стереотипы.

Малый Турыш www.facebook.com/coccobellohoney

Малый Турыш www.facebook.com/coccobellohoney

Малый Турыш www.facebook.com/coccobellohoney

Пасека. Малый Турыш www.facebook.com/coccobellohoney

Как всё начиналось

В 2013 году мой папа получил от дедушки в наследство пасеку в Малом Турыше. Было очевидно, что семейное дело нужно продолжать.

Я приехала в деревню на лето и увидела 20 домов, огороженных заборами. Жители общались только по средам, когда в деревню приезжала автолавка. Мне показалось, что общее дело может объединить всех и помочь папе перестать быть чужаком в деревне.

Мёда от 69 ульев было много, а девать его было особо некуда. В то же время папа вычитал, что можно взбивать мёд — тогда он не будет слишком приторным. У меня были небольшие сбережения. На 300 000 рублей мы купили минимальный набор для производства крем-мёда и начали экспериментировать. Это сейчас крем-мёдом уже никого не удивишь, но тогда это было в новинку.

Взбивая мёд, мы добавляли туда ягоды. Собирать их нам помогали местные жители — для многих из них это единственная возможность заработать, не покидая деревню.

Тогда, семь лет назад, у нас работали четыре бабушки. А в этот сезон заготовки мы ожидаем около 300 сборщиков трав и ягод. Это жители всех возрастов из Малого Турыша и окрестных деревень.

Мы уже давно выпускаем не только крем-мёд. Ягоды нужны, например, ещё и для нашего натурального варенья из жимолости, земляники и малины.

Мы высчитали, что две банки варенья трудоустраивают одного сезонного работника на день.

www.facebook.com/coccobellohoney

С какими проблемами столкнулись

Сейчас я собираюсь обучать жителей деревни ведению микробизнеса, но семь лет назад мне приходилось лично каждому из сотрудников объяснять, что мы делаем и для чего, чтобы они могли не просто зарабатывать деньги, но и гордиться своей работой.

Предпринимательство — это не только нанимать работников и платить им деньги. Это огромная ответственность за людей. И иногда эта ответственность мешает спать.

Коронавирус и самоизоляция

Во время самоизоляции производство работало с укороченным штатным расписанием: пожилые люди находились на больничных, часть молодёжи — в запланированном оплаченном отпуске. Но я изначально сказала, что не собираюсь никого сокращать: сотрудники в деревне на вес золота, и наши отношения с ними строились годами.

Стереотипы

Только на четвёртый год ведения своего бизнеса я доросла до того, что мужчины могут пожать мне руку не как девочке, а по-настоящему. Хотя на бизнес-форумах до сих пор иногда недоумевают: «Кто пустил этого подростка на сцену?» Я действительно молодо выгляжу, и оказалось, что это проблема: всё-таки встречают по одёжке, и я внешне не всегда произвожу впечатление серьёзного предпринимателя.

Принято считать, что моя аудитория — это хипстеры, но моя аудитория — это люди 35+, которые думают о будущем и предпочитают не просто натуральный продукт, а натуральный продукт со смыслом, осознанное потребление.

Про финансирование и краудфандинг

Историю деревни я рассказываю с помощью краудфандинга. С участниками шести крауд-кампаний мы собрали больше 8 млн рублей на развитие производства и благоустройство деревни.

Две моих последних крауд-кампании на Planeta.ru посвящены строительству в деревне общественного центра, который станет ядром развития территории. Это дорогой, но очень нужный проект: оборот нашего бизнеса в 2019 году составил 21 млн рублей, а строительство общественного центра без оборудования мы оцениваем в районе 20 млн рублей.

Там будут: пекарня, фирменный магазин, туристический центр с гостиницей и образовательное пространство, а также помещение для услуг, где можно будет подстричься или пройти осмотр у приезжающих врачей. В образовательном центре я планирую запустить как минимум две программы обучения.

Ежедневно мне пишут разные люди со всей страны, которые тоже хотят развивать свои деревни. Давать советы в Facebook неэффективно. Чтобы понять, как это всё функционирует, нужно в этом пожить, поэтому я хочу обучать таких энтузиастов прямо в деревне. А местных жителей буду обучать ведению своего микробизнеса.

Для нас очень важно поскорее открыть общественный центр. Поэтому мы фактически запустили седьмую крауд-кампанию — собираем предзаказы на варенье на собственном сайте. Одна банка варенья помогает приблизить запуск общественного центра на 0,00008%.

www.facebook.com/coccobellohoney

Зачем большой бизнес маленькому

Общественный центр нам помогают строить компании Good Wood, «Уралбрус», «Конструктивное решение», «Уральский дом инженера», , Deceuninck, Roto Frank AG, «Спецремстрой», AkzoNobel, Ursa.

Банк «Точка» выступил спонсором строительства крыши (мы выиграли в их недавнем конкурсе). В 2018 году группа «Чайф» давала благотворительный концерт на месте будущего центра — билеты мы заранее распространяли через краудфандинг, все деньги шли на стройку. В том же году компания «Инвитро» бесплатно обследовала жителей деревни. Для Unilever мы делали 15 000 чайных ложек-леденцов, которые продавались в пачках вместе с чаем Lipton. С 2020 года в Малом Турыше начали шить текстиль для IKEA.

В целом не было ещё ни одного партнёра, которому бы я предложила сотрудничество и который бы мне отказал. С одной стороны, потому что я предлагаю честное и действительно интересное партнёрство. С другой стороны, потому что никогда не обращаюсь в надежде на авось, а изучаю компании и их потребности.

Мне неинтересно мериться оборотами. Это раньше я конвертировала деньги в товары, думая: ага, я заработала 300 000 рублей, могу купить то-то и то-то. Сейчас я конвертирую деньги в добрые дела и изменённые жизни. Поэтому и про варенье говорю, что это не просто банка с ягодками в сахаре, а трудоустройство жителей деревни и благоустройство территории.

Это действует не только на обычных покупателей, но и на большой бизнес, для которого «корпоративная ответственность» — это не просто слова.

Советы, инсайты

1). Я всегда за то, чтобы делать акцент не на проблеме, а на решении. Даже в пандемию мы постарались увидеть плюсы и возможности, хотя нередко было страшно. В этот нелёгкий период мы решили для себя, что самое время улучшить работу нашего розничного сайта, повысить его эффективность, а ещё вывести наши коммуникации на новый уровень.

2). Мы делаем огромную ставку на людей. Мы никогда не надеялись на помощь от государства. Недавно принятый закон о социальном предпринимательстве никак не учитывает нашу историю. Ходить и доказывать, собирать бумажки и стоять в очереди, чтобы попасть в реестр (пострадавших от коронавируса компаний. — Прим. «Секрета»), — не моя сильная черта. Особенно, когда неясно — зачем. Потому мы делаем ставку на развитие отношений с нашими клиентами — это перспективнее и интереснее.

3). Продукт продаёт история. Я точно понимала, что для того, чтобы рассказать обо всех проблемах, которые существуют в деревне, мне нужен мужчина — это мой папа, ему сейчас 57 лет. Ещё одним важным героем нашего бизнеса была и является моя бабушка, которой не стало в 2018 году. Кстати, некоторые поэтому думают, что моя история исключительно про бабушек. Но среди сезонных работников очень много подростков. И не все ребята уедут в город — не у всех семьи вытянут там даже бесплатное образование. Поэтому наш проект про будущее для всех поколений.

Заниматься бизнесом в России — дело геройское (и пандемия это очень чётко показала). А быть социальным предпринимателем, то есть не только развивать своё дело, но и попутно решать социальную проблему, — вообще джедайский навык.