Проверено на себе
Звёзды
Психология
Еда
Счет
Любовь
Здоровье
Тесты
Красота

Финальная глава антивирусного романа «Изолента»: «Игра»

Краткое содержание предыдущих глав:

Финальная глава антивирусного романа «Изолента»: «Игра»
Фото: Новый ОмскНовый Омск

Герой романа — Степа, погибший в наше время во время эпидемии вируса, неожиданно пробуждается в будущем. Ученые нового времени восстановили его тело по останкам ДНК, чтобы он смог дожить свою жизнь до биологической старости. Перед Степой встает выбор, где продолжить путь — в новом загадочном мире или же в своем родном прошлом. Он делает выбор и оказывается в мире своего счастливого детства — в 80-х годах советской эпохи. Здесь он неожиданно встречает девушку из прежней жизни — Вику. С ней он и засыпает в ее комнате в коммуналке. Во сне Степа чувствует, что к нему подключилась система тотального знания «Скрипт». Он углубляется в свое подсознание, чтобы с помощью «Скрипта» раскрыть тайну Кода. У Степы появляется сосед — известный советский художник Алексей Урюкин со своей историей возрождения и студентка исторического факультета Света, которая жаждет попасть в другую «Изолированную линию», чтобы сравнить ощущения. Внезапно Степа узнает про необычный случай - один из жителей «Изоленты» самоустранился из системы, не оставив следов. Степа отправляется на поиски. Он начинает чувствовать, что новый мир, в который он попал устроен сложнее, чем он думал прежде, и не является для него таким уж дружественным.

Видео дня

Глава Последняя: «Игра»

- Знаешь, Степа, иногда ты меня бесишь, просто капец как… - Вика с грустью смотрела на мужчину, валяющегося на канапе, - Все эти твои идиотские шуточки… «Это - Вика, и у нас с ней алкоголизм» - кривляясь произнесла девушка, - Нормально вообще? А что обо мне люди подумают, тебя не волнует, да? Ты какой-то женоненавистник в самом деле...

- Я-то? Нет, ну мы, конечно, без конца проклинаем противоположный пол, и, разумеется, за дело. И все же я хочу спросить — а откуда тогда взялись четыре миллиона оргазмов? - игриво засмеялся Степа.

Вика пропустила шутку мимо ушей.

- Ты думаешь я не догадывалась про твои шашни. Про эту швабру ободранную Светочку, которую ты хотел трахнуть…

- Не трахнуть, а в кино сводить… - Степа шутливо надул губы, - И между прочим, это было три года назад. Президент с тех пор уже амнистию объявил.

- Как же с тобой сложно. Никогда не поймешь, глумишься ты или говоришь правду… - Вика продолжала, не обращая внимания на его слова.

- Глупыш, с каких это пор людям нужна правда? Нам вполне хватает умения разбираться в оттенках лжи, - Степа с нежностью посмотрел на Вику.

- Услышать от тебя что-то приятное – не дождешься, - девушка, точно читала мантру, - мне тебя мало, а тебе меня - много. Я атакую, а ты ускользаешь. Я – жаба, а ты – солнышко. Я - гадина, а ты – котик…

- Но жаль, что ты не видишь, как красиво я о тебе думаю, - Степа хотел было подняться с канапе и обнять Вику, но почему-то не сделал этого.

- Мог бы ты хоть раз ответить честно? Помнишь, Борменталь спрашивал тебя, почему при пробуждении ты думал именно обо мне? Вот, правда, интересно - почему? Ты же дубина бесчувственная, - Вика едва сдерживалась, чтобы не засопливить.

- Ооох, - Степа закатил глаза, - ну это не женщина, это сплошные фонтаны и водопады.

- Ты ходячее кладбище неразделенной любви, - слезливо бурчала Вика.

- Ой, давай не будем про кладбище, дор сих пор не по себе от всей этой истории. Кстати на могиле у Рильке такая надпись: «Быть ничьим сном под тяжестью стольких век». Это про меня. Понимаешь?

- Словоблуд и блудослов… - мироточила Вика, - ну почему тебе снилась я? Почему? Почему?

Степа потупился.

- Вика, ну я же не контролирую все свои функции… Понятия не имею, кто у меня там отвечает за сны, и почему именно тебя мне показывают с таким остервенением… Рискну предположить, что просто мой организм… ну любит тебя.

- Фигляр, зараза не милая, - шумела Вика.

- Ну хорошо, хорошо… Я думаю, что я люблю тебя, - Степа словно сбрил улыбку с лица и кажется, впервые за вечер произнес серьезно, - Вика, я люблю тебя…

- Ну очнись уже, облизьяна зеленая… - не унималась девушка.

- Блин, да ты меня совсем не слушаешь…

- А она вас и не слышит… - откуда-то со стороны прозвучал знакомый мужской голос.

- Тьфу ты пропасть, Борменталь… Напугал! А Вика еще говорит, что это у меня шутки дурацкие… Вик, ну ты видела? А? Закрался проказник в нашу комнату. Или это ты его пустила?

Вика монотонно продолжала свою обвинительную мантру.

- Я же говорю… Она вас не слышит…

- В смысле не слышит? Вииии-кааааа! – Степа пощелкал пальцами в воздухе.

Девушка не отреагировала, точно находилась где-то за стеклом или в телевизоре.

- Так Борменталь, что происходит? – мужчина приподнялся и сел на канапе. – Что с Викой?

- Гораздо важнее, что случилось с вами, Степа, - пространно ответил доктор, - кстати никакой Вики здесь нет.

Степа нервно обернулся. Весь интерьер комнаты, который еще секунду казался таким реальным растворился в воздухе вместе с девушкой. Он вновь сидел на кушетке в белом помещении с которого начиналось его «обнуление». И перед ним, как и тогда стоял доктор Борменталь.

- Здесь? А где это здесь, позвольте полюбопытствовать? – Степа не скрывал своего нарастающего раздражения.

- Давайте определим это место, как некое пространство для экспериментов…

- Борменталь, ты мне зубы не заговаривай. Я тебя не первый день знаю. Давай без… - Степа зло выругался, - переходи сразу к главному.

- Ах да… Главное, - равнодушно произнес доктор, - я, наконец, услышал в вашем диалоге с Викой главное… Собственно поэтому мне и пришлось свернуть эти декорации....

- А тебе «Скрипт» не подсказывает там в ухо случайно, что подслушивать нехорошо? – Степа почувствовал, что находился в сильном замешательстве.

- А нет никакого «Скрипта». Это фикция. Колышек для циркового слоненка… - доктор произносил эти слова мягко, точно мял в руках теплый пластилин.

Степа схватился за голову.

- Что за бред? Бред… При чем тут цирковой слон?

- Дело в том, что в перерыве между представлениями цирковых слонов обычно сажают на цепь, которая привязана к небольшому колышку за кулисами. Многие удивляются, почему же такой гигант не может вырвать этот колышек и убежать. А все просто - он много раз безуспешно пытался… когда еще был слоненком. Представьте сколько своих тщедушных сил он приложил тогда, чтобы вырваться на волю. Но увы. И это окончательно сломило его волю – да так что он перестал даже предпринимать попытки.

- Отлично, просто великолепно! Вика у меня перед носом исчезла, комната превратилась в больничную палату… а мы о слонах разговариваем. Браво, Борменталь. Блеск! – Степа издевательски несколько раз хлопнул в ладоши, - ты сказал, что услышал главное. Вот и давай про главное. Что я там такого сказал?

- Вы признались Вике в любви… - пожал плечами доктор.

- И че? Ты в первый раз слышишь, как человек признается в любви? – Степу сильно раздражал равнодушный тон собеседника.

- Вы совершенно правы, человеческое признание в любви не является для нас чем-то удивительным, и уж тем более главным. Вот только вы то, - он помедлил, – не человек.

- Дааааа, Борменталь, а с тобой не соскучишься. У тебя что ни день, то новости! – засмеялся Степа, - И кто же я такой? Может быть слон?

- Вирус, – перебил его доктор.

Степа резко изменился в лице.

- А точнее, оболочечный одноцепочный плюс РНК-вирус. Род Бетакоронавирус, подрод Сарбековирус.

- Это что? Метафора?

- Понимаете, Степа… Кстати вы не против если я буду продолжать называть вас этим именем? Просто я уже привык и мне хотелось бы…

В этот момент Степа ощутил невероятный приступ ярости. Он резко соскочил с кушетки и со всего размаха ударил Борменталя в переносицу…

Следующие 15 секунд он не понимал, что происходит. Мужчина словно провалился в доктора и начал падать в бездонную пропасть. Скорость полета увеличивалась с каждой секундой. Бездна начала сужаться и Степа понял, что летит вниз по черному тоннелю, который становится все тоньше. Степа ощутил неимоверную четкость сознания. Ему казалось, он может рассмотреть каждую точку в черной мантии тоннеля. Однако точки стали разрастаться, превращаясь в миллионы зрачков, которые заинтересовано смотрели на него. По мере полета зрачки растягивались в глаза. Из глаз вытянулись носы, а из ноздрей вылупились губы. В одно мгновение он оказался в окружении миллиона лиц, которые жадно открывали рты, словно пытались его проглотить. Это были лица Борменталя. Степа начал отчаянно дрыгать ногами, чтобы отбиться, но они обволакивали его словно панировочные сухари куриную грудку. Миллионы рук щекотали его со всех сторон. Степа истошно заорал и точно очнулся от собственного крика.

Он лежал на спине перед Борменталем, который, казалось, даже не сдвинулся с места.

Доктор снисходительно улыбнулся.

- Я и представить не мог, что для вас так важно ощущать себя человеком. Это прекрасный результат.

Степа ошалело зыркал по сторонам.

- Да не переживайте вы так… - попытался успокоить его доктор, - Если вам станет легче, то знайте – я также не являюсь человеком…

- А кем тогда? – хрипло сказал Степа, пытаясь отдышаться.

- Люди бы назвали меня лекарством… - меланхолично произнес доктор, - хотя для вас я нечто противоположное.

Степа напряженно молчал.

- Ученые этого мира долго и увы безуспешно пытались победить вирус вашего бренда, уж простите за такой юмор, - продолжал Борменталь, - причина банальна. Люди, в силу естественной ограниченности, совершенно не понимали вашей природы, мотивации, уязвимых сторон… Тогда-то и родилась эта совершенно безумная авантюра – сделать вас более понятным для человечества, - то есть, собственно говоря, сделать человеком. И наблюдая за вами в этой форме, понять, как лучше с вами бороться.

Степа с ненавистью смотрел на доктора. Ощущения были как у переживавшего сильное похмелье, которому утром рассказывают о его выкрутасах, а он помнит лишь фрагменты, но четко осознает - все это правда.

- Для этого и был найден больной. Степан. Надо сказать, почти безнадежный, - сказал Борменталь, - последними воспоминаниями которого были, как безумная толпа давит его. А на самом деле, в этот момент его легкие сдавили вы. А дальше мы сделали так – что вы начали чувствовать себя Степой. Для этого нам пришлось сконструировать целую вымышленную вселенную с культом Кода, «Изолентами» и системой всезнающего и вездесущего «Скрипта». Знаете ли Степа очень любит фантастическую литературу, и поэтому вы, как, скажем так, его правопреемник в теле, с энтузиазмом приняли этот сюжет.

Именно об этом я говорил, когда упомянул колышек циркового слоненка. Вымышленный «Скрипт» стал для вас таким колышком. Думая, что все ваши мысли и поступки доступны системе в любой момент вы совершенно перестали ей сопротивляться, и дали нам доступ детально вас исследовать.

Более того, чтобы лучше вас понять мы постоянно помещали вас в систему понятных человеку физиологических и психологических процессов и социальных связей. Воздействовали на вас через сны, страхи и чувства, внедряли новых персонажей в ваш сюжет – художника Урекина, студентку-историчку, мечтающую попасть в одну из «Изолированных линий»…

- И Вика тоже фантазия? – Степа почти с надеждой посмотрел на доктора.

- О нет, - Борменталь расплылся в улыбке, которая вероятно должна была выразить высшую степень умиления, - Вика абсолютно реальна. И сейчас она молится за выздоровление настоящего Степы. Хоть и не у постели больного, как в голливудских фильмах… Сами понимаете, карантин.

- Признание в любви, - продолжил доктор через паузу, - стало последней точкой вашего, скажем так, очеловечения. Ибо осознавать себя влюбленным может только человек. А все началось, как вы помните, с моего вопроса – «хотите ли вы жить?» Эта другой полюс человечности – осознанная жажда жизни. В этом смысле результат превзошел все наши ожидания, мы получили вирус с важнейшими человеческими экзистенциями.

- Получается развели вы меня, - Степа зло рассмеялся, - И что? Теперь победите? Сейчас ты - лекарство говорящее, накинешься на меня и ага..?

- Увы, чтобы полностью уничтожить вас, придется уничтожить все человечество, - равнодушно произнес доктор, - исследования дали определенные результаты, но вывод пока неутешителен – теперь у вас одна дорога с «хомо сапиенс». По предварительным оценкам - навсегда.

- А я? Так и буду сидеть в этом пространстве в теле Степы? – осторожно спросил Вирус.

- Вы вольны делать, что вам угодно. Мы вас больше не задерживаем, - Борменталь сказала это почти с грустью.

- И как же мне выбраться из вашей тюрьмы?

- Ключи всегда были с вами, - он указал на висевший на шее Степы амулет с изображением Анзуда – птицы с львиной головой, - мы не могли полностью лишить вас естества… Все ж таки вы вирус, а не человек. Поэтому все корни вашего самосознания «зашили» в этот «ключ». И отдали вам. Ведь это самое надежное место. Вряд ли вы будете искать то, что и так у вас под носом.

Все это время «ключ» висел на вашей шее, имея самый прозрачный смысл – корона царя зверей, которая разлетается по миру подобно птице… Недаром в мифах боги поручили именно Анзуду устроить глобальный п…ц, простите, потоп. Вы же ломали голову пытаясь разгадать глубинный смысл этой элементарной шарады…

Возникла неловкая пауза, как у малознакомых людей сразу после интимного акта.

- Что ж мне пора, - сказал доктор.

- Погоди, Борменталь, а что станет с тем… ну настоящим Степой?

- Его судьба всецело находится в руках…

- Кого? Следующего автора? – ухмыльнулся Вирус.

- О нет. Следующего автора не будет. Эта история закончится здесь сегодня. А вот наступит ли для Степы завтра – решать вам.

Борменталь поклонился на японский манер и покинул пространство.

Вирус еще долго сидел на кушетке, рассматривая свой амулет. Это был овальный медальон с реверсом из небесного лазурита, и золотой вставкой в виде мифического зверя на аверсе.

- Ну что, Степа, - наконец произнес Вирус, - давай тогда и мы с тобой сыграем в игру. Выпадет реверс - живи, а если львиная башка… Не обессудь.

Несколько секунд он поиграл с амулетом пальцами, затем с щелчком резко подкинул вверх. Медальон с дикой скоростью завертелся в воздухе и со звоном упал на пол.

Вирус с ухмылкой посмотрел на него, затем спрыгнул с кушетки и исчез в огненной вспышке – той, что отблеском отразилась в небесной лазури.

Читайте также:

Глава I. «Обнуление». Автор:

Глава II. «Ностальгия». Автор:

Глава III. «Вика». Автор: Наталья Новгородцева

Глава IV. «Тайна Кода». Автор:

Глава V. «Знаменитый художник». Автор: Игорь Буторин

Глава VI. «Студентка из будущего». Автор: Анастасия Акулова

Глава VII. «Охотник». Автор:

Глава VIII. «Жертва». Автор: