Проверено на себе
Звёзды
Психология
Еда
Счет
Любовь
Здоровье
Тесты
Красота

Как работает новая этика в fashion-бизнесе в эпоху инклюзивности, харассмента, токсичности, LGBTQ+ и прочая, и прочая

Знаете, какой самый востребованный коммуникационный навык сегодня? – говорит Люсьен Пажес, один из авторитетнейших fashion-пиарщиков. – Умение грамотно, то есть вовремя, осмысленно и неголословно, извиняться». И действительно, в условиях победившей cancel culture сделать «все правильно» невозможно или почти невозможно, а расплата за любую ошибку наступает быстро и по хорошо отработанной схеме. Сначала гневные посты от активистов и доска позора @diet_prada (если хотите узнать, кого кэнсельнули сегодня, просто загляните в этот аккаунт), потом чувствительное падение продаж, а иногда и закрытие бренда – такие примеры тоже есть. Причем страшная кара может настигнуть за проступок на любом из многочисленных фронтов. Среди них скрытые (и не очень) расизм и ксенофобия, неуважительное отношение к любому оттенку спектра LGBTQ+, недостаточная инклюзивность, игнорирование проблем окружающей среды, культурная апроприация, несправедливая оплата труда работников разного уровня, харассмент или токсичная атмосфера в коллективе и прочая, и прочая. Перечислять пороги, о которые легко разбить лоб в 2020-м, можно бесконечно. Настоящим Ватерлоо стал флешмоб #BlackOutTuesday, в рамках которого дизайнеры выступили в поддержку Black Lives Matter – да так неудачно, что вместо благодарности получили неуправляемую волну критики. Досталось , который опрометчиво написал в инстаграме: «Есть только одна раса – человеческая», Эди Слиману, который запостил черный квадрат в аккаунте Celine, притом что последнюю темнокожую модель видели в нем год назад, Вирджилу Абло, который пожертвовал комичные 50 долларов (на самом деле больше, но было уже поздно), да и вообще всем тем, кто занялся показательным активизмом, не подкрепив его конкретной финансовой основой. «Когда речь шла о восстановлении собора Парижской Богоматери или борьбе с COVID-19, кошельки распахивались куда охотнее, потому что такие материи вызывают отклик в душе белой и привилегированной верхушки fashion гигантов. А массовые протесты против полицейского произвола – это малопонятно, негламурно и ассоциироваться с ними не хочется. По крайней мере до тех пор, пока не заставит общественное мнение» – так формулирует общие претензии нью-йоркский fashion-консультант Антуан Грегори. В его словах, разумеется, есть доля правды – ну насколько ее может оценить белый, цисгендерный и тоже скорее привилегированный автор этих строк, – но и не замечать работу модных Домов над ошибками тоже невозможно. После серии громких faux pas у многих появились отдельные департаменты или люди, отвечающие за «новую этику». В феврале 2019-го Prada объявили о создании совета по разнообразию и интеграции, сопредседателем которого стала Ава ДюВерне – режиссер, активистка и автор основанного на реальных событиях и совершенно душераздирающего мини-сериала «Когда они нас увидят» про темнокожих подростков, невинно осужденных за изнасилование белой девушки. В марте того же года Gucci анонсировали программу по борьбе с неравенством Gucci Changemakers, а затем наняли на должность глобального руководителя по вопросам разнообразия, справедливости и инклюзивности Рене Тирадо, раньше занимавшую аналогичный пост в Главной лиге бейсбола.

Как работает новая этика в fashion-бизнесе в эпоху инклюзивности, харассмента, токсичности, LGBTQ+ и прочая, и прочая
Фото: Harper’s BazaarHarper’s Bazaar

View this post on Instagram

Видео дня

A post shared by GUCCI EQUILIBRIUM (@gucciequilibrium) on Jun 8, 2020 at 1:08pm PDT По похожему пути пошли в , пригласив Фиону Паржетер из швейцарского банковского холдинга UBS следить за соответствием политики компании актуальным нормам. В LVMH расширили полномочия Элеоноры Риззуто, директора по корпоративной социальной ответственности группы Bvlgari и итальянских брендов конгломерата: теперь в ее задачи входит не только разработка и применение стратегии устойчивого развития, но и антидискриминационная подготовка всех сотрудников. «В 2019-м мы организовали ее для 3442 руководителей, которые играют ключевую роль в трансляции ценностей LVMH. А с 2008 года независимая организация проводит проверки на дискриминацию внутри компании в контексте опубликованных вакансий, чтобы убедиться, что у наших коллег – и особенно у тех, кто отвечает за подбор кадров, – нет расовых или любых других предрассудков», – рассказывает она. В Kering пошли еще дальше и к уже работающей Калпане Багаман Дензел (директор по вопросам разнообразия, инклюзивности и талантам) недавно прибавили нового члена совета директоров : безупречная, как ее Гермиона, актриса заняла место главы комитета по устойчивому развитию компании. И это только вершина айсберга: по данным , сейчас специалисты по diversity (в широком смысле) – самые востребованные люди в корпоративном найме, но при этом мало кто из них надолго задерживается на своих местах.

View this post on Instagram

A post shared by KERING (@kering_official) on Jun 16, 2020 at 9:14am PDT В чем же состоит их работа и почему выполнять ее так сложно? Отвечает , глобальный лидер H&M по вопросам разнообразия и инклюзивности: «Нам нужно научиться острее чувствовать, куда дует ветер, лучше разбираться в расовом и культурном контексте, чаще задумываться, как то, что мы делаем, видится со стороны. В постоянно меняющемся мире, где на первый план выходят то одни, то другие темы, это совсем непросто, но мы учимся и двигаемся вперед». На практике это означает необходимость предугадывать социокультурные тренды и четко понимать: если вчера использование элементов национального костюма было вполне приемлемо и говорило об искреннем интересе к чужой культуре, а для того чтобы считаться очень прогрессивными, хватало выпустить на подиум трансгендерную модель, то сегодня за первое вас просто распнут, а второе воспримут как само собой разумеющееся. Так же как активное сотрудничество с благотворительными фондами, обязательную поддержку молодых талантов, обратную дискриминацию, сокращение вредных выбросов на производстве и расширение размерной линейки. С одной стороны, кажется несправедливым, что именно к нашей индустрии предъявляются такие жесткие требования. За производителями люксовой одежды приходят чаще и громче, чем за теми, кто делает памперсы со златокудрым пупсом на упаковке, например. Но тут, боюсь, брендам некого винить, кроме самих себя. Превратив социальную повестку в один из важнейших продающих механизмов, они подписали невидимый протокол о намерениях, и отказаться от него уже не получится. Да и надо ли? В конце концов, с самого начала своего существования мода была ультразакрытым, кастовым миром со строгим сводом правил, хранительницами которых были худые неулыбчивые бледнолицые женщины. И даже когда элитарность стала исчезать под напором эпохи многообразия, принятия «другого» и развития эмпатии, этот мир продолжал сопротивляться переменам. Так что, может, и хорошо, что теперь нас заставляют развивать soft skills совсем не нежными методами. Читая дискуссии под постами с очередными этическими проколами, часто поражаешься уровню агрессии комментаторов, а глядя на финансовые отчеты компаний – тому, насколько прямая зависимость между выручкой и «этичностью». Зато пройдя жесткий курс лечения, можно будет с большей уверенностью смотреть в светлое будущее. И говорить другим, как Nike (кстати, одна из немногих корпораций, инициатива которой по поводу Black Lives Matter была хорошо принята протестующими): Don’t do it! Текст: АНАСТАСИЯ УГЛИК