Звёзды
Психология
Еда
Любовь
Здоровье
Тесты
Красота
Гороскопы
Мода

Безропотная Таська

Безропотная Таська
Фото: Вечерняя МоскваВечерняя Москва

всю жизнь верила, что именно с нее, со своей первой жены, писал героиню «Мастера и Маргариты». Ведь они так любили друг друга и через столько вместе прошли...

Видео дня

Уж так, наверное, устроены все женщины известных писателей: каждая считает себя главной героиней всей его жизни, прототипом роковых героинь произведений, музой, одним словом.

Не стала исключением и Татьяна Лаппа, Тася, Тасенька. Первая жена Михаила Афанасьевича Булгакова — его первая и самая чистая любовь, женщина, с которой он еще не был известным писателем, но был кем угодно.Студентом, земским доктором, морфинистом. Для верной Таси он остался самым главным и любимым человеком на всю жизнь. Она для него оказалась лишь ступенью в новую жизнь.

Булгаков умер на руках у другой женщины, от тяжелой болезни, совсем еще нестарым человеком — всего-то сорок восемь лет.

В одиннадцатом, ноябрьском, номере 1966 года в журнале «Москва» вышел, с сильными сокращениями, булгаковский главный роман «Мастер и Маргарита». Публикация вызвала целую бурю эмоций — от восторга до полнейшего непонимания. И, конечно, роман внимательно и ревниво читала Тася. Она была уверена: ее Миша писал Маргариту с нее, находя совпадения, казалось бы, в случайных деталях. Например, номер квартиры на Садовой: пятьдесят. Именно в этой квартире когда-то давно жил начинающий писатель Миша Булгаков. Ох, как тогда было голодно! Тася продавала свои вещи, чтобы купить какой-нибудь еды, но приготовить нормальный обед удавалось так редко, что она почти и не выходила на коммунальную кухню, где хлопотали одновременно несколько хозяек, в том числе и сварливая Аннушка.

Или вот отчество Маргариты — Николаевна. Это же она — Татьяна Николаевна! Не может быть такое совпадение случайным. И вот это, отчаянно-пронзительное: «Кто сказал тебе, что нет на свете настоящей, верной, вечной любви?»

Ах как смеялся бы суровый биограф Михаила Афанасьевича, узнав, что маленькая худенькая Тася отождествляет себя с Маргаритой. Наверняка припомнил бы другой эпизод из романа. Тот самый, довольно оскорбительный, когда Мастер пытается, тщетно, вспомнить имя первой своей жены, но вспоминает лишь мелькание перед глазами цветастого халата.

Но Тася была уверена: любовь Маргариты и Мастера писана с их любви, молодой, отчаянной и горькой.

Ясные глаза с прозеленью, нежная оливковая кожа, темные непослушные локоны — такой увидел впервые семнадцатилетний Миша Булгаков гимназистку Тасю, приехавшую из Саратова в Киев к тетке на каникулы. Тетушка Софья Николаевна служила во Фребелевском институте вместе с матерью Булгакова. Вот и попросила милого мальчика Мишеньку показать прекрасный солнечный Киев шестнадцатилетней племяшке…

Тася считала себя «настоящей барыней» — так воспитывала ее мать, полячка Евгения Пахотинская. Старшая дочь статского советника и столбового дворянина, управляющего казенной палатой Николая Николаевича Лаппы могла позволить себе многое. Она была весела и своенравна, капризна, хорошо музицировала, немного пела, обожала театр. Хорошенькая, изящная, маленькая, словно кукла, — словом, настоящая принцесса.

Лето 1908 года было по-настоящему счастливым для Михаила и Таси. Любовь вспыхнула мгновенно, а разве могло быть иначе? Романтичный импульсивный молодой человек и прелестная хрупкая девушка, Киев, утопающий в цвету, лодочные прогулки по Днепру, соловьиные трели... Любовь, любовь.

Каникулы подходили к концу. Давно отщелкал свои трели соловей. На берегу Днепра все не могла расстаться-нацеловаться влюбленная парочка. Юные, наивные и чистые, они вновь и вновь клялись друг другу в вечной любви. На Рождество Тася обещала непременно приехать в Киев.

Родители Таси не на шутку встревожились: не о такой партии мечтали они для своей девочки. Да и потом — оба они так молоды!

На Рождество Тасю в Киев не отпустили, отправили в Москву, к бабушке. Михаил был безутешен и даже решил стреляться от отчаяния. В дом к Тасе перед самым ее отъездом принесли телеграмму, посланную Александром Гдешинским, киевским приятелем Булгакова: «Телеграфируйте обманом приезд Миша стреляется».

Но — обошлось. Влюбленные оказались изобретательными, и встреча, пусть не сразу, но состоялась.

Три года продолжался роман в письмах. Изредка Михаил приезжал повидаться в Саратов. Он поступил на медицинский факультет Киевского университета, учился плохо, остался на второй год. Страшная тоска по маленькой гимназистке преследовала его днем и ночью. Но его хрупкая Тася умела ждать и умела добиваться своего. Окончив гимназию, объявила родителям, что поедет учиться дальше в Киев, и только в Киев. Родители выдвинули ей последнее условие: еще год прожить в Саратове и попробовать поработать. Татьяна Николаевна Лаппа в роли классной дамы не пользовалась авторитетом у рослых учениц. Зимой 1912 года Михаил Булгаков приехал к ней в Саратов и познакомился с семьей Лаппа. Как ни странно, воспитанный юноша понравился строгому Николаю Николаевичу. А может, родители Таси решили, что три года — приличный срок для испытания любви на подлинность. Так или иначе, но летом 1912 года Тася поехала в Киев, где поступила на историко-филологическое отделение Высших женских курсов Фребелевского института.

Тася с Мишей поселились вместе, снимали квартиру на Рейтарской, 25. Учебу Тася вскоре забросила, вся растворилась в любви. Они вели жизнь вольную и беспечную. Миша подрабатывал репетитором, да и деньги, которые отец высылал ей на учебу, поддерживали молодых.

Тася забеременела и сделала аборт — ни о каких обременениях думать не хотелось. Слишком счастливы они были вдвоем. Они обвенчались. На обручальных кольцах были выгравированы их имена и дата венчания — 26 апреля 1913 года. «Фаты у меня, конечно, не было, — рассказывала Тася, — я куда-то дела все деньги, что отец прислал... Была полотняная юбка в складку. Мама купила блузку... Почему-то под венцом хохотали ужасно».

Три года пролетели незаметно. Михаил окончил с отличием медицинский факультет, начал работать врачом. Тася организовывала ему быт, любила и ждала со смены. Летом 1916-го не побоялась отправиться с Булгаковым на фронт. Он был военным врачом, она — сестрой милосердия. Тася привыкла к стонам раненых, к запаху крови, к грязи и голоду.

Главным по-прежнему оставалась их с Мишей любовь. В сентябре 1916 года Михаил Булгаков был направлен на службу земским врачом в село Никольское Сычевского уезда Смоленской губернии. Те страшные годы описаны в его «Записках земского врача». Анна Кирилловна в «Морфии» — это, скорее всего, Татьяна Лаппа.

Ужасы войны, мерзость деревенской жизни, страшные болезни и смерти кругом. Ранимая психика молодого врача пошатнулась. Булгаков незаметно для себя стал морфинистом. Он то безумствовал, то впадал в депрессию, то наставлял на Тасю браунинг и грозил убить и ее, и себя. Она шла на хитрость: разбавляла ему морфий водой. Благодаря ей он вылечился от страшного пристрастия, выжил. Но сама Тася заплатила страшную цену за «болезнь» Булгакова. Избавилась от ребенка — из-за морфинизма мужа. Аборт Булгаков делал ей сам.

Как андерсеновская Русалочка, Тася постепенно приносила в жертву великой любви себя. Бросала в топку свою молодость, красоту, здоровье, возможность иметь детей — и не считала себя жертвой. Наоборот: на все была готова, лишь бы у Мишеньки все было хорошо. А Булгаков называл ее, цинично-снисходительно, «безропотной Таськой».

И еще один раз она спасла его — в 1920 году во Владикавказе, когда Булгаков болел брюшным тифом. Именно тогда она в разграбленном, голодном городе продала обручальные кольца, чтобы купить еды для больного мужа. Потом считала, что именно из-за утраты обручальных колец распалась их семья.

Они переехали в Москву осенью 1921-го, сняли комнату в квартире 50 на Большой Садовой, дом 10. Булгаков делал свои первые шаги в литературе. Тася освоила печатную машинку.

С увлечением Михаил Афанасьевич писал «Белую гвардию», зачитывал отрывки Тасе, а та сидела с ним рядом и латала старенькую одежду. Это были по-настоящему счастливые и спокойные минуты их жизни. Иногда Тася со смехом вспоминала, какой капризной принцессой была в детстве. Сказал бы кто тогда Тасе, что она будет голодать, научится варить суп из гнилой картофелины, горстки муки и сморщенной морковки — не поверила бы. Но даже сейчас, в этой холодной комнате, где по соседству жило 16 семей, после всех потерь и болезней она была счастлива. Потому что рядом был Миша.

А Миша вдруг заскучал. Все чаще он заглядывался на других женщин. В январе 1924 года влюбился в Любу Белозерскую, жену журналиста Ильи Василевского. Белозерская красила губы красной помадой, коротко стригла волосы и даже умела водить машину. Когда рассталась с Василевским — пожаловалась Булгакову на то, что негде жить. Он взял ее за руку и привел на Садовую, в «нехорошую квартиру». Бросил Тасе: «Она поживет с нами». Тася не позволила, случился скандал.

Как-то утром, позавтракав, Булгаков попросил Тасю помочь собрать книги. «Если найду сегодня подводу, то уйду от тебя».

И ушел к Белозерской. На прощание просил Тасю нигде не напоминать о позорных страницах своей жизни. Она обещала.

Официально развелись в марте 1925 года, но, будто по привычке, Михаил Афанасьевич заходил иногда к Тасе. Как-то принес журнал «Россия» с опубликованной «Белой гвардией».

Тася прочитала посвящение: «Людмиле Евгеньевне Белозерской» и поняла: это все. Простив физическую измену, пережив развод, подлинным предательством она сочла то, что роман, который он писал здесь, в этой комнатке, когда она сидела рядом на кушетке, — роман этот оказался посвященным той, наглой, самоуверенной разлучнице. Роман, в котором полноправный герой — прекрасный и горестный Киев, Киев их любви.

Булгаков стал известным, сменил Любангу Белозерскую на .

Тася тоже встретила другого мужчину, доктора Александра Крешкова. За ним уехала в Сибирь. После войны Крешков вернулся с другой женщиной, и Тася переехала в Харьков. Потом в ее жизни снова была Москва — ненадолго, всего на год, и работа библиотекарем. Ей было уже под пятьдесят, когда она вышла замуж за адвоката Давида Кисельгофа — с ним она была знакома еще с 1923 года. Они уехали на берег Черного моря, в Туапсе, и прожили вместе счастливые и спокойные 27 лет. В 1974 году Давид Александрович умер, а Татьяна Николаевна дожила почти до девяноста. В этих отношениях, пожалуй, она была по-настоящему спокойна и счастлива. До конца жизни была уверена в том, что настоящей Маргаритой для Булгакова была она, Татьяна Лаппа, и что перед смертью Михаил Афанасьевич звал ее, хотел увидеть, чтобы попросить прощения за все страдания, что Мастер принес своей Маргарите.

Как в бессмертном романе — «они заслужили покой». Именно покой, вечерние прогулки, неспешные разговоры, домик, увитый виноградом, — все, предсказанное в «Мастере и Маргарите», получила «безропотная Таська» в последние годы своей жизни в маленьком приморском городке.

МНЕНИЕ

, писатель:

— Жизнь Михаила Булгакова проходила под сильным воздействием потусторонних сил. Самые судьбоносные моменты его жизни сопровождали грозы. Об этом писал и он сам, и многие исследователи его творчества. Когда после многолетнего молчания в семидесятых годах по советскому телевидению показали документальный фильм о Булгакове, вся Москва приникла к экранам. Дело было в феврале, везде лежал снег, но в тот вечер, я это видел своими глазами, над городом разразилась метеорологически необъяснимая гроза. И жены писателю «выдавались» высшими силами, под решение конкретных задач. Татьяна Лаппа — чтобы спасти ему жизнь в страшное революционное время. Елена Белосельская-Белозерская — чтобы дать материал для его лучшей пьесы «Бег», рассказать об эмиграции, о Европе, куда он мечтал попасть. Елена Шиловская — чтобы сберечь текст «Мастера и Маргариты», добиться публикации романа. Всем женам Булгакова, в отличие от него самого, была дарована долгая жизнь. Значит, они справились со своими задачами.